Чтение онлайн

С другой стороны, та же политика помогла создать атмосферу, при которой трудно было критически относиться («принимать») к историям, которыми руководствовались отдельные личности, и на которых базировался фольклор различных этнических групп. Существование «подлинности» или «первоначальности» было взято в основу как теории мультикультурализма, так и национализма. Это «принятие» превратило мультикультурное общество в мультиэтническую или многонациональную общину, в которой критическое восприятие («принятие») прошлого отдельной группы, независимо от её намерений, понималось как незаконное и часто нетактичное вмешательство в его уникальную культуру. Это, в сочетании с антисоветским и антикоммунистическим климатом Холодной войны, позволило некоторым из этих групп, чтобы развивать и разрабатывать ритуалы, которые были связаны с радикальным национализмом, фашизмом и антисемитизмом, где данные явления существовали в их «внешней родине» между 1920–1940 годами. [396]

Канадский мультикультурализм не создавал или восстанавливал миф Бандеры в Канаде; на самом деле, миф был разработан за десять лет до официального введения политики мультикультурализма. Кроме того, мультикультурализм не может быть обвинен в становлении украинского фашизма в Канаде, поскольку он уже распространился в 1920-х и 1930-х годах среди украинцев в Польше. Тем не менее, мультикультурализм позволил облегчить процесс прославления антисемитов, фашистов и радикальных националистов, рассматривая его как неотъемлемую часть украинской культуры, которая, в соответствии с принципами мультикультурализма, принадлежала в гетерогенной канадской культуре. Украинцы, поддерживающие Бандеру в Канаде, не прославляют и не помнят его как антисемита, фашиста и национал-радикала. Они «опустили» эти «темные стороны» Бандеры и бандеровцев, и вместо этого сосредоточиваются на роли национальных героев, которые боролись за независимость Украины против Советского Союза и нацистской Германии, якобы, при этом никогда не сотрудничая с нацистами или совершая военные преступления. [397]

Некоторые элементы украинской общины в Канаде приняли политику мультикультурализма за те возможности, которые она предложила. Одной из таких возможностей было сохранение украинского языка и культуры. УКК (Украинский Канадский комитет), руководящая организация, основанная в ноябре 1949 года, объединила украинских националистов воедино националистических украинцы вместе при одном обстоятельстве:

[…] Являясь потомками 50 миллионов украинцев, которые подвергаются резкой политики Русификации, проводимой настоящей советской власти, мы в Канаде имеем возможность и считаем святой обязанностью сохранить украинский язык и украинскую культуру за пределами нашей родной земли. [398]

Это сохранение также означало продолжение украинского национализма, что может быть проиллюстрировано изображением на обложке издания «Политика мультикультурализма. Украинско-канадский мемуар» [399] , написанного активистом идей мультикультурализма, Манолой Л.Лупулом (Manoly Р. Lupul). На фотографии (рис. 1) изображено шесть человек. Трое из них сидят за столом, а трое других — стоят за ними. Двое из мужчин сидят, один в центре и один правее, у них в руках есть ручки, и они подписывают документ. Документ представляет собой договор между Канадским Институтом Украинских студий (КИУС) университета Альберты, академической институцией, созданной летом 1976 года, и Научным обществом имени Шевченко в Европе, в котором обе стороны договорились о сотрудничестве над «Энциклопедией Украины» в декабре 1976. [400]

Фото с обложки издания Манолы Лупула «Политика мультикультурализма. Украинско-канадский мемуар». Эдмонтон, Торонто: Канадский Институт Украинских Студий. 2005.

Рис 1.

Мужчинами, изображёнными сидящими на фото, являются, начиная с левой стороны: Георг Луцкий, Владимир Кубийович, Манола Лупул. Людьми, которые стоят, слева направо, являются: Петр Саварин, Антанас Фиголь и Иван Лысяк-Рудницкий.

Как уже упоминалось, Манола Лупул был автором издания «Политика мультикультурализма. Украинско-канадский мемуар», а также членом Совета Альберты по Мультикультурализму и первым директором Канадского Института Украинских студий (КИУС). Он решил расположить это изображение на обложке, которое, вероятно, символизировало для него важный момент, иллюстрирующий одновременно украинских активистов политики мультикультурализма и украинского национализма.

После Второй мировой войны, Иван Лысяк-Рудницкий был довольно открытым и либеральным историком на кафедре истории в Университете Альберты, а также заместителем директора КИУС. Он критически отзывался о Бандере, а также об украинском и других фашистских движениях. Во время войны, однако, Лысяк-Рудницкий, как и некоторые другие украинские интеллектуалы, писал националистические статьи для газеты «Краковские новости», украинской военной газеты. Хотя он никогда не принадлежал к ОУН-Б, он, однозначно, был некритически настроенным к националистическим и антисемитским течениям европейского фашизма, рассматривая нацистов как освободителей. [401]

Георг Луцкий был вторым заместителем директора КИУС. В Институте он руководил Отделением по разработке «Энциклопедии Украины», которое располагалось в Департаменте Славянских языков и литературы в университете Торонто (University of Toronto). [402] В опубликованных им в 1992 мемуарах Луцкий писал: «Я был одним из немногих мальчиков в нашей школе, которых украинский национализм глубоко не волновал.

Националистическая риторика казалась мне полным клише, что касается и различных националистических молодежных групп (Пласт и т. д.), я отказался от участия в них». [403]

Несмотря на эти заявления с 1937 по 1939 гг. Луцкий учился в Берлине и получал Стипендию от нацистской Германии. В 1939 году он уехал в Англию, где в 1943 году записался добровольцем в британскую армию и служил в разведке, отчасти выполняя работу, связанную с переводами. [404] В 1941–1945 годах Антанас Фиголь был представителем УЦК (Український Центральний Комітет — Украинского Центрального Комитета) в Берлине. С 1955 года Фиголь работал советником по экономическим вопросам в Научном Обществе имени Шевченко в эмиграции, Генеральным секретарём которого был между 1947 и 1963 годами бывший директор Украинского Центрального Комитета Владимир Кубийович.

Петр Саварин был членом Совета руководителей Университета Альберты и вице-президентом Прогрессивно-консервативной партии Альберты, а также один из ведущих деятелей украинской общины в Эдмонтоне. В 1983 году, через семь лет после того, как была сделана фотография, Саварин стал президентом Всемирного Конгресса украинцев и занимал эту должность до 1988 года. С 1982 по 1986 год он был ректором Университета Альберты. Во время Второй мировой войны Саварин служил добровольцем в 14-й гренадерской дивизии войск СС, известных также как Ваффен-СС «Галичина». В этом военном формировании он проходил обучение и внушение СС Гиммлера. После войны Саварин гордился своим СС прошлым. Он был представителем Ассоциации ветеранов Ваффен-СС «Галичина» в Эдмонтоне. Как представитель Ассоциации ветеранов в Эдмонтоне, он сделал своё СС прошлое важной частью своей украинской идентичности и, вероятно, воспонимал ее как вклад в канадский мультикультурализм.

Кроме того, он был, пожалуй, первым и единственным ректором Североамериканского университета с СС прошлым, который гордился им. [405]

Наиболее интересным аспектом этой картины, однако, является присутствие Владимира Кубийовича. Он не принадлежал к ОУН-Б, но активно сотрудничал с нацистами, в результате чего стал близок к Бандере в конце Второй мировой войны. С апреля 1940 по январь 1945 года он возглавлял Украинский Центральный Комитет (УЦК) в Кракове, который входил в состав Генерального правительства. Комитет ассоциировался с газетой «Краковские новости», которая не только перепечатывала немецкую антисемитскую пропаганду, но и размещала статьи, написанные украинскими интеллектуалами, которые соответствовали запросам немецких властей относительно написания националистических и антисемитских материалов. Действительно, Кубийович разместил статью в газету. [406]

Кроме того, он попросил руководителя Генерального правительства Ганса Франка, рассмотреть «весьма значительную часть конфискованного еврейского богатства, возвращённого украинскому народу». По мнению Кубийовича, оно принадлежало украинцам и в конечном итоге оказалось в руках евреев» только из-за безжалостного нарушения закона евреями и их эксплуатации украинского народа». [407]

Помимо того, что Кубийович взял шефство над «Краковскими новостями» и поощрял ведущих нацистов, чтобы те позволили украинцам принять участие в ариизации, он также поддержал создание Ваффен-СС «Галичина», которая в основном состояла из украинцев. Это подразделение воевало в июле 1944 года против советской армии. Часть этого подразделения также участвовали в антипартизанской деятельности и совершали преступления против гражданского населения. [408] В феврале и марте 1945 года, в то время как советская армия находилась примерно в 60 километрах от Берлина, Кубийович вместе с Бандерой, Мельником и Павлом Скоропадским использовал последний шанс сотрудничать с нацистами в УНК (Український Національний Комітет — Украинский Национальный комитет), который возглавлял Павел Шандрук. УНК мобилизовал около 75 000 украинцев в последнем крестовом походе с остальными фанатичными нацистами против Советского Союза. [409]