Чтение онлайн

– Кого-то найду, не беспокойся! – ответил Нерон.

– Значит так, – сказал довольно грозно Офоний. – или ты сделаешь так, как я хочу, или ты меня сейчас сильно рассердишь!

Император снова стал лилового цвета, как тогда в термах и, округлив глаза, произнес:

– Опять мне угрожаешь!?

– Я хочу поехать в Иудею. – начал разряжать обстановку Флавий. – Цезарь, подпиши приказ, и уже завтра я отправлюсь туда и не надо больше ссориться из-за меня, хорошо?

Тигеллин и Нерон пристально смотрели друг на друга, пытаясь что-то сказать, а может просто наброситься друг на друга. Но, переборов себя и посмотрев на Тита, император сказал:

– Только ради тебя я это сделаю! Завтра в обед жду тебя в тронном зале, ты познакомишься с одним человеком, который будет тебя сопровождать и уже отправишься в свой путь! Можешь идти готовиться!

Когда Флавий покинул покои, по дороге ему встретилась разъяренная Пепонила, которая, увидев его, спросила:

– Почему ты ушел без предупреждения?

– Прости, но я не тот, кто тебе нужен. Уверен, ты найдешь еще настоящую любовь, ты ее заслуживаешь! – сказав это, он зашагал прочь.

Она же, открыв рот, долго еще стояла как вкопанная, ничего не понимая.

Как раз к обеду пришел на свою виллу Тит. Зайдя в триклиний и поздоровавшись, он возлег рядом с братом и начал с аппетитом есть. Веспасиан первым прервал молчание:

– Когда ты едешь, сын?

– Завтра. В обед надо будет забрать приказ и отправиться на судно. Так что сегодня мне надо успеть сделать все свои дела!

– Мне вчера рабы рассказали о твоем плане поимки заговорщика. Так чего ты все забросил?

– Опасно, везде за мной следят, если бы я не убрал наших рабов, Нерон бы взбесился, и кто знает, чтобы произошло.

– Тогда ты абсолютно прав. А того человека, который все это слушал, почему не захватил?

В этот момент к ним зашел Марк и начал класть на стол новые блюда из мяса.

– Руфина? Да ладно, что он может знать, может он вообще подослан был ко мне. Нет, надо искать Рубрия в Иудее, и тогда я узнаю всю правду, вот увидишь!

Плотно поев, Тит пошел собирать свои вещи. В большой сундук на жердях он складывал туники и тоги, а также свою парадную и обычную военную форму, несколько пар сандалий, не забыв взять кроме двух мечей, еще и серебряный кинжал, которым чуть не убил предателя Рубрия. Из потайного места в шкафу он вытащил кулон, подаренный матерью и замотал в одну из тог. Когда все было приготовлено, Тит вышел в атрий, где наткнулся на отца и Марка:

– Марк, хорошо, что ты здесь. Приготовь мне лошадь, я сейчас пойду в храм, а затем отправлюсь на могилу сестры на лошади.

– И мне лошадь нужна! – сказал глава семьи. – Я буду сопровождать сына и в храм тоже.

Ординарий поклонился и пошел исполнять распоряжения, а Флавии отправились на Капитолийский холм к храму Юпитера. Зайдя туда, они увидели перед собой огромную золотую статую верховного бога Римской империи. У подножия статуи была табличка с шестнадцатью эпитетами Юпитера. Тит выбрал три для обращения к богу: Божественный отец, Защитник и Победитель, и начал молиться.

– Я прошу тебя, Юпитер, чтобы ты меня защитил в трудном пути, который мне предстоит. Помоги мне, чтобы справедливость восторжествовала, и виновники смерти моей матери были наказаны! – он дал мешочек монет жрецу, чтобы тот принес за него жертву богу и вышел из храма.

Как по пути к храму, так и назад Флавии шли молча. Веспасиан не хотел, что-либо спрашивать у сына, видя, что тот постоянно что-то обдумывает. Первым же заговорил Тит:

– Я отправляюсь в очень опасную миссию, может, больше не вернусь сюда никогда, может, больше вас уже не увижу. Однако хочу сказать, чтобы со мной не произошло, я всегда буду с вами и по возможности оберегать и защищать вас. Если в чем-то когда-то тебя обидел, прошу простить меня, я всегда любил всех членов семьи и всегда буду верен всем вам до конца. Для меня ты всегда будешь отцом достойным подражания, я горжусь тем, что я твой сын!

Веспасиан был поражен таким откровением и быстро попытался поддержать грустного сына:

– Ты что? Мне нечего тебе прощать, ты идеальный сын и другого мне не надо и меняться тоже не надо! Да, у тебя есть недостатки, как и у всех, но для меня это не имеет значения. Не волнуйся насчет Иудеи, ведь ты же настоящий воин и всегда дашь отпор, только если не будешь лезть на рожон. Пообещай мне!

– Не могу уже ничего обещать, моя цель найти Рубрия и я ни перед чем не остановлюсь, а чему быть, того не миновать.

Отец ничего не ответил, лишь покачал головой. Они подошли к вилле, возле которой стояли рабы с двумя лошадьми. Флавии вскочили на них и поскакали в сторону Аппиевой дороги. По городу ехали осторожно, чтобы случайно не сбить кого-то. Когда они заехали на улицу Аргилет, то впереди увидели столпотворение, образовавшееся из-за паланкина с каким-то патрицием. Патриций вышел из паланкина и попытался обругать Флавиев, но те, не обращая внимания, проскочили мимо него, опрокинув при этом его паланкин. Довольно долго выбирались из города, пешком было бы быстрее. Но зато, выехав на Аппиеву дорогу, они уже помчались. Подъехав к усыпальнице матери, остановились и спрыгнули с коней. Теперь рядом с Домициллой-Старшей упокоилась и младшая. Кто бы мог подумать, что дочь всего на несколько дней переживет свою мать. Тит стал между двумя могилами и положил на них руки:

– Мои дорогие мама и сестра, простите меня, что не смог уберечь вас от смерти. Ведь это меня пытались отравить, а пострадала ты, мама. Это фактически я убил единственную твою любовь, тем самым убил и тебя, сестра. Я до конца дней буду чувствовать свою вину и никогда себе этого не прощу. Жаль одно, что не могу вновь вернуться в календы апреля, чтобы все исправить. Еще раз простите, если сможете! – после чего взобрался опять на лошадь.

Веспасиан же, еще немного помолившись, тоже залез на коня, и они поспешили на свою виллу.

Практически весь вечер три Флавия провели вместе в общении и обсуждении разных проблем. Спать пошли, когда уже на улице была глубокая ночь.

Утром Тит проснулся выспавшимся и довольным, что наконец отправится в путешествие. По пути в триклиний на завтрак он встретил Марка, который обратился к нему:

– Господин! Можно, я с тобой поеду в Иудею, буду защищать и помогать тебе, а заодно и побываю на своей родине, ведь в последний раз я там был еще совсем маленьким, а тут такая возможность перед смертью увидеть ее снова!

– Да это не мне тогда помощь понадобится, а тебе, за тобой надо будет ухаживать и оберегать тебя!

– Я серьезно, господин!

– Что ты у меня спрашиваешь? Ты же не меня оставляешь, а отца и брата, у них и спрашивай!

– Я с твоим отцом говорил, и он меня отпустил. Тем более, что они будут редко жить здесь, в основном, во дворце. Так что все дела можно оставить на другого раба.

– Тогда хорошо, поедешь со мной.

Поев, Тит отправился на Палатин к Нерону. Пока его несли по городу, он внимательно следил сквозь шторки за движением горожан. Впереди него педисеквы выкрикивали: «Дорогу великому Титу Флавию!». И все становились какими-то настороженными, а некоторые и перепуганными. «Неужели у меня такая плохая слава во всем Риме, а может это я все преувеличиваю? Как бы там ни было, я вовремя покидаю город, это точно».