Падающая звезда
Шрифт:
Усмехаюсь я и, пройдя мимо парня, похлопала по плечу. Ноги сразу скользнули в обувь того дня и я выхожу из квартиры, а следом за мной Ян.
— Удачи! — бросает он и я гневно выхожу из машины. Не зря на актрису учусь.
Уже почти скрываюсь за воротами дома, как краем глаза замечаю русую девичью макушку в конце забора.
Кира… так вот как ты выглядишь! Но ничего, может ты и умная, но я умнее в тысячу раз.
Только мои ноги ступают на порог дома, как, схватив меня за локоть, Емельян и Дарина потащили меня в мою комнату, сразу налетев с вопросами.
— Где ты вчера была!?
— Ты была с Александрой!?
— Что ты употребляла!?
— Какой алкоголь пили!?
— Что за белая таблетка!?
— Где вы были, когда Калинин Денис и Титов Павел приехали за вами!?
— Почему все вас искали!?
— С кем вы находились!?
— Кто такой Игорь и Олег!?
— Вас трогали!?
— Воу-воу! Ребят, полегче ладно, — перебиваю я, руками показывая, чтобы они уже, наконец, умолкли, а то как разорались, слава богу, шёпотом.
— Объясните нам поскорее все, — с волнением говорила Дарина.
— Ещё вчера меня украл Ян и весь вчерашний день я была у него, мы оба просто классно проводили время. Спасибо, Емельян, что смог прикрыть меня на вчерашний день и свозил вместо меня Дарину в универ. Вам обоим спасибо, вы не представляете, как помогли мне.
— Фу-у-ух, — выдохнули они.
— А что это за странные вопросы вы сейчас задавали? — прищурилась я, а Дарина вовсе немного побледнела.
— В общем…
— Емельян, рожай быстрее!
— Александра ушла с уроков, связалась со шпаной, употребила наркотики и если бы не Денис и Павел, то её бы избили, — быстро протараторил он.
— ЧЕГО!?
— Я думаю, вам лучше навестить свою подругу, — сказала Дарина.
— Емельян, заводи машину, я быстро переоденусь, в «платьице», — сразу сказала я и, быстро переродившись, поспешила в машину.
— И куда ты собралась? — перегородив мне дорогу, спросил отец.
— Емельян и Дарина рассказали мне, что вчера было с Сашей, я решила проведать её. — спокойно сказала я, смотря в карие глаза отца, следуя всем признакам, чтобы не вычислили мое вранье.
— А сама где вчера была?
— Проснулась, Емельян отвез меня в университет, а потом я сидела у себя в комнате и писала доклад.
— Почему не спустилась ужинать?
— Потому что придумывала сценарий для Арины Григорьевны, которая уже завтра будет все проверять, потом придумывала наряды и если ты мне не веришь, можешь спросить в прачке, я уже заказала у швеи костюм, — спокойно отвечала я и Дарина, что находилась позади, сразу побежала в прачку отмечать костюм.
Обожаю папин персонал, потому что его рабочие всегда на моей стороне.
— Можешь не пытаться меня обманывать, дорогая, преподаватели из университета уже сообщили мне, что вчера на парах сидела не ты, а Дарина. Документы с её увольнением уже лежат на моем столе, а контракт с балетной школой может быть расторгнут в миг. Поэтому ещё раз спрашиваю, где ты вчера была?
Сука! Черт! Твою мать!
Ян предупреждал, что будет нелегко…
— Я готова прогнуться под тебя, папочка, вновь, только ради Дарины, но не ради себя. Сейчас я прекрасно понимаю, что после моих слов ты сможешь манипулировать мной увольнением Дарины, но помни, если уйдет она, для твоих сотрудников я превращусь в маленькую истеричку и подстроюсь под стереотип о тупых блондинках барби, — сквозь зубы говорю я и тут в мою голову прокладывается идеальная идея, и я тут же её выдою, — Ты прав, я не была в университете, я и не была с Сашей, я не была и у себя в комнате, но если ты хочешь узнать, где я пропадала, то пообещай мне, что не тронешь Дарину.
— Обещаю, — цедит он. Не знаю, верить в его слова или нет, но надежда умирает последней.
— Я ходила по магазинам с Исаевой Кирой. Если не веришь, можешь пробить её у нас под домом, 14 камера. Так же послать людей, она была в синих джинсах, лодочках на ногах и легкой небесного цвета толстовкой. Кстати, а ты знал, что в их семье все не так идеально и гладко, как кажется?
— Выдвигай условия, маленькая гадюка, — злится он, но в глазах промелькнула гордость.
— Ты не тронешь ни Емельяна, как ты уже задумал, ни Дарину, — улыбаясь, сказала я, ведь понимала, что сейчас обыграла собственного отца.
— Клянусь, — положив руку на сердце, сказал папа.
— Игра детей, старые обиды маленьких Исаевых. Ян ненавидит Киру, а она его в ответ. Если сможешь узнать, в чем дело, считай, компромат на родителей у тебя есть, — говорю я, и добавляю, — как узнаешь, будь добор сообщить и мне, а то как то некрасиво получится, — окончательно говорю и, обойдя, направляюсь в машину.
— Теперь я уверен, что оставлять тебе свой бизнес — самое лучшее решение, — с усмешкой себе под нос говорит папа, но я все же услышала.
Наш с Яном план работает, на все сто!
— Поехали, — говорю я и Емельян выезжает на дорогу.
Достаю телефон и, зайдя в сообщения, хотела уже написать Исаеву, как на телефон приходит сообщение от Киры… в котором ссылка на историю какой-то девушки.
— Едем с милым за город, проводить совместный ночи! — верещала какая-то девушка и в следующую же секунду впилась в губы Яна.
Взгляд расплывается из-за слез, но на заднем плане могу увидеть, что они в его машине…
Я кастрирую тебя, Исаев, клянусь богом!
— Приехали, — оповестил Емельян.
— Ты что, гнал на пролом? — сглатывая слезы, усмехаюсь я, вылезая из автомобиля.
— Вашей подруге плохо, значит плохо вам, а если плохо вам, то плохо и мне, — пожав плечами, говорит он.
— А ещё говорят, у женщин логика тупая, — бросаю и скрываюсь в доме, замечая, как Емельян пошел к Джонатану.
Вхожу в дом и тут же натыкаюсь на главу семьи.
— Здравствуйте, Рафаэль, — бросаю я и, не дожидаясь ответа, бегу по лестнице, в который раз убеждаясь, каким бы сволочью не был мой отец, стоит вспомнить только Рафаэля, как мой становится ангелом во плоти.
Проскальзываю в комнату подруги и не замечаю её, лишь слышу звуки воды, значит, она в душе.
Аккуратно присаживаюсь на её кровать и принимаюсь ждать эту девушку, но как только двери открываются и Саша выходит из душа в пижаме, налетаю на неё.
— Боже, с тобой точно все хорошо?
— Ян, успокойся, со мной все зашибись! И вообще, что ты тут делаешь? — спокойно и в какой-то мере равнодушно сказала она и, обойдя меня, достала ноутбук, я последовала за ней на кровать.
— Ну, я еле-еле отпросилась у родителей к тебе. Я так за тебя переживала. Что у тебя на лбу? — спросила я, аккуратно прикасаясь к ране, то ли свежей, то ли нет.