Чтение онлайн

– У тебя пятки к полу прилипают, – замечает со смешком, когда я почти успеваю закрыться в ванной.

День 2

Туманов лежит с закрытыми глазами. Руки за головой, на губах блуждающая улыбка, простынь прикрывает лишь самое сокровенное, все прочее великолепие манит мой взгляд. Еще совсем рано, спать и спать, но я на таком внутреннем подъеме, что четыре часа перезагрузки кажутся излишеством. Хватило бы и трех. Двух. Вообще не спать.

Двигаюсь ближе и, прежде чем устроить голову на его груди успеваю увидеть, что его улыбка становится шире. Он сразу же опускает на меня руки и подтягивает выше, крепко обняв и поцеловав.

– А еще она беременна, – говорит хвастливо, а я смеюсь ему в шею. – Мне надо кому-нибудь рассказать, Саш. А то порвет.

– Кому?

– Всем. Поехали на дачу? По пути заскочим к Зотову и Василию.

– Иришка застукала мне в аптеке за покупкой теста, так что брат уже в курсе. Кстати, о даче…

– Было?

– Было, Родь, – вздыхаю. – Еще как было… прям ух как.

– Я так и понял, – ворчит и шлепает по попе. – Не понял только, почему под дуру закосила. Точнее, понял по-своему.

– Расстроился? – сама расстраиваюсь и трусь о его шею носом.

– Пиздец как. Не ври мне больше, Саш. Никогда не ври, не юли и даже мысли не держи. Наказывать буду жестко.

– Ты так наказываешь, что хочется ослушаться. Как можно грозить пряником? Кто так делает вообще?

Туманов обреченно вздыхает и целует меня в голову.

– Я. Скажи спасибо моей матушке.

«Всенепременно», – думаю и ухмыляюсь, пользуясь тем, что он меня не видит.

День 5

– Я понял, почему вы тут окопались, но не понял, куда вам, нахрен, столько компота? – сокрушается Зотов, разглядывая вереницу трехлитровых банок на полу.

– Внутрь, – хмыкает Родион.

– Яблок хоть задницей ешь, – морщусь и задираю гудящие ноги на колени Туманова. – Урожайный год. Возьмешь ящик?

– Задницей есть?

– Ну не своей же. Беременным нужны витамины.

– Яблоками меня еще не пиздили. Отличная идея, Сань.

– Да ладно тебе, – отмахиваюсь вяло, потому что Родион уже начал разминать мои ступни и такого экстаза я не испытывала… да никогда. – Как хорошо… – бормочу, закатывая глаза. – Разочек в нос дала и все. Подумаешь, – заканчиваю мысль.

– Еще цветами.

– Может, у нее аллергия.

– Ага, на меня.

– Так быстро сдаешься?

– А с чего бы мне напрягаться? Не хочет помощи – не надо. Уговаривать не собираюсь.

– Отвези ей яблок, – поддерживает Туманов. – Похер ей на твои бабки.

– А мне – на нее.

На следующий день просыпаемся часов в шесть, а его уже и след простыл. Приезжает часа через три, задумчивый и хмурый.

– Не приняла? – спрашиваю ласково, на всякий случай поглаживая его по руке.

– Приняла, – отвечает задумчиво.

– А чего ты тогда такой?

– Не знаю. Спасибо сказала.

– И?

– И улыбнулась. Ведьма. Стопудово прокляла.

– Неужели? – уже едва сдерживаю улыбку, а Родион тактично отходит, чтобы давиться смехом подальше.

– Отвечаю, – заявляет авторитетно. – На других баб даже смотреть не хочется.

День 7

– Я уволился, – объявляет брат с порога, а Иришка льнет к его плечу и загадочно улыбается.

– Все к лучшему, – успевает поддержать папа. – Скоро сын, работа у тебя сложная, опасная. График ненормированный. Офис? – интересуется невзначай.

– Ну, почти, – чешет затылок брат и проходит в кухню. Бросает на стол синее удостоверение, а глаза папы расширяются.

– Кажется, я немного поторопился.

– Круто! – брякаю уважительно, раскрывая корочку частного детектива.

– А, да, вот еще, – мямлит брат, доставая из пакета диплом. – Заочно, но…

Папа дрожащими руками берет документ, а Ольга Михайловна громко всхлипывает и складывает ручки у груди. Не выдерживает и первой торопится обнять героя дня.

– Да заочно же, – окончательно смущается брат, а его лицо наливается краской.

– Васечка, какой ты молодец! – старательно подливаю маслица в пожарище на его лице. – Когда только успел?

– Пару месяцев назад, – не удерживается от издевки брат, – не хотел своими новостями затмевать твои.

Прикусываю язык и тяну его за уши вниз, много раз целуя в одну щеку.

– Сыщик – не лихо? – шепчу едва слышно.

– Пока помощник. Потом.

Отмечаем, конечно же. Все веселятся, кроме Зотова. Этот сидит грозовой тучей, а мы с Родионом то и дело переглядываемся, ожидая первый раскат грома. Но Дима бросает ключи от машины на холодильник и опрокидывает первую стопку.

– В общем, Сергеич меня крепко в оборот взял, – делится брат, когда вдвоем прогуливаемся по саду. – Зачем тебе этот геморрой, бюрократия, зарплата нищенская. Кругом одни алкаши, бандюги и наркоманы, сам толком детства не знал, ребенку своему того же желаешь? По существу все, я сам об этом думаю постоянно, но надо отдать ему должное, знал, куда давить. Я, говорит, свое отбегал, пожить для себя хочу, а ты молод, с нужными людьми познакомлю, опытом поделюсь, работенка не пыльная, сам себе дела выбираешь. По большей части в тачке торчать с фотоаппаратом, так что… Да и деньги... А я так удачно юридическое образование получил, он буквально за пару дней мне лицензию выбил через знакомых. Да и Иришка поддержала.

– Я тобой горжусь!

– Я тебе благодарен, – целует в макушку.

– Как ты заставил Тумана гавкать с определенной частотой?

– Пасть ему держал и отпускал в нужный момент.

Прыскаю, представив картину, но веду плечами, вспомнив, где была сама в тот момент.

– Нашел Марину?

– Нашел. У Ильина тетка двоюродная, у той подруга, у нее сын, у того дачка. Там сейчас война за каждый совместно нажитый рубль. Ушлая бабенка пытается найти лазейку в брачном контракте и урвать хоть что-то, но, судя по настрою Борисова, без шансов.

– Как он? – спрашиваю тихо.

– Да че с ним будет? – отзывается презрительно. – Не парься, Саш. Бандажом своим на руке гордится неимоверно, благородством в отношении тебя – подавно. Такие люди не меняются.

День 9

– Я че, купец? – злится Зотов, когда Родион ставит в багажник его машины ящик с соленьями. – Убери это дерьмо из моей тачки!

– Сам ты дерьмо, – обижаюсь за овощи, а Туманов гневно раздувает ноздри.

– Я не о том, – морщится Зотов и запускает пальцы в волосы, расчесывая кожу головы так, что кажется, будто скальп пытается содрать. – Короче, доеду до нее. Предложу помощь в последний раз. В последний! И вы отвалите от меня раз и навсегда. Все всё поняли?