Чтение онлайн

Как ни скрывали испанцы, что им удалось обнаружить во дворце клад, слухи об этом дошли и до Монтесумы. Отлично понимая, что Кортес не расстанется с захваченными сокровищами, Монтесума решил «подарить» их испанцам. И Кортесу не оставалось ничего другого, как благодарить Монтесуму за щедрость. Сейчас он уже мог распоряжаться этим кладом на «законном основании». Три дня извлекали и сортировали испанцы драгоценности, хранившиеся в тайнике. Потом все золотые вещи были переплавлены в толстые квадратные слитки. Слитки понадобились испанцам, чтобы удобней было делить добычу. Ослепленные жадностью, завоеватели но пощадили даже великолепных произведений искусства, ценность которых превосходила стоимость золота, из которого они были сделаны. Несметные богатства, найденные во дворце, распалили жадность испанских солдат. Они потребовали немедленно приступить к дележу. Как ни оттягивал Кортес этот час, уговаривая своих головорезов, что скоро золота станет еще больше, солдаты не соглашались ждать. Тем более, что они стали замечать таинственное исчезновение многих драгоценностей. Подозрения пали на Кортеса и его приближенных. Под давлением солдат он вынужден был приступить к дележу. Из всей массы прежде всего взята была одна пятая для короля и другая - для Кортеса, согласно тому договору, который заключили с ним, выбирая его в капитан-генералы. Затем Кортес потребовал вычета тех расходов, которые он совершил на Кубе при снаряжении экспедиции, а также возмещения Веласкесу за уничтоженные суда, наконец, оплату издержек, затраченных на посольство, отправленное в Испанию. Далее сбросили пай для семидесяти человек гарнизона Вера-Крус, а также стоимость двух коней, павших при Тлашкале и Альмерии. Только затем уж приступили к наделению прямых участников. Но и тут шли в таком порядке; сперва оба духовные лица, затем офицеры, затем самопальщики и арбалетчики; всем предоставлялось по двойному паю. Когда же, после стольких надувательств, очередь дошла до остальных солдат, по расчету - один пай на человека, то этот пай был столь мизерен, что многие его даже не брали, и тогда, конечно, и их доля шла в карман Кортесу! Разумеется, солдаты должны были молчать, ибо кому же было жаловаться на обман и у кого требовать справедливости! К тому же Кортес не жалел ни ласковых слов, ни обещаний, а наиболее опасным крикунам ловко умел затыкать рот сотней-другой. Офицеры превратили свое золото с помощью мексиканских ювелиров в увесистые цепи. Они носили их на груди, не расставаясь с ними ни на минуту. Их примеру последовали солдаты, которые оказались запасливее других и раздобыли себе золото, не дожидаясь раздела. Но таких было немного. Кое-кто решил приумножить свои богатства при помощи картежной игры. Когда разгорались страсти, дело нередко доходило до бурных ссор и драки на шпагах. Дисциплина заметно падала, и Кортесу не раз приходилось заковывать обладателей массивных золотых цепей в не менее массивные железные цепи. Два-три десятка испанцев, как могли, наслаждались обретенным богатством. Остальная же масса открыто выказывала свое недовольство. Перед каждым вставал вопрос; во имя чего он претерпел столько невзгод, десятки раз рискуя жизнью? Ответ напрашивался сам собою: для обогащения Кортеса и кучки его приближенных.

Чуя грозную опасность, идущую изнутри, от испанских солдат, Кортес принял срочные меры, чтобы не дать разрастись недовольству. Самые строптивые, наиболее громко выражавшие свои требования получили щедрые взятки и замолчали. Остальных же Кортес задобрил обещанием всяких благ в недалеком будущем. Постепенно страсти улеглись, дисциплина восстановилась. Тем более, что появилась новые виды на золото. Кортес выведал у Монтесумы, где находятся три крупнейших золотых месторождения Мексики. Для обследования их были посланы небольшие группы испанцев. Золота они доставили немного, но зато привезли самые достоверные сведения о больших природных залежах его. Было ясно, что, применив усовершенствованные методы добычи, которых индейцы не знали, можно за короткий срок изрядно приумножить золотые запасы испанцев. Стало быть, прав был Кортес, который обещал всех сделать богачами, Так думали солдаты. И боль обиды за наглый обман при дележе добычи постепенно утихала. Преуспевая во всех своих замыслах и чувствуя себя фактическим властелином Мексики, Кортес решил, что сейчас ему все дозволено. И в один прекрасный день он потребовал от Монтесумы, чтобы тот передал испанцам крупнейшее сооружение Теночтитлана - храм бога войны.

Тщетно доказывал Монтесума Кортесу, что это восстановит против испанцев весь народ, что ацтеки не простят осквернения своих святынь. Кортес настаивал на своем. В конце концов, после совещания со жрецами Монтесума принял компромиссное решение. Он разрешил на вершине храма поставить часовню с иконой и крестом. Пышным богослужением отметил Кортес эту победу. Он уже обдумывал следующие шаги по искоренению язычества и обращению аптекой и самого Монтесумы в католическую веру. Но неожиданно всё это дело приняло совсем другой оборот.

Сам того не замечая, Кортес рубил тот сук, на котором сидел. Ведь именно слепая вера ацтеков в своих богов помогла испанцам завладеть Мексикой. Эта слепая вера превратила грозного и воинственного Монтесуму в безвольное орудие Кортеса. А теперь он покушался на то, что питало эту веру и помогало ненавистным пришельцам безнаказанно хозяйничать в огромной стране за тысячи километров от своей родины. Он покушался на религиозные верования ацтеков, то есть, в конечном счете, на самого светлолицего бога Кецалькоатля, посланцем которого его считал Монтесума.

И ацтекские боги возроптали… Соседство богородицы пришлось им явно не по вкусу. Атмосфера в столице всё более накалялась. Торжественный молебен чужим богам, совершенный на глазах у всех в храме Уицилопочтли, был воспринят жителями Теночтитлана как страшное кощунство. Воспользовавшись всенародным возмущением, хитрые ацтекские жрецы объявили Монтесуме, что боги намереваются покинуть столицу, если не будут наказаны испанцы. Разгневанные боги требуют изгнания всех пришельцев за пределы Мексики. Монтесума сразу же призвал Кортеса и сообщил ему «волю богов». Кортес был поражен, как громом. Только сейчас он в полной мере оценил страшную опасность, всё время висевшую над его головой. О ней он постепенно стал забывать, упоенный своими успехами. Как призрачна, по сути дела, его власть… А захваченные с таким трудом груды золота и драгоценностей, которые делали его одним из богатейших людей Европы, могут в любую минуту ускользнуть меж пальцев.

Стараясь ничем не выдать своего волнения, Кортес заявил, что готов отправиться в обратный путь. Но для того, чтобы вернуться на родину, ему надо соорудить три больших судна. Если Монтесума даст своих лесорубов и плотников, то это дело не затянется. Кстати, добавил он, уезжая, мы должны будем взять с собой и повелителя ацтеков, чтобы представить его испанскому королю. Последнее сообщение не особенно обрадовало Монтесуму. И всё же он дал Кортесу необходимое количество работников и пообещал удержать народ в повиновении, если постройка судов не очень затянется.

И опять начались для испанцев тяжелые дни. Кортес удвоил караулы, запретил солдатам снимать доспехи (даже во время сна) и расставаться с оружием. Каждую минуту испанцы ждали нападения и не знали покоя ни днем, ни ночью. Полным ходом шла в городе Вера-Крус постройка новых бригантин. Уставшие от постоянного напряжения солдаты с нетерпением ждали того дня, когда можно будет, наконец, распрощаться с Теночтитланом и перейти на суда, где они себя будут чувствовать в безопасности.

Эрнан Кортес. Восстание в Теночтитлане.«Ночь Печали»

Весной 1520 г., помимо постоянной угрозы ацтекского восстания в Теночтитлане, где Кортес по сути дела правил от лица Монтесумы, возникла новая угроза. Еще в 1519 г. Кортес отправил в обход губернатора Кубы Веласкеса посольство к королю Карлу V с богатыми подарками и с отчетом о первых открытиях и первых завоеваниях во главе Франсиско Монтехо и Пуэртокарреро. Несмотря на строжайшее приказание Кортеса - ни под каким видом не останавливаться на Кубе, - судно пришвартовалось в одной из бухт северной оконечности острова. Поблизости находилась плантация, принадлежавшая Монтехо, и он не мог отказать себе в удовольствии посетить ее.

Таким образом, секретность этой поездки, на которую так рассчитывал Кортес, была сразу нарушена. Тем более, что один из матросов сошел на берег, добрался до Сант-Яго и там хвастался на всех перекрестках удивительными открытиями, сделанными Кортесом, и необычайными богатствами, которые они везут в подарок королю. Обо всем этом, разумеется, тотчас доложили Веласкесу. Он немедленно отравил два быстроходных судна, чтобы перехватить посланцев Кортеса и задержать каравеллу с ее богатствами. Но и на этот раз Веласкес опоздал. Подгоняемая попутным ветром, каравелла была уже недосягаема.

И эта неудача не обескуражила губернатора. Снедаемый жаждой золота, он грезил наяву о сказочных богатствах Мексики. Веласкес решил снарядить туда новую экспедицию. Во главе ее был поставлен его близкий друг — генерал Нарваэс. Силы, которыми он располагал, намного превосходили силы Кортеса. Новая экспедиция отплыла на девятнадцати больших каравеллах. В составе ее было девятьсот испанцев, в том числе - восемьдесят всадников, девяносто арбалетчиков, восемьдесят самопальщиков. К этому надо добавить вспомогательный и обслуживающий персонал из тысячи индейцев, жителей Кубы. Всё свое состояние вложил Веласкес в оснащение этой экспедиции, первой целью которой было захватить Кортеса, его сторонников и, заодно, все добытое ими золото. По глубокому убеждению губернатора Кубы, все богатства страны ацтеков должны были принадлежать только ему одному.

Сразу по прибытии в Мексику Нарваэсу удалось выведать во всех подробностях, как обстоят дела у Кортеса. Армаду заметили три испанских солдата, посланных на побережье на промывку золотоносного песка. Их взяли на борт флагманского корабля. Солдаты стали наперебой выкладывать свои обиды на Кортеса. Они жаловались, что он обманул всех их при дележе добычи, и сетовали на деспотизм его характера и строгость дисциплины. Они говорили, что он замучил их непрестанными караулами и требованием ни на минуту не расставаться с оружием. Подробно рассказали они также о столице ацтеков Теночтитлане, о Монтесуме, которого Кортес захватил в плен, о находящейся поблизости испанской крепости Вера-Крус, гарнизон которой состоит лишь из семидесяти инвалидов.