Пацанские истории
Шрифт:
Утром она ушла на работу, а у меня был выходной и я, проспав до обеда, приготовил себе завтрак и решил выйти на площадку покурить. С одной попытки угадаете кто был соседкой Оксаны?
Не понимаю, за что мне это. Я увидел Юлю в домашнем халате и тапочках. Она смотрела на меня, а у меня просто началась трястись рука от волнения, кровь ударила в голову, давление поднялось, я смотрел и не мог промолвить ни слова.
– Привет.
– тихо сказала она.
– привет.
– А ты чего тут?
– Курю, а ты?
– Ну как видишь, тоже покурить вышла.
– Ты тут что ли живешь?
– Ага.
– Сколько мы с тобой знакомы, а я даже не знал где твоя крепость.
– Ну я же птица вольная, часто меняю жилье. С одной съемной однушки на другую.
Долгая неловкая пауза возникла между нами, хотя говорить особо не хотелось, я затушил окурок и пошел по направлению к квартире.
– Как дела?
– спросила она.
– Да хорошо...
– Значит это ты новый ебарь Оксаны.
– Ебарь?
– Ну избранник, мужчина... как угодно...
– Да.
– сухо произнес я и хлопнул дверью.
Пару минут я просто не мог прийти в себя. Сердце колотилось как сумасшедшее, едва не выпрыгивало из груди. Я попил воды и захотел поскорее убраться домой, подальше от этого места. Через пять минут стук в дверь. " Кто угодно, только не она" подумал я. Я открыл, на площадке стояла Юля, распахнув халат и оголив свою прекрасную пышную грудь.
– Ебаться будем, или как?
– Бесплатно?
– спросил я.
– Бесплатно.
– смеясь ответила она.
Я схватил ее за талию, затащил ее на диван, на котором мы с Оксаной сегодня спали, целуя Юле все тело, стянул с нее халат, уложил ее на спину и просто минут сорок "кочегарил" ее в миссионерской позе. Впервые за много лет я трахнул Юлю бесплатно, без презерватива, в квартире своей потенциальной новой жены.
После секса мы долго лежали на диване и просто молча смотрели друг на друга, поглаживая спины и бедра.
– Наши отношения рождены под несчастливой звездой.
– сказала она.
– Почему?
– Ну вот мы кажись так и будем.
– Ну ведь мы сами можем это прекратить.
– Что прекратить, спать?
– Нет, я не об этом. Нас влечет друг к другу, это факт, давай просто сбежим отсюда, начнем все с чистого листа.
– Мечтатель ты, Саня. Мечтатель и романтик.
– Разве это плохо, что похоронив жену, пройдя нелегкий путь я все таки продолжаю быть мечтателем и романтиком.
– Да, Саня, наверное, в нашем случае это плохо.
– Вот поэтому мы и не вместе.
P.S. Я бы мог продолжить рассказ дальше, но по-моему, это самое идеальное место, чтоб закончить.
Трупы в плацкартном вагоне.
Как по мне, так нет ничего хуже, чем ехать в плацкартном вагоне по России из одного конца страны в другой, и не важно, едешь ты с запада на восток или с севера на юг, в любом случае ты в жопе. Сам я в плацкарте не ездил лет с одиннадцати. С тех пор, как я перестал вмещаться по росту на эти, прости меня Господи, полки, родители были вынуждены раскошеливаться на купе.
И вот я, будучи взрослым, сам не понял как, еду в Ярославль в плацкарте. Засраный сортир, запах дошираков и несвежих носков, которые перемешиваются с запахом пота, и лично у меня кроме рвотного рефлекса не вызывает ничего. Лето, жара, мужики пьют пиво, женщины разгадывают кроссворды, покупая на станциях эти дешевые журналы с черно-белыми картинками. Одним словом, УЖАС! То, что испытывал я, испытывает мало кто. Я завидовал тем, кто всю дорогу спал, периодически просыпаясь, чтоб поссать и пожрать. Я был настолько в некомфортном состоянии, что готов был заплатить все деньги, что у меня были, чтоб меня перевели в вагон класса люкс.
В вагоне было безумно жарко, что на каждой станции, где поезд стоял дольше пяти минут, я выходил, чтоб вдохнуть глоток свежего воздуха и просто насладиться шумом товарных поездов, которые перебивали возгласы детей, которые ехали со мной в одном вагоне, кричащих на них мамочек, и политические разговоры выпевших мужиков.
Я смотрел на проводников, и они были настоящими героями в моих глазах. Для такой работы нужно иметь стальные яйца, спортивную выносливость и железные нервы. Я бы и дня не вынес в этом дурдоме, который напоминает ад.
Вечером, когда в вагоне гасили свет, оставляя гореть лишь несколько маленьких лампочек вдоль прохода, люди укладывались спать, и весь сумасшедший дом, превращался в морг. Почему морг? Да потому, что РЖД выдавало постельное белье белого цвета. Белые наволочки, простыни, одеяла. И если идти от одного конца вагона в другой, то можно увидеть, как голые тела лежат завернутые в одеяла, на узких полках, словно трупы. Если на большой палец ноги, который торчал в проходе, надеть жетон, как в морге, с именем, фамилией, датой смерти, то будет полное ощущение, что ты попал в фильм ужасов, спонсором которого являлась железнодорожная компания. Мужчины, женщины, дети... пятьдесят четыре трупа в плацкартном вагоне, лишь единицы подавали признаки жизни, ковыряясь у себя в планшетах, смартфонах, ноутбуков, или просто храпя, как трактор.
Пробираясь по шатающемуся от скорости вагону, я возвращался из туалета, уклоняясь от торчащих ног, будто от веток в лесу, я заметил живого человека. Кстати, в туалет я ходил не столько по нужде, сколько просто умыться прохладной водой, и хоть пару минут побыть одному в прохладном, пусть и вонючем месте.
Живым человеком оказалась красивая девушка, лицо которой освещал яркий экран ее мобильного телефона. Я успел разглядеть тату на ее шее, пирсинг в носу и красивые черты лица, которые отличали ее от всех остальных. Неформалка в хорошем смысле слова. Не знаю, почему я не заметил ее раньше, может она недавно села в поезд на какой-то маленькой, богом забытой станции, в надежде уехать и покорить Москву, потому что в своем родном мухосранске ее никто не понимает.
Я был женат, поэтому общение мое с противоположным полом ограничивалось только с коллегами по офису, ну и конечно же с женой.
Начать общение мне было как то не ловко, тем более, что все вокруг уже спали, да и выглядело это бы как то странно. Еще подумала бы, что я к ней пристаю, сказала бы проводнику, меня бы высадили там, куда не добралась еще цивилизация.
Короче говоря я лежал на своем месте, периодически поглядывая на ее боковушку, чтоб знать чем она занимается, спит или нет. Время было около двенадцати ночи, поезд остановился в очередном захолустном городке, на вокзале которого горели максимум два фонаря. Я увидел в окно, что девушка, которая мне понравилась, вышла, чтобы покурить. Я высунул голову в проход, чтоб посмотреть, действительно, ее не было. Я выбежал на перрон, и встал рядом.