Падение ангела
Шрифт:
Ну что же ты, милый? Мы только начали.
Реакция мужчины только раззадорила меня и придала решительности. Принявшись расстёгивать пряжку, я не отводила взгляд и гипнотизировала глаза Марка, словно восточная колдунья, затягивающая попавшего в её плен путника в свои сети.
Каждый мой шаг не был продуман до конца, поэтому вся импровизация зависела от моих и его едва уловимых сигналов. И чем больше я ощущала реакцию мужчины, тем сильнее распалялась внутри меня та часть, которая наслаждалась властью и хотела большего.
Расстегнув ремень и ширинку, я кивнула мужчине, как бы приказав снять джинсы. Он сделал это неспешно, одарив меня ухмылкой, как бы говорящей о том, что он принимает правила игры и тоже наслаждается.
Хотя я с трудом поверю, что Марк, король ада и дьявол во плоти, может наслаждаться тем, что не держит в своих руках контроль. Ни за что. Но сегодня ему придётся смириться. Даже если бы не его условие, я бы всё равно не позволила ему сегодня взять меня так, как это происходит обычно. Сегодня я не хочу чувствовать себя в его власти. Это не то, что мне нужно.
— Раздень меня, — мягко, но требовательно произнесла я, когда мужчина выпрямился и с ожиданием посмотрел на меня, — Медленно.
Это было ещё одним испытанием.
Чаще всего Марк скрывал с меня одежду словно одержимый, уничтожая ткань на моём теле и превращая её в груду тряпок. Сейчас я хочу чтобы он усмирил своих демонов. Хочу, чтобы в его действиях не было спешки. Но при этом я знаю, что это возвысит его напряжение до небес. Чего я и добивалась.
Облизав нижнюю губу, мужчина потянулся к моей шее и стал нежно ласкать её пальцами, ощупывая пульсирующую вену особенно тщательно. Проверяет меня. Хочет понять насколько я возбуждена и оценить мой собственный уровень контроля.
От этого интимного жеста я едва заметно ахаю, после чего Марк рывком разворачивает меня спиной к себе и начинает водить руками по плечам вниз, вызывая по коже мурашки.
— Ты знаешь, насколько прекрасна, когда чувствуешь себя хозяйкой положения? — тихий шёпот ласкает ухо, а тёплое дыхание вызывает новую волну дрожи, — Моя маленькая дьяволица.
Переведя руки на мою талию, мужчина аккуратно поддел края футболки и потянул вверх, освобождая меня от хлопковой ткани. Увидев, что на мне нет белья, Марк притянул меня к себе, прижав спиной к своей груди, и обхватил руками мою, сжав оба полушария так, словно хотел ощутить их тяжесть в своих руках.
Сминая меня, он вжался своим телом ещё сильнее, давая почувствовать насколько сильно уже возбуждён. Но в этот момент я почувствовала, что могу потерять контроль и чтобы этого не допустить, резко развернулась к Марку лицом, положив руки на его вздымающуюся грудь.
— Ты не закончил, — стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, произнесла я, возвращая нас на места отведенных в этот день ролей.
— Да, моя королева, — игриво произнёс он, опускаясь передо мной на колени.
Положив руки мне на бёдра, Марк плавно потянул вниз леггинсы, оставляя меня в одних красных кружевных трусиках.
— Готовилась? — ловлю наглый взгляд снизу, на что нестерпимо захотелось ответить колкостью:
— Почему ты решил, что это для тебя?
Крепче вцепившись в мою ногу, мужчина рывком поставил её на своё колено, продолжая освобождать меня от одежды. То же самое он проделал со второй ногой, полностью сняв с меня леггинсы и отбросив их в сторону.
Не спеша отпускать меня, он начал покрывать лёгкими поцелуями мою ногу от колена до щиколотки, в то время как его рука двинулась к клитору, лаская его через ткань трусиков. Ощутив приятные волны блаженства, я прикрыла глаза и отдалась ощущениям. Но когда пальцы Марка попробовали пробраться под тонкое кружево, чтобы оказаться внутри меня, я убрала ногу и отрицательно покачала головой.
Сегодня я главная, ведь так?
Из груди мужчины послышалось утробное рычание и я почувствовала, что всё идёт так, как я и хотела.
Отхожу к кровати и ложусь на край, разведя согнутые в коленях ноги в стороны. Марк остался на месте, наблюдая за моими действиями, а я в этот момент продумывала дальнейший план.
Уверена, что он уже распалён до предела, но мне было этого мало. Мне хотелось довести его до пика, бешенства, до того состояния, когда от контроля не останется и следа. Провокация. То, что я всегда делала с ним. Но все предыдущие разы я подсознательно понимала, что могу наткнуться на сопротивление, на силу, куда большую, чем есть у меня. И была в своих провокациях осторожна.
Но не сейчас.
Бросив на мужчину короткий взгляд, я засунула между своих губ два пальца и обвела их языком, демонстрируя ему этот жест максимально медленно. Заметив как расширились при выдохе его ноздри, я повела ладонью по своему телу, опускаясь к краю белья.
— Детка, — едва качая головой из стороны в сторону, прошептал Марк, как бы умоляя меня не делать того, что я собиралась.
Но ответом ему был лишь мой тихий стон, вырвавшийся в момент, когда влажные пальцы руки, просунутой под трусики, коснулись слегка припухшего клитора.
Я поняла, что самой большой пыткой для Марка и самым большим наслаждением для меня будет сделать так, чтобы он видел моё удовольствие, но не мог при этом меня коснуться. Именно так я смогу проверить его выдержку. Потому что при любом другом раскладе это будет просто секс. Я могу сесть на него сверху и трахнуть так, чтобы весь контроль был у меня. Но это не то.
Могу говорить ему что делать и использовать в качестве того, чья единственная цель в жизни — ублажать меня. Но это тоже будет фальшью. А вот его возбуждение, вызванное созерцанием моего самоудовлетворения, это то, что действительно наделяет меня властью.
Потому что в этом случае только от меня зависит кончим ли мы.
Медленно водя по клитору круговыми движениями, я закрыла глаза, извиваясь на постели и демонстрируя мужчине самый развратный вид на свои действия, пошире разведя ноги.
— Не смей трогать себя, — не открывая глаз, прошептала я, решив отобрать у него последнюю капельку контроля, — Только смотри.
И, не услышав ответа, я усилила нажим, на что из горла вырвался более протяжённый стон.
Мне нравилось происходящее настолько, что мой собственный уровень возбуждения стремительно возрастал. Свободной рукой я стала гладить свою грудь, чувствуя заострившиеся соски, так отзывчиво реагирующие даже на лёгкое дуновение ветерка в комнате.
Желая усилить ощущения, я опустила пальцы с клитора ниже, чувствуя насколько сильно уже стала влажной.
— Ты бы знал, как сильно я намокла, — посылаю Марку дразнящий сигнал, выгибая спину и сопровождая это томным стоном.
Слегка оттягиваю трусики и ввожу в себя два пальца, только что ласкающих влажный клитор. Погружаю их до самого основания, исследуя шелковистые стенки внутри себя и получая неимоверное удовольствие от осознания того, что Марк сейчас наблюдает за мной.
Потому что знаю, насколько это выглядит красиво. Чертовски красиво. И грешно. Пошло. Развязно. Грязно. Так, что невозможно остаться безучастным. Но ему придётся.