Чтение онлайн

– Но вы хотя бы знаете, кого вам искать, и, судя по вашему виду, послезавтра надеетесь ухватиться за ниточку.

– Так оно и есть. А теперь я требую чистосердечного признания. Вы ведь тоже что-то замышляете?

– Замышляем, – тут же согласилась я, – и очень надеемся на вашу помощь.

– Ну хоть это успокаивает, что вы на нашу помощь надеетесь. То есть не собираетесь лезть в пекло в одиночку. Только вот не знаю, насколько вам в этом можно верить… Впрочем, этого вы и сами до конца не знаете, верно?

Мы промолчали.

– До скорой встречи, – откланялся месье комиссар.

Вода, как и в любой день здесь, искрилась лазурью в лучах ласкового солнца. Мы в который уж раз брели по Английской набережной, но сейчас нас Лазурный Берег не слишком радовал.

– Даша, а вы ведь откуда-то знали то, что мы услышали от месье комиссара, – проговорил Петя задумчиво.

– Ну откуда мне было знать? Просто я проснулась сегодня ночью…

– Я тоже несколько раз просыпался.

– И вот ночью я вдруг поняла, что стоит нам поставить себя на место Умника, как все становится очень предсказуемым. Вот попробуйте представить себя этим бельгийцем.

– Не очень хочется, но попробую. Итак, он начал охоту либо за ожерельем, либо за сейфом, а скорее за тем и другим еще здесь, в Ницце.

– Больше за сейфом.

– Ну да, ну да! – кивнул Петя, соглашаясь со мной. – Откуда и что ему известно об этих двух предметах, мы не знаем, но пока этим можно пренебречь. Он посылает человека выкрасть ключ и делает его дубликат, а ключ подбрасывает обратно. О второй пропаже ключа мы пока промолчим, опустим этот момент. Лучше попробуем понять его дальнейшие действия. У Лемье есть ключ и воспользовался он им не сразу!

– Вот этого мы не знаем. Может, он уже здесь забирался в номер Алексея Юрьевича и открывал сейф, но ничего не нашел.

– Или знал, что нужная ему вещь окажется у графа, только когда тот сядет в поезд.

– Тоже может быть.

– Но ее там не оказалось!

– Вернее сказать, он ее там не нашел.

Петя задумался, и несколько шагов мы прошли в молчании.

– Согласен, он ее там не нашел, – продолжил Петя. – Тем более что у нас есть предположение, высказанное месье Людовиком, что в сейфе может быть потайное отделение. А о нем наш Умник и не подозревал. Может, и сейчас не знает.

– Скорее всего, сейчас уже знает, но это я ничем подтвердить не могу. Вы, Петя, продолжайте, пожалуйста, рассуждать, как дальше события развивались. Очень логично пока выходит.

– Не найдя нужного в поезде, Лемье продолжает следить за графом в Лондоне. Даже подсылает кого-то из прислуги.

– Хотя, как мне кажется, – вставила я, – проще было бы сразу нанять нашего Смита или другого специалиста и выкрасть сейф.

– Значит, – обрадовался этой простой мысли Петя, – он остается в неведении: появилось в сейфе то, что ему нужно, или нет! Но когда узнает, что сейф не пуст, сразу посылает в дом графа нашего знакомого Смита.

– Воспользовавшись ожерельем как предлогом. Что доказывает: сейф для него куда важнее, чем это ожерелье.

– Эх, что же такое это может быть? Ведь ожерелье стоит немалых по его меркам просто огромных денег.

– Которыми он вдруг и вопреки своим же правилам готов щедро поделиться с бедным мистером Смитом.

– Вот-вот, Даша! Но Смит приносит только ожерелье, да еще фальшивое. Исходя из того, что до этого момента мы рассуждали правильно и что сейф, то есть то, что в сейфе могло было находиться, чрезвычайно для него важно, Огюст Лемье отправляется в дом графа самостоятельно. Проникнуть в него ему помогает экономка. Или горничная. Или просто они дают ему ключи…

– Петя, на данный момент это второстепенные детали.

Петя подумал и согласился.

– Но сейф, – продолжил он, – вопреки всем ожиданиям и надеждам пуст! В отчаянии Лемье убивает графа!

– Вот тут не сходится! – не согласилась я. – Судя по вчерашним событиям, он бы попытался узнать что-нибудь у него, а не убивать сразу.

– Может, рассвирепел от неудачи?

– Он очень рассудителен в своих делах. Вряд ли гнев мог настолько захлестнуть его, чтобы он потерял голову.

– Значит, в дом проник не он, а один из его наемных убийц.

– Не думаю. Он скорее всего очень верил в Смита и не приготовил заранее запасного варианта. Опять же в Лондоне у него связи намного скромнее, чем во Франции. Так сразу подходящего человека не найти. Стойте! Самый главный довод в пользу того, что в квартире был сам Лемье – это важность того, что ему было нужно. Не доверил бы он другому человеку заглянуть в сейф.

– Может быть. Я вот о чем вспомнил, там же на ноже, которым графа убили, был отпечаток пальца. Если он принадлежит Лемье, то ваша правота будет доказана. А то у вас, Даша, уж простите, получается, что и убить Умник не мог, и никого другого не посылал. А третий преступник за одну ночь в одной квартире – это уже слишком.

– Во-первых, я уверена, что комиссар Лагранж уже отправил отпечатки бельгийца старшему инспектору Мортону. И через пару дней это прояснится.

– Согласен. Мы хоть и не рассказывали подробностей, но убийством графа Никитина комиссар обязан был заинтересоваться, и теперь ему необходимо стало связаться со Скотленд-Ярдом.

– Во-вторых, я сказала, что Лемье не мог просто так убить, в порыве гнева или еще как-то в этом роде. А вот убить намеренно он мог.

– Да зачем? Пусть граф проснулся и застал его. Ну пригрози ножом или пистолетом, оглуши, в конце концов. Остается одно предположить, что ему граф не нужен был живым или сильно мешал чему-то. Но это же чушь собачья!

– Не такая и чушь. Мы над этим отдельно подумаем. Вот ведь эти трое его подручных стали ему помехой! Давайте дальше ход событий разбирать.

– Дальше бельгиец должен бежать из Лондона. Сюда.

– Меня настораживает, что он именно сюда бежал. Ведь о том, что он здесь отсиживается, когда его припекать начинает, знал Смит, а тот узнал еще от кого-то. То есть не самое правильное место. Это Смиту оно должно было казаться очень надежным, а сам Умник обязан был понимать, что это далеко не так.

– Все верно. Но он ведь не забился сразу в угол. Он попробовал отыскать здесь то, чего не нашел в сейфе в поезде и в Лондоне! Послал человека порыться в номере, расспросить обо всем. Узнал о необычном ремонте. Отправил людей к часовщику.

– И вот тут я уверена, что он приказал им лишь слегка припугнуть месье Клода, спросить, не оставлял ли ему чего русский граф, ну и всякие подробности выведать. А те решили действовать по-своему, напролом.

– Не понял?

– Если бы он сам приказал им пытать часовщика, то уж наверное не стал обходиться с ними столь сурово, даже если они и перестарались в своих действиях?