Падение царского режима. Том 3
Шрифт:
Председатель. — Может быть, связано с его имением?
Спиридович. — Нет, с его личным приказанием. Я не знаю для чего, но несколько человек было им принято, им же было отдано приказание.
Председатель. — Сколько было таких лиц, относительно которых вам было отдано приказание зачислить?
Спиридович. — Человек 8–10, приблизительно. Разрешите, я до конца просмотрю.
Председатель. — Нет, позвольте, я вам помогу. Вот тут еще есть бумажечка: «Список чинов охранной агентуры, подведомственной дворцовому коменданту, исполняющих особые поручения. Марта 1916 года. 1. Анисимов, Сергей Авксентьев — в распоряжение командира собственного его величества конвоя. 2. Ащин, Григорий Семенов, 3. Байрашев, Фотих Аттаулов, 4. Битковский, Георгий Иванов, [*] 5. Власов, Алексей Степанов — в распоряжение дворцового коменданта. 6. Воронцов, Василий Григорьев — в распоряжение начальника дворцовой полиции Герарди. 7. Ежов, Иван Борисов, 8. Еремеев, Дмитрий Николаев, 9. Ктиторов, Николай Иванов, 10. Линнаск, Александр Михайлов — в распоряжение министра императорского двора. 11. Мусин, Азис Иззатулин, 12. Пушмуцан, Юрий Гедушев — в распоряжение дворцового коменданта. 13. Роде, Николай Владимиров — в распоряжение заведывающего охранной агентурой. 14. Саава Якоб Иоганов — в распоряжение министра императорского двора. 15. Сачков, Трофим Сергеев — в распоряжение начальника дворцовой полиции. 16. Солтан, Игнатий Акимов — в распоряжение министра императорского двора. 17. Сугаков, Кирилл Иванов — в распоряжение дворцового коменданта. 18. Цено, Густав Яков — в распоряжение министра императорского двора. Г. М. Спиридович. 4 марта вручено дворцовому коменданту». Ащина вы провели по спискам. А Церингера и Калугина вы даже не провели. Это вашей рукой написано — «в распоряжение коменданта собственного его величества конвоя»? Это ваша рука?
Стран. 54, св. 17 стр.
«Битковский», надо: «Витковский».
Спиридович. — Нет, не моя, должно быть Салтаева. Это, значит, он спрашивал, почему дополнительный список послан, почему Церингер сюда не вошел. Это датировано 8-м марта, значит в одно время.
Председатель. — Вы сказали, что эти лица, вероятно, были подведомственны дворцовому коменданту. Однако, Церингер не входит в список дворцового коменданта.
Спиридович. — Он уже был уволен. Эти списки, представленные, очевидно, одновременно, состоящих на службе и уволенных.
Председатель. — И все эти лица, если по совести сказать, значились в распоряжении Воейкова и других лишь фиктивно?
Спиридович. — Затрудняюсь сказать. Отдавалось распоряжение, и исполнялось приказание, а что с ними делали — я не знаю.
Председатель. — Но как вы себе представляете это?
Спиридович. — Пишется на станцию «Воейково», но что они там могут делать?
Председатель. — Значит, они состояли при имении. Начальник дворцовой полиции — это Герарди, а заведующий охранной агентурой — кто?
Спиридович. — Это — я.
Председатель. — Кто был Роде?
Спиридович. — Он приводил мне в порядок библиотеку, остался на службе и после меня.
Председатель. — Кто он по положению?
Спиридович. — Он интеллигентный человек.
Председатель. — Студент?
Спиридович. — Окончивший университет. Он, должно быть, и сейчас там. Он был у меня в канцелярии, ему были переданы все каталоги, он рылся там, и на этом деле я его оставил, когда уезжал.
Иванов. — Какая это была библиотека? Личная?
Спиридович. — Нет, это большая библиотека, кажется, до 4–5 тысяч томов, которая принадлежала агентуре. Для нее он и был взят.
Председатель. — Это библиотека для чтения?
Спиридович. — Да, громаднейший исторический отдел и большой отдел по беллетристике.
Иванов. — Для чтения и для пользования агентуры?
Спиридович. — Многие лазареты ею пользовались.
Председатель. — Вы говорите, составлялся каталог?
Спиридович. — Этой библиотеке десять лет, а за два последние месяца или за полгода она стала пополняться; было куплено тысячи три новых томов, и шла работа по пересортировке всего библиотечного материала. Весь этот материал находится там в наличности, также как и измененный каталог — все там. Вы можете удостовериться в производстве самой работы, потому что это видно по технике ее.
Председатель. — Скажите, где находится станция «Исаево»?
Спиридович. — Не могу сказать.
Председатель. — Будьте добры, посмотрите, это вы писали? (Показывает документ.)
Спиридович. — Это моя рука.
Председатель. — Вот и этот Церингер нашелся. (Указывает на документ.)
Спиридович. — Очевидно, кто-нибудь дал мне приказание.
Председатель. — Кто же именно?
Спиридович. — Это может быть только дворцовый комендант.
Председатель. — А станция «Исаево» — это не в кувакских местах? (Просматривая документ.) Видите, это исполнено. Его пригласили 30 декабря 1914 года, а в 1916 году его уволили по мобилизационному отделу. Сказано: «Немедленно уволить». Значит, он там, на станции «Исаево», в чем-нибудь провинился. Еще три последних вопроса: Был кто-нибудь в 1914 году командирован заграницу от дворцовой охраны в качестве агента?
Спиридович. — Не знаю.
Председатель. — Вообще командировки заграницу от дворцовой охраны бывали?
Спиридович. — Бывали.
Председатель. — С какой целью?
Спиридович. — Двоякая цель: или при выезде государя, — тогда я выезжал.
Председатель. — А другая цель?
Спиридович. — Они посылались в распоряжение заведывающего агентурой заграницу для ознакомления с террористами.
Председатель. — И потом возвращались к вам назад?
Спиридович. — Так точно.
Председатель. — С какой же целью они знакомились с террористами?
Спиридович. — На случай, если находящийся заграницей террорист приедет сюда произвести покушение.
Председатель. — Сколько же людей направлялось заграницу с этой целью?
Спиридович. — Всего, должно быть, перебывало человек 10–12. Точные списки в департаменте полиции есть. Эти списки делались официально и передавались к нам.
Председатель. — Повидимому, террористов мало приезжало в Царское Село, если 10 человек было достаточно по вашим соображениям?
Спиридович. — Количество определялось департаментом полиции.
Председатель. — Имели ли вы какие-нибудь поручения по делу Ржевского в связи с готовившимся покушением на Распутина?
Спиридович. — Я никаких поручений ни от кого не получал.
Председатель. — Вы с А. Н. Хвостовым по этому поводу никаких переговоров не вели?