Чтение онлайн

За ней вошел Коннор, боец, как всегда одетый, словно идет на войну, а не на официальный прием. Его сапоги тяжело ступали на каменный пол, звук эхом отскакивал от стен, когда в зале воцарилась тишина при появлении жены Джозефа.

Она быстро поднялась по ступеням, прежде чем перешла сцену и заняла свое место рядом с Джозефом. Эмори и Коннор заняли свои места позади них, и вновь в зале воцарилась тишина. Прежде чем заговорить, Джозеф взглянул на жену, ища одобрения, но вместо этого увидел лишь презрение во взгляде женщины.

Его взгляд потемнел, и он вновь повернул голову, глядя на публику.

— Господа, спасибо, что посетили нас в этот вечер, будучи уведомленными в столь короткий срок. — Его голос громыхал по залу, твердый и величественный, когда он обращался к своим подчиненным. — Как все вы знаете, я много трудился, чтобы создать «Эстейт». Эта организация отлична от любой другой, и меня радует, что я выбрал именно ваш коллектив, это принесло выгоду. Мы организация, которая приносила пользу не только себе, но и друг другу, отчего в результате наша прибыль выросла в геометрической прогрессии. — Он выдержал паузу. — Тем не менее я обязан сообщить вам об инциденте, который произошел вчера за пределами моего дома. Инциденте, который недопустим и за который в конце концов понесут наказание. — Боковым зрением он заметил, как Арианна равнодушно вздохнула и устроилась в своем кресле. Не обращая внимания на дискомфорт с ее стороны, что был очевиден, он все же продолжил: — Одиннадцать человек одного из подразделений «Эстейт» решили, что сильнее меня… сильнее нас… как группировки. Вчера, во время прогулки, на мою жену… — Он слегка повернулся в сторону женщины, на лице которой в данный момент было выражение абсолютной ненависти. — Было совершено нападение. Я не анализировал намерений нападавшего, потому что единственный факт, который был важен, — это то, что была предпринята попытка.

Вновь сделав небольшую паузу, он воспользовался моментом, чтобы взглянуть в глаза каждому человеку в зале. Он наблюдал за их манерой поведения, за тем, как хмурились их лбы, за движением их тел за столами, где они сидели. Попытка найти и определить, был ли кто-то еще из присутствующих вовлечен в это, не дала точных ответов, но он был рад тому, что каждый человек в этом помещении был довольно удивлен, услышав о случившемся.

Внезапно поднявшись, он подошел к краю сцены и махнул Эмори, чтобы тот подошел к нему. Как только Эмори пересек короткое расстояние сцены и занял свое место, Джозеф заговорил:

— Господа… Я хотел бы, чтобы это стало предельно ясно всем, насколько совершенно и оперативно мое влияние в пределах этой сети. Человек, напавший на мою жену, был казнен на месте, однако, я не настолько глуп, чтобы поверить, что он действовал в одиночку. Менее чем за двадцать четыре часа после нападения я не только раскрыл личности соучастников, но и схватил их. — Хитрая улыбка скользнула по его лицу, когда в помещении восстановилась гробовая тишина. После того, как Эмори спустился со сцены и остановился у двери, ведущей в западное крыло, Джозеф переместил взгляд от слушателей и кивнул Эмори, давая понять, что пришло время открыть двери.

Глава 10

Как только Джозеф начал говорить, Арианна выпрямилась в своем кресле. Воспоминания захлестнули ее с головой, и девушке пришла на ум другая речь, которую годами ранее произносил Джозеф в другом зале. От тона его голоса по всему ее телу пробежал озноб. А из-за его апатичного, лишенного всяких эмоций лица и произнесенных убедительным тоном острых, как бритва, слов, многие даже не могли опознать исходящую от него угрозу. Это была иная, столь тщательно скрытая сторона мужа, которая открывалась ей лишь в те моменты, когда он терял самоконтроль, и в результате причинял ей боль или же попросту пугал.

Она посмотрела на толпу приглашенных и проследила, куда было обращено их внимание и взгляды — к дверям, ведущим в крыло дома Джозефа. Ее словно накрыло удушающей пеленой, и Арианна затаила дыхание от переполнявших ее мысли нетерпения и ужаса, в ожидании увидеть то, что скрывалось за теми огромными деревянными дверями.

Громкий звон кованных оков послышался перед тем, как по залу пронесся слабый скрип открываемых дверей. Из просторного коридора полился свет, а глаза Арианны расширились при виде скованных цепью и скрытых под капюшонами десятерых мужчин, которых друг за другом ввели в зал. Трое мужчин в черном вели процессию закованных пленников. Когда они дошли до центра зала, их остановили и поставили лицом к сцене. По очереди с голов пленников сняли мешки, и взглядам присутствующих предстали их изувеченные лица.

Джозеф некоторое время молча возвышался над ними, крепко сжимая руки за спиной и слегка расставив ноги.

— Добро пожаловать, джентльмены. Как великодушно с вашей стороны, присоединиться к нам этим вечером.

Ничего. Ни одной эмоции не проскользнуло в его голосе при виде десятерых мужчин, которые выглядели так, словно их избивали, прежде чем завести в зал. Каждый из них еле держался на ногах, опухшие глаза почти не открывались, а открытые участки тела были покрыты кровью и грязью.

— Повернитесь.

По спине Арианны вновь пробежал озноб от холодного приказа Джозефа.

Мужчины медленно повернулись лицом к публике. В толпе послышался приглушенный гул голосов и удовлетворенный ропот, когда народ увидел, какому насилию уже подверглись эти мужчины. Джозеф же не шелохнулся, в молчании ожидая, пока вновь воцарится внимательная тишина.

Боковым зрением она заметила, что Коннор вышел из-за ее спины. Он подошел к краю сцены, но внезапно остановился, наклонился к ней и прошептал:

— Если можете, закройте глаза.

Арианна встретилась с ним взглядом. Он еще несколько секунд смотрел ей в глаза, а затем выпрямился, спустился по ступеням и встал за скованными цепью мужчинами.

Когда Коннор занял свое место, Джозеф вновь заговорил:

— Я хочу, чтобы сегодня каждый из вас посмотрел в лица тем, кто предпринял попытку напасть не только на меня, но и на всю сетевую организацию, которая сделала вас более могущественными лишь благодаря тому, что вы являетесь ее частью. Я намеревался по-тихому разобраться с этими людьми, однако, вспомнил, что мы — коллективная организация, поэтому решение о наказании должно быть принято от лица всего «Эстейт», — Джозеф сделал несколько шагов, поворачивая голову в разные стороны, словно хотел встретиться взглядом с каждым из присутствующих.

— Мы можем предоставить им лишь две альтернативы: смерть или тюрьму. Таким образом, чтобы учесть мнение и решение каждого по этому поводу, я попрошу вас поступить следующим образом: вынесшие смертельный приговор просто встаньте, а если голосуете за тюремное заключение — оставайтесь на своих местах.

У Арианны больно скрутило живот и напряглись все мышцы в теле, когда она увидела, как каждый из присутствующих начал медленно подниматься. Она мельком оглядела их лица и еще больше испугалась, поскольку заметила, что подобно Джозефу, на их лицах не отображался ужас или отвращение к тому, что намеревался сделать ее муж. Вместо этого, когда они голосовали за смертный приговор закованных мужчин, на их лицах играло безразличие и скука. Как только все встали Джозеф отошел от края сцены и присел на свое место. Находясь в отчаянии от того, что не может остановить надвигающееся кровопролитие, Арианна потянулась к мужу и накрыла ладонью его руку. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее и улыбнулся. Его голос был низким, а в глазах плясало безумие, когда он спросил:

— Видишь, Арианна, ты видишь, что произойдет с теми, кто угрожает нашему дому?

Ее окатило волной шока, а из глаз брызнули беспомощные слезы. Не обратив на это ни малейшего внимания или просто не заботясь о ее чувствах, Джозеф снова повернулся к приглашенным. От улыбки уголки его высеченных словно из камня губ приподнялись, и он приказал:

— Убить их всех!

— На колени, — Прозвучал голос Коннора, когда он подошел к первому справа закованному мужчине и поднял пистолет. Первый выстрел застал ее врасплох и Арианна бессильно откинулась в своем кресле. Звук был оглушительным, и она долго не могла отвести полный ужаса взгляд от сочившейся из головы мужчины крови, пока тот не рухнул на каменный пол.