Чтение онлайн

— Думаешь, можешь заставить меня убить тебя здесь и сейчас, чтобы Мэддоксу не пришлось смотреть, как ты умираешь? — Он фыркнул. — Жаль тебя разочаровывать, но мной не так-то просто манипулировать. И ты, и твой демон никак не убедите меня, что представляете угрозу. — Он ухмыльнулся. — Ты даже встать не можешь.

Не желая вспоминать об этом, она так сильно стиснула зубы, что по линии челюсти пробежала острая боль. Эта боль была ничем по сравнению с ослепляющей агонией, пронзавшей колени. Казалось, что их облили кислотой, а теперь они горят огнём. Она не сможет сбежать от него, когда он телепортирует их. Чёрт, она даже ползти не смогла бы, не говоря уже о том, чтобы стоять или бежать. Не смогла бы, потому что у неё раздроблены коленные чашечки и порваны сухожилия и мышцы. Сейчас её ноги бесполезны.

О, он заплатит за это. Рейни пока не знала, как и когда, но она отомстит. Её демон посылал Рейни в мозг разные образы: Юэна швыряют на каменную стену; в его член стреляют; по его лицу проводят тёркой для сыра, разрывая плоть. Да, эти идеи сработали бы для Рейни.

— Как жаль, что человек, который мог бы тебя исцелить, находится снаружи, но скоро умрёт.

Юэн склонил голову набок, словно пытаясь её размять, а румянец на его лице распространился на шею.

— Ты действительно не продумал, — сказала Рейни, всё ещё тяжело дыша. — Если не считаешь, что Община может счесть подозрительным факт твоего отсутствия в битве.

— Я собираюсь заявить, что участвовал в битве; что меня оставили умирать, но я выжил. Не думаю, что ангельские ублюдки спустятся со своих небесных высот, чтобы опровергнуть это. Поверь, Рейни, я всё продумал. Люди всегда меня недооценивали. Полагаю, у нас с тобой есть… — он помолчал, словно пытаясь подобрать нужное слово. Его зрачки расширились, а в голосе появилась почти незаметная дрожь. — Что-то общее, — закончил он. — Мы похожи.

Рейни покачала головой.

— Не имеет значения. В моей Общине будут гадать, что здесь произошло. Потому что твой план подставить Дуэйна провалился. Не знаю, правил ли ты воспоминания моей сестры лично или поручил это кому-то, но в любом случае это была не самая лучшая работа. Мэддокс смог сказать, что они были изменены и что не Дуэйн её похитил.

Юэн напрягся.

— Ты лжёшь.

— Нет. Все в моей семье знают, что это был кто-то другой, и очень хотят его найти. И поскольку ты один из первых подозреваемых, они хорошенько тебя рассмотрят. И что они найдут, Юэн? Найдут чудом выжившего после битвы, в которой я погибла. Этого будет достаточно, чтобы они захотели с тобой пообщаться. И вот что самое приятное. У тебя больше не будет предводителя, ты станешь одиночкой, так что некому будет защитить тебя от Джолин. Если объявишь себя предводителем, это всё равно ничего не изменит, если не будет других членов Общины. Ты всё равно останетесь одиночкой.

На его виске запульсировала вена.

— Даже если бы я верил в твои слова, что воспоминания твоей сестры были отредактированы, — что точно не так, — это не имеет значения. Они никогда меня не найдут.

— Ты собираешься спрятаться? И какой тогда из тебя Предводитель? — насмехалась она.

Кожа вокруг его глаз натянулась.

— Такие громкие слова для того, кто на волоске от смерти. — На его лбу выступили капли пота, а руки слегка дрожали — она подозревала, что они были влажными.

Хотя было не очень приятно видеть, как они дрожат, когда он держит в руках два пистолета, было приятно осознавать, что феромон так хорошо действует.

— А теперь, я думаю, нам пора выйти.

У неё ёкнуло сердце.

— Думаешь, Кастиэль тебя не убьёт? — выпалила она, надеясь, что он продолжит говорить. — Он хочет смерти каждого из потомков, Юэн. Включая тебя.

— Прямо сейчас его главная цель — покончить с Мэддоксом. Кастиэль не будет интересоваться мной, пока мой кузен не умрёт — я телепортируюсь прочь к моменту, когда он решит обратить на меня внимание.

— Он выследит тебя, сколько бы времени это ни заняло. Он хочет стать одним из Семёрки, и ничему не позволит встать у него на пути.

— Напротив, я думаю, он будет склонен оставить меня в живых в качестве благодарности за то, что я помог ему победить Мэддокса.

Он не мог говорить серьёзно. Скорее всего, архангел был бы оскорблён тем, что кто-то решил, будто ему нужна помощь, особенно помощь демона.

— Отчасти я беспокоился, что Кастиэль убьёт его в начале битвы. Но поскольку ты не испытываешь невообразимых душевных страданий, связь с анкором, должно быть, всё ещё цела, а значит, Мэддокс тоже жив.

Он дважды моргнул и облизнул губы. Наконец, кажется, заметив дрожь в руках, он нахмурился.

— Что со мной? Я чувствую… — Он замолчал и прищурился на неё. — Что ты сделала?

Она постаралась выглядеть абсолютно сбитой с толку.

— Ничего.

— Опять врёшь, — прорычал он и пнул её в колено. Из горла вырвался сдавленный крик, когда новая волна боли пронзила и отдалась в ноге.

Перед глазами всё поплыло, живот скрутило, и её чуть не стошнило. Боже, её сейчас стошнит. Боль была такой сильной, что Рейни не могла нормально вдохнуть. Ненавидя себя за то, что не может просто вырвать у него из рук пистолеты и размозжить его чёртов череп, она сделала медленный, судорожный вдох. И ещё один. И ещё один. И ещё один. Она не позволит ему превратить её в… существо, которое знает только боль и не может думать ни о чём другом. Нет. Нет, он её не сломает.

Наконец, почувствовав, что может двигаться, не вызывая рвоту, она с трудом села, сдерживая стоны от боли в коленях.

— Ты действительно выглядишь довольно жалко.

Неконтролируемо дрожа, Рейни оскалилась на него. Она не была уверена, что ненавидела кого-то так сильно, как Юэна в тот момент. Её демон бесновался, желая, чтобы он умер, был похоронен, а затем воскрешён, чтобы снова испытать мучения.

— Я с нетерпением жду момента, когда Мэддокс увидит, что ты вот-вот умрёшь, — продолжил Юэн. — Он не спасёт тебя, и ты не спасёшь себя. Перестань пытаться бороться со мной — это бесполезно.

Если он думал, что она просто смирится с судьбой, был не в своём уме. Но, похоже, лучше дать ему поверить, что она подчинилась. Надеясь выглядеть побеждённой, она заставила себя ссутулиться и расслабить мышцы.

Он хихикнул, презрительно и насмешливо.

— Не стесняйся снова кричать, когда мы выйдем на улицу.

Другими словами, он, вероятно, собирался ударить её ещё раз.

Всё вокруг вспыхнуло белым, и они втроём оказались на небольшом расстоянии от внутреннего двора, где вокруг тел, разбросанных по земле, всё ещё бушевала битва. Те, кто продолжал сражаться, покрыты ожогами, кровью и синяками. Что касается Мэддокса и Кастиэля, они всё ещё сражались лицом к лицу, и казалось, что силы равны.

Она мгновенно обратилась к Мэддоксу:

«Юэн хочет отвлечь тебя, чтобы Кастиэль смог тебя прикончить — не позволяй ему, будь начеку».

Секундой позже Юэн прокричал имя её пары.

Кастиэль резко развернулся, держа в каждой руке по шару золотой энергии, в то время как взгляд Мэддокса метнулся к Юэну, а затем опустился на неё. На его лице отразилась такая ярость, прежде чем он взял себя в руки… словно не желая позволять эмоциям брать над собой верх. Что ж, слава богу, что он это сделал. Почувствовав, что что-то происходит, Чёрные Святоши и ангелы прекратили сражаться, но оставались начеку. Юэн одарил Мэддокса самодовольной улыбкой и стал ждать, что тот будет возмущаться, угрожать или, может быть, даже умолять его освободить её. Мэддокс никак не отреагировал. Просто спокойно встретил взгляд кузена. Но она чувствовала, как его ярость пульсирует в её сознании. Она была ледяной и проникала глубоко в душу.