Чтение онлайн

Но Марк не чудовище из детства. Он в разы хуже любого монстра. И совсем скоро я смогу в этом убедиться.

— Повернись ко мне, Алана, — командует низким хриплым голосом мужчина, но я не двигаюсь.

Моё тело настолько напряжено, что даже если бы я захотела — не смогла бы сдвинуться с места. Остаюсь стоять, крепче сжимая себя в руках и закрывая глаза. Какого хрена я прошла в этот гребаный бар? Какого хрена он вернулся раньше? Чёрт возьми, я действительно непутевая идиотка, просто магнитом притягивающая проблемы.

— Я считаю до трёх, — удивительно спокойно произносит Марк и я понимаю, что это холодное спокойствие никак не относится к тому, что его гнев начинает угасать.

Нет.

Когда Марк начинает говорить спокойно — это признак того, что тот, к кому он обращается, висит на волоске от смерти. И сейчас я нахожусь именно там.

— Раз… — делаю вдох, борясь со всеми демонами, разрывающими меня изнутри.

Я не хочу играть в его игру и вестись на эту гнусную провокацию. Но стоять как дура посреди комнаты тоже не выход. И всё же привычный протест его давлению держит надо мной верх и я не шевелюсь.

— Два…

По коже пробежала холодная дрожь, потому что голос Марка раздался чуть ближе и я поняла, что он медленно подходит ко мне.

Глазами я стала бегать по номеру в поисках того, что может мне помочь. Выбирать в какую сторону я смогу броситься бежать, чтобы выиграть время или что тяжёлого я могу успеть схватить, чтобы огреть его по голове в случае, если он всё же решит протянуть ко мне свои грязные руки, запятнанные кровью.

— Три, — почти рычит он мне в ухо, прижимаясь сзади и обхватывая рукой мою шею, — Попалась, малышка.

С силой бью ему затылком по лицу, попадая куда-то в челюсть и, пользуясь секундным замешательством мужчины, вырываюсь из его хватки, бросаясь в сторону ванной.

В несколько шагов преодолеваю расстояние и врываюсь в комнату, спешно закрывая дверь на замок под низкий гортанный смех Марка.

Подонок забавляется. Что ж, повеселимся. Пусть знает, что больше я не та Алана, которая таяла в его руках даже тогда, когда думала, что это невозможно. Теперь я могу за себя постоять. Как минимум попробовать.

Опираюсь спиной на закрытую дверь, закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Само собой моё нахождение здесь вопрос времени и никакого спасения мне не принесёт. Но поможет выиграть время. Пока не знаю для чего, но оно мне сейчас чертовски необходимо.

Возможно Марку надоест меня ждать и он успеет успокоиться, а может и вовсе оставит здесь, а сам отправится сбрасывать пыл в другое место. Второе, конечно, наиболее предпочтительно, но мало вероятно.

— Алана, — слышу его голос, в котором звучит наслаждение от ситуации, — Детка, ты же понимаешь, что я выбью чёртову дверь и доберусь до тебя.

Не отвечаю, раздражаясь от того, что он увидел в моём сопротивлении возможность поиграть. Голос выдает мотивы мужчины. Он действительно как дикий зверь, загнавший беспомощную добычу в угол и ждущий когда она совершит ошибку. И тогда появится возможность напасть.

— Если откроешь сама — я буду более нежным, — воркует, с ухмылкой предлагая мне свои грязные варианты.

Конечно. Как же. Стоит только уступить и вдруг злодей превратится в ангела. Как смешно.

— Но тебе ведь хочется не этого, правда? — продолжает Марк свою гадкую игру, — В глубине души ты ждёшь что я возьму тебя как дикарь. Подчиню себе, терзая твоё тело. Лишая воли. Делая своей, раз за разом врезаясь в тебя под звуки твоих стонов. Я ведь прав, малышка? Мы оба знаем, что это так. И я уверен, ты уже течёшь, слушая меня.

Сжимаю челюсть, чтобы не открыть дверь и не врезать ему по его чёртовому красивому лицу. Стереть самодовльную ухмылку, заткнуть и не дать говорить эти отвратительные вещи. Потому что если я признаю, хотя бы на один процент признаю, что в его словах есть маленькая доля правды — я потеряю к себе всяческое уважение.

Я буду противостоять ему всеми силами, которые во мне остались. Клянусь Богом, я не поддамся.

— Твоё дыхание сбивается, — переходит Марк на низкий шёпот, проникая глубже и затягивая тугой узел внутри меня сильнее, — Тело начинает отзываться на мои слова, пока головой ты пытаешься убедить себя в обратном. Но правда известна нам обоим. Тебя возбуждает то, что сейчас ты меня боишься. И меня тоже.

В этот момент дверь с силой отворяется и я отпрыгиваю от неё в растерянности. Какого хрена? Чёртов дьявол отвлекал моё внимание, пока как-то открывал замок.

— Привет, сладкая, — улыбается, но лицо его совсем не выражает ни капельки дружелюбия.

Сейчас он больше похож на одержимого маньяка, желающего получить свою жертву любой ценой. Его тёмный дикий взгляд пронзает меня, а напряжённая поза, в которой он стоит, перекрывая мне выход, не оставляет сомнений — он готов напасть.

— Марк, оставь меня в покое, — сжимаю кулаки, борясь с откуда-то навернувшимися слезами отчаянья. Беспомощность, которую я сейчас испытываю унизительна и отвратительна. Но пока я не знаю, что делать. Кроме того как биться до последнего, осыпая его ударами в надежде что что-то из этого сопротивления получится.

Но пока мы стоим друг напротив друга в ожидании первого шага. И не в силах выдерживать это напряжение, я бросаюсь на него, попадая в крепкую хватку его рук.

Внутри была слабая и абсолютно глупая надежда, что я смогу пробежать мимо, ведь он больше, и я буду более ловкой.

Какая же глупость!

Перехватывая меня, Марк поднимает моё тело над полом и заносит в душевую кабину, резко открывая воду.

— Сначала ты остынешь, дикая кошка, — струи прохладной воды бьют по нам сверху, пока мужчина крепко прижимает меня к стене, шаря руками по моему телу.

Атласное платье быстро становится мокрым и прилипает к телу, выдавая Марку все свои изгибы. Удовлетворённо рыча, он проводит руками по груди, задевая пальцами затвердевшие от холода соски, вжимаясь в меня и показывая свое возбуждение.

— Ублюдок, — стараюсь оттолкнуть мужчину, но ничего не выходит.

— Да, — соглашается и больно сжимает сосок одной рукой, вызывая во мне резкий крик.

Вторая его рука сжимает мою шею, пока коленом он раздвигает мне ноги, не давая их сомкнуть. Оставляя меня в проигравшем положении. Распахнутой перед ним, обездвиженной.

— Животное, — хриплю, потому что хватка мужчины на моей шее усиливается.

— Да, — снова бросает он, приближаясь к моему лицу.

Через мгновение губы Марка накрыли меня в диком, порочном, срывающем все предохранители поцелуе. Он словно иссушал меня. Жадно, ненасытно вытягивая из меня душу. Его язык ворвался в мой рот и возвращал себе всё, на что, по его мнению, имел право.

Показывая, что я его. Что никто другой не может даже находиться рядом со мной.

Ладонь мужчины, грубо мнущая и терзающая мою грудь, жадно и стремительно стала опускаться вниз, бесцеремонно задирая платье, чтобы пробраться под него.