Чтение онлайн

* * *

Новость распространилась внутри крепости как огонь по степи: жена Шахны сбежала с даиламцем.

Была собрана группа ассасинов, которым предстояло преследовать беглецов. Все хотели принять в этом участие. Каждый болезненно чувствовал оскорбление, нанесенное его мужской чести.

– Каим хочет, чтобы ты тоже поехал с нами, – сказал Хасим Орландо. – Они не должны убежать ни в коем случае. Никто в Аламуте не нарушает закон безнаказанно.

Время подгоняло. Отъезд проходил второпях. –У них есть преимущество в одну ночь, – сказал Шахна.

Его лицо было мертвенно бледным. Глаза с узким разрезом сузились еще сильнее. Он надел на ноги железные шпоры и держал сплетенную из кожи плетку.

Целый день они скакали без остановки. При последних лучах дня они добрались до деревни Хагат, в котором Орландо уже побывал с Заидом. Старик, возле лачуги которого они ели жареных кроликов, приветствовал его как старого знакомого.

– Мы отдохнем здесь недолго, – сказал Шахна. Старейшине деревни он приказал: – Принесите нам что-нибудь поесть и дайте лошадей на смену.

Потом он пошел в свой дом, который находился при въезде в деревню, в неогражденном саду. Здесь жили его обе жены. Старшая бросилась к ногам Шахны дрожа всем телом. Не обращая внимания, он наступил на нее сапогами с железными шпорами.

– Где Сухела? – спросил он.

От страха она не могла вымолвить ни слова. Шахна ударил ее по лицу и заорал:

– Как могло это произойти?

– Я не знаю, господин. Я этого не знаю. Поверьте мне, я ничего не знала об этом.

– Ты лжешь. Поди прочь с моих глаз! Исчезни! Когда я вернусь, я не хочу тебя больше видеть. И не смей являться мне на глаза, иначе я плеткой изорву твою одежду до кожи.

От беззубого старика Орландо узнал, что совратитель – молодой парень из соседней горной деревни, сын торговца рисом. Во время краткого отдыха преследователям были предложены плоские лепешки, лук и козий сыр. Мужчины ели, пока седлали других коней. Орландо получил отличную арабскую кобылицу, подвижную как молодой охотничий пес. Двое парней из деревни присоединились к ним Один из них вышел из лачуги, на стене которой Орландо нашел свой капкан. Они называли его Каррас. Он представился как ловкий следопыт и, казалось, знал все тропы в горах,

– Они очень точно рассчитали время побега, – сказал Каррас, – Через три дня полнолуние. Целую неделю ночи будут очень светлыми – достаточно светлыми, чтобы скакать днем и ночью. У них две сменные лошади. Это упрощает поиск следов. Они постараются добраться до Каспийского моря. Пути туда каменисты и обрывисты. Мы вряд ли сможем ехать быстрее, чем они. Мы догоним их только в том случае, если будем отдыхать меньше, чем они. Будь они мужчинами, у нас вряд ли был бы шанс. Но женщина не выдержит такой гонки. Мы поймаем их обоих.

Ночь была бесконечно длинной. С первыми лучами они увидели внизу равнину Казвин. Далекие вершины, покрытые снегом, сверкали в утреннем солнце. Обычно скудные горные луга были щедро усеяны дикими цветами. Орел парил над ними, но природа

казалась вымершей. Лошадей кормили то сеном, то овсом, которые везли мулы. Жажду животных и людей утоляла талая вода, которая текла повсюду среди камней. Несмотря на спешку, строго соблюдались все пять ритуальных молебнов.

Вечером второго дня они натолкнулись на пепел в кострище.

– Здесь они разбивали лагерь, – сказал Каррас

– Когда это было? – хотел знать Шахна. Он соскочил из седла, встал на колени, потрогал обуглившуюся ветку и с яростью бросил в пропасть.

– Холодная, – прошипел он, – холодная как лед. У них минимум восемь часов в запасе.

Он пришпорил коня и галопом проскакал вперед всех.

Шутур Хан был нищим кишлаком. Мужчины в чересчур широких холщовых шароварах носили бороды по грудь. Дикие и непредсказуемые как хищные птицы, они держались настороженно, готовые к прыжку. Но если заслужить их доверие, они превращались в больших детей, живущих больше в мире чудес, нежели в мире разума.

Всадника с женщиной они не видели. С времен последнего дождя здесь не проезжал ни один всадник. Гужевых лошадей и хромого жеребца Шахны обменяли на свежих. Поели холодный рис, запивая только что подоенным молоком.

Орландо расседлал свою кобылу, чтобы насухо вытереть ее. При этом он прислонил капкан к стволу дерева. Каррас взял его в руки, внимательно рассмотрел и спросил:

– Этот твой капкан?

– Почему ты спрашиваешь?

– Он кажется мне знакомым. Орландо рассмеялся:

– Очень может быть. Я потерял его и нашел в вашей деревне.

– Ты привез его со своей родины?

– Верно.

– Что ловят франконцы таким капканом?

– Волков, порой даже медведей.

– Здесь нет ни волков, ни медведей.

– Зато им можно ловить и другую дичь, циветту или бешеных псов.

– И людей?

– И людей.

Во второй половине дня они встретили крестьян, которые отдыхали на обочине после работы в поле. Молодая мать кормила грудью младенца. Когда она увидела всадников, то прикрыла лицо, оставив открытой грудь. Упругая и молочно-белая она ярко выделялась на темной ткани одежды.

– Куда вы скачете? – спросили крестьяне. Шахна и его люди промчались мимо них молча.

– Почему мы не ответили на их вопрос? – поинтересовался Орландо.

Шахна ответил:

– Скрывай свое золото, свои мысли и цели своего пути!

Когда дорога шла по равнинной местности, они спали в седле с полузакрытыми глазами, опустив подбородок на грудь. Однажды молодой даиламец упал с лошади.

– Где я? – спрашивал он, когда мужчины, ругаясь, сажали его обратно в седло.

Рано утром они нашли остатки кострища с еще тлеющими углями.

– Теперь они в наших руках, – сказал Каррас, который ехал рядом с Шахной впереди отряда.

– Нам стоит поспать два, три часа, – предложил Шахна, – чтобы у нас были силы, когда охота достигнет разгара. Еще сегодня мы поймаем их.

Когда Орландо проснулся, солнце уже стояло в зените.

– Мы должны поспешить, – подгонял Шахна. – Внизу – тропы старого торгового пути. Веками здесь возили наверх рис с побережья Каспийского моря. Дорога пологая, но продуваемая ветрами.