Чтение онлайн

Герман

Не стоит доверять конкуренту, даже если нет другого выхода. Сегодня вашей репутации будет нанесен урон. Приглядитесь к тем, кто вас окружает. То, что потеряно, вернется само, как бумеранг, выпущенный аборигеном – людоедом. Вас может задеть по касательной, но цель не вы – радуйтесь. В личной жизни намечаются катаклизмы и волнения. Держите себя в руках и будет вам счастье. Знайте, вам просто повезло и все. И от этого счастья не отмашешься палкой. Совет дня-смиритесь и получайте удовольствие. Всегда ваша, Вангелия Светлая.

– Боже, как жаль, что отец не видит своего восхитительного, самого умного и подающего надежды сына, сидящим в обезьяннике,- услышал я ехидный смех, прежде чем увидеть единокровного родственничка. Меня ослепила вспышка, — улыбочку, дорогой братик.

– Если бы ты слушал отца, и продолжил его дело, а не строил из себя великого актера, играя в занюханном погорелом театре ослика Иа, ты мог бы претендовать на любовь папули. Так что не жалуйся. Я тебе позвонил не для фотосета, кстати. Хотя, даже он у тебя выйдет стремно, уж поверь, Марк,- криво ухмыльнувшись, я посмотрел на полицейского, позвякивающего связкой ключей. Господи, подарить что ли им электронные замки. Двадцать первый век на дворе. А несчастные стражи закона вынуждены таскать в карманах тонны железа.

– Ну да, мне до тебя расти и расти. Сегодня «предвариловка», завтра загудишь в СИЗО. У тебя же все получается прекрасно, — заржал любящий братик. Ну а к кому мне было еще обращаться, не к секретарше же или к деловым партнерам. И уж точно не к любимому папуле, который с меня бы шкуру снял за такой позор. Хотя, все равно уже наверное всем известно о том, что я, как изящно выразился Марк Арнольдович, позорно загудел в цугундер. Вот интересно, откуда так оперативно прилетели журналюги? Их явно кто – то навел.- Ты мне должен хренову тучу бабок, Герыч. Даже не представляешь, сколько стоит выкупить у мусоров известного бизнесмена – миллионера и его хряка охранника. И профессию мою не смей оскорблять. Я еще стану звездой. Вот получу отцовы деньги...

– Да, иначе не получится. Ты не актер, Марк. Посредственность, и ты это знаешь. Таких, как ты по улицам ходят толпы. Отец не мешал твоей мечте, но очень быстро понял, на что ты способен. Я не лез в твои дела, и теперь очень сожалею. Очнись, Марк.

– Ты еще изменишь свое мнение,- хмыкнул брат, — деньги за освобождение скинешь мне на карту.

– Эй, а мы?
– раздался дребезжащий голос с другой стороны узкого коридора.- Я уже не могу тягаться с красотками, которых взяли за преступления против нравственности. Тесно мне с ними в отной кутузке. Да и кости у меня ноют, так знаешь, как от сырости. Но не от сырости точно, а наверное потому, что мне прилетело по горбу дубинкой,- закончила на ультразвуке бабушка – монстр.

– Сатрапы. Вам на них надо телегу накатать в прокуратуру,- поддержал озверевшую старушку хор голосов. Я закатил глаза. Этот божий одуван сто пудово уже всех построила в камере. Несчастные шлюхи, которым не повезло оказаться в каталажке с великой и ужасной Ба, скорее всего уже передумали стоять вдоль трасс, и решили постричься в монахини.

– На этих мы не договаривались,- хмыкнул братец и полез в карман, из которого неслась бодрая трель телефонного звонка. Я вышел из камеры, потер затекшие руки и уставился на морду братца. О да, я знаю это выражение. Марк сейчас в ярости. Интересно, что произошло? Наверное снова получил от отца за самодеятельность.

– Я же велел глаз не спускать!- прорычал братишка, и мне показалось, что его хватит удар. – Как это исчезла, как такое вообще возможно? Придурки, ничего нельзя доверить. Нужно было просто ее ... – Марк на полуслове заткнулся и уставился на меня бешеным взглядом.

– Что у тебя там исчезло? А Маркуша? – вкрадчиво поинтересовался я. – Флешка? Ты ее нашел и снова просрал? И фургон у тебя девчонкин, так ведь?

– Да пошел ты,- выплюнул Марк, — я все равно тебя уделаю в этот раз. Все равно моим все будет. Даже если для этого мне нужно будет тебя уничтожить. Тебя, и всю твою чертову шоблу. Нужно было оставить тебя тут гнить. Да отец приказал... Черт.

– Значит ты первым делом побежал сексотить. Ну конечно, это же ты. И что, папуля не дал тебе лаве? Или ты решил и рыбку съесть и на паровозике покататься, хитрюга? И сменя еще срубить бабосов. Ай молодца, я никогда не ошибался в отношении тебя, — захохотал я, глядя за спину брата, за которой маячил Огурец, похожий на великолепного Халка – такой же зеленый, видимо от синяков наставленных в бою, и теперь в тусклом свете казематных ламп отливающий прекрасным колером спелой травы. Из оторванных по колено брючин торчат волосатые ножища, а вот рубаха на монстре отсутствует как класс. Красавец. Интересно, откуда он выполз? Наверное из самого ада, судя по зверскому выражению лица и рваной ране не щеке.

– Шеф, прикажите пусть мне телефон вернут,- прорычал Халк, отодвигая Марка вставшего на его пути, и направился к камере, из которой неслась бодрая песня о том, что гордый Варяг не сдается ни врагам ни ветрам.

– Ишь как выводят, шельмы,- зверски улыбнулся Огурец, — дамочки, ваш герой идет на помощь.

– Давай уже быстрее, Чип и Дейл в одном флаконе. У меня изжога от неволи и газы,- проорала ба. Они там пили, что ли? Господи, и эти люди хотят поселиться в моем доме.

– Мне пора,- вякнул мой любимый братец, глядя как огромному Феде наперерез бросается ошалевший полицейский, с зажатым в руке электрошокером. Я ухмыльнулся, и поспешил на помощь охраннику, пытающемуся раздвинуть ручищами толстые прутья решетки.

– Тихо, начальник. Спокойно. Я все оплачу. Вы сами виноваты, нельзя было бить шкаф по антресоли, она у него слабенькая после контузий. И девочек надо выпустить. Хочешь машину? Красивую такую, иностранную. Черного цвета,- голосом змея искусителя я владею в совершенстве. Наблатыкался за годы своей деятельности.

– Новую? – замер на месте слуга закона.

– Муха не сидела.

Я вышел на крыльцо полицейского участка и глубоко вдохнул ледяной воздух. Сейчас, первостепенной задачей было найти конопатую. Черт с ней с флешкой, бог с ним с Марком, пусть забирает все. Лишь бы с Груней все было хорошо. Только вот я даже примерно не представлял где искать малышку, и от этого исходил на мыло. 

– Твари,- пробухтела адская старушка, вываливаясь из двери, - телефон мне покарябали, и Кошмаруса отдавать не хотели. Но я им такую бурю в пустыне устроила. А котика нашего они, представляешь, вычесали, он на себя не похож стал. Сейчас Федька с Ванькой выйдут и поедем к тебе.

– Черт, он же не флешку не уберег,- взвыл я, чуть удержавшись на ногах от обрушившегося на меня осознания. И чертов придурок, который приставал к Груше возле кофейни не зря показался мне знакомым. И сбежал он не потому что я так уж воинственно – страшен. Он просто боялся, что я узнаю его в гриме, раскрою. Но я настолько ослеп от злости, что не свел воедино свои предчувствия и разум. – Я придурок, мать вашу.

– Это мы уже давно выяснили,- хмыкнула Ба.

Аграфена

Устав метаться по захламленному холлу в поисках выхода, я присела на валяющуюся на полу подушку и замерла в позе роденовского мыслителя.

Что же это получается? Чертов Адик явно не сам придумал план, как вытрясти с меня маньячильскую цацку. Судя по найденным мной уликам, в этом фарсе принимала непосредственное участие моя любимая подружка. Это ведь именно она пригласила меня на выставку адской мазни великих художников, которую простые обыватели на улице у них не покупают. Конечно, красотища то для ценителей. "Нога из уха" - это вам не мелочь по карманам тырить. И парни Розанова там появились тоже неспроста. Значит Адик наймит Германа, который так мне и не поверил. Все разыграли как по нотам, сволочи.