Овны не терпят поражений
Шрифт:
– Вы к кому? – сказал амбал охранник, перегородив путь, стоило мне приблизиться к входу офиса,.
– Яр, пропусти! Это наш новый шеф! – шикнул второй, освобождая проход.
Вау-у-у! Да, тут моя тезка есть?!!
– Прошу прощения, не узнал. Ярослав Кулебяшкин – старший охранник, – спохватился первый.
– Ярослав Андреевич! Как ты уже понял, твой новый шеф, – вот, не хотел так отвечать, но слова сами с языка снялись. – Марат здесь?
– Марат Магомедович у себя, – ответил Юрий – так было написано на бейдже у второго.
Услышав нужную информацию, я пошел напрямую туда, куда мне нужно.
Магомедов Марат Магомедович – как оригинально – действительно находился у себя в кабинете. Ровно, сидя за столом, не разваливаясь в кресле, он просматривал какие-то бумаги.
– Здравствуйте, Ярослав Андреевич, – подскочил он с места.
– Перестань обращаться ко мне на «вы»!
– Почему?
– Хотя бы, потому что ты ровесник моего отца.
– Надо же? Уже отца? – тихо хмыкнул мужчина, но я решил не придавать этому никакого значения.
– Зачем я здесь? – перешел сразу к делу.
– Мне показалось, что вам…в смысле тебе, как владельцу, не помешало бы познакомиться с рабочим персоналом.
– И всё? – ради этого я прогуливал учёбу?
– Пока что, да.
Марат Магомедович поднялся с кресла и жестами сказал мне «на выход».
– Ну, рассказывай! Чем занимается наша фирма? – спросил я, когда мы ждали приезда лифта.
– Наша? – искренне удивился Марат.
– А ты что думаешь, я смогу руководить один?
– Ну, мало ли, какие там замашки у сына…Леонида Владимировича, – по глазам вижу, что вместо имени моего отца, он хотел сказать «у сына богатенького папаши».
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Я думал, что, как только ты получишь все права фирмы, то уволишь всех и сразу и найдешь новый персонал.
– Ты явно переоцениваешь мои возможности.
В нашем разговоре не было ни капли пафоса – было такое ощущение, что сейчас разговаривают старые приятели, нежели…мы с Маратом.
– Увольнять никого не будешь?
– Посмотрим…но тебя точно нет. Ты прогорбатился здесь много времени не для того, чтобы какой-то сопливый мальчишка просто так уволил тебя, – ирония. Сплошная ирония прозвучала в моих словах.
– И то верно, – очень тихо сказал Марат, но чутким слухом природа меня не обделила.
На знакомство с персоналом у нас ушло около часа. Что я могу сказать? В принципе не плохие ребята, – хотя хочется сказать шестерки – но бухгалтерию я бы взял на жесткий контроль, а именно людей, которые работают там. Не понравились они мне почему-то.
Единственное, что я хочу сто процентов поменять, так это секретарш. Через, чур, узкие юбки выше колена, глубокий вырез декольте и 20-ти сантиметровые каблуки – а уж про их томные взгляды в мою сторону я лучше промолчу – автоматически дают им каждой статус «секретутки».
Хоть я и не «ас» в этой сфере, но интрижек на работе я не потерплю. Узнаю – сразу уволю.
– Новостей от отца нет? – спрашиваю я, когда мы возвращаемся в кабинет Марата.
Мужчина поперхнулся. И мне не понятно от чего. От того, что я назвал Леонида Владимировича отцом или с ним что-то случилось.
– Нет. Он никаких приказов не давал.
– Ладно. Я тогда пойду.
Всё равно, как партизан молчать будет.
– До свидания, Ярослав… – во время замолкает он.
– До свидания.
Проигнорировав, слова прощания охраны, я напрямую иду к себе в машину. Их тоже не помешало бы поменять. Не из-за того, что они не достаточно крупной комплектации, а из-за того, что они не особо блещут своими умственными способностями. Или все охранники такие? Ладно, разберемся.
Около своего дома сразу примечаю машину своего друга – Коляна. Похоже, что сегодня не только я решил прогулять учебу.
Друга нахожу сразу же, после того как выхожу из лифта. Он сидел на полу, облокотившись спиной к двери моей квартиры, полностью погрязнув в истерике. На глазах были слезы, и выражение лица напоминало обезумевшего дьявола.
До меня не сразу доходит суть происходящего, но после я в одно мгновение оказываюсь рядом с Романовым.
– Ты чего? – схватил я его за плечи, после чего он во всё горло заорал первую букву русского алфавита. – Что, черт тебя подери, происходит?!!
Друг дрожал и не спешил мне ничего объяснять, продолжая кричать на весь подъезд.
– Я не успел!!!
Василиса
– Ты что телефон гипнотизируешь? Он скоро взорвется от твоего взгляда, – спросила я, когда мы с Ксюшей сидели в столовке. Поведение подруги потихоньку начинает меня напрягать.
– Да, так человек один должен был позвонить, не звонит почему-то, – грустно отозвалась она.
Что-то мне не нравится это…
– Какой человек? – насторожилась я.
Если ответ меня не устроит, то честное слово, я тресну Донцовой по башке!
– Эм-м-м, – замялась. – Обещай, что не будешь осуждать?!
Та-а-а-а-а-ак!
– Постараюсь, – к слову, Покровское слово самое честное среди честных.
– Коля Романов, – то ли спокойно, то ли настороженно говорит подруга.
Фу-у-у-у-х! У меня чуть инсульт заднего габарита не случился! Что пугать-то так?!
– У меня два вопроса. Почему я должна тебя осуждать? И как так получилось, что Романов должен тебе названивать?
– Это долгая история, – попыталась уйти от ответа, но не тут-то было…
– А мы никуда и не торопимся. Ты не в курсе? У нас пару отменили.
– Да? А что мы тогда тут сидим?
К слову, история на сегодня была последней парой. Почему мы сейчас находимся в столовке мне не понятно, но сейчас не об этом…
Меня сейчас больше волнует вопрос, как так получилось, что Ксюша и Коля каким-то чудесным образом связались между собой?
– Васька, можно я тебе сейчас не буду рассказывать? Обещаю, чуть попозже, когда станет всё более менее ясно, я обязательно расскажу нашу историю в мельчайших подробностях. По рукам?