Чтение онлайн

— Почему ты осталась? — спросил парень. — Почему бы просто не уйти с вечеринки?

— Не знаю, — призналась она. — Как-то это невежливо.

— Невежливее, чем зайти в спальню бедного Гарри без приглашения? — поддразнил он.

— Невежливее, чем вломиться на вечеринку к человеку, которого ты даже не знаешь? — парировала она.

— Туше, — рассмеялся парень.

Девушка изучающе посмотрела на него, чуть склонив голову.

— Эта вечеринка как-то странно сочетается с… — она обвела рукой его с ног до головы, — твоим вайбом.

— Моим «вайбом»? — нахмурившись, спросил он.

Овечка изящно подняла руки, имитируя чашку с блюдцем, и сделала вид, что пьёт чай.

— Ты обвиняешь меня в том, что я сноб? — спросил парень, ухмыляясь.

— Совершенно верно. Не хотите пройтись по комнате? — её британский акцент был одновременно ужасным и очаровательным.

Он настороженно огляделся по сторонам.

— Я бы побоялся того, что этот парень с хлопьями спрятал за своим комодом.

— Справедливо.

Девушка улыбнулась, и он стал перебирать в уме, что бы такое сказать, чтобы поддержать разговор. Но она опередила его:

— Кто ты?

— Меня зовут Бриган.

Выпалив это, парень замер, и улыбка с его лица испарилась. Зачем он это сказал? Бриган не произносил своего настоящего имени человеку уже столетиями. Максимум, иногда позволял себе называть похожие вроде «Бриг» или «Ригг», словно эхо его настоящего имени.

Его звали Майкл, Эдгар, Джордж, Луи… Десятилетиями он чередовал множество имён. В старых водительских правах в его бумажнике значилось имя Сэмюэл Джеймс Миллер. Имя, от которого ему вскоре придётся отказаться, потому что там стояла дата рождения: 1943 год. А Бриган, по крайней мере, пока проклятие не будет снято, всегда будет выглядеть на двадцать пять, а не на восемьдесят один. Но сейчас, здесь, с ней, ему даже в голову не пришло увиливать.

Девушка, конечно же, не заметила его заминки.

— Зачем ты сюда пришёл? — спросила она.

— Я последовал за тобой, — честность выскользнула наружу.

Она напряглась, прижавшись спиной к окну, а Бриган покачал головой.

— Я тебя напугал. Извини, — он отступил в сторону, освобождая ей путь к двери, и потянулся, чтобы открыть её. — Я не собираюсь тебя здесь запирать.

Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль.

— Что ты только что сказал? — она нахмурилась.

— Я же сказал, что не собираюсь запирать тебя здесь.

— Нет, после этого.

Бриган покачал головой, снова поражённый тем, что она слышит голос, но тот не достигает той послушной, инстинктивной части её существа.

— Я не…

— Значит, мне это кажется? — разочарованно спросила она. — Зачем ты пошёл за мной сюда?

Бриган заметил её настороженный взгляд и напряжённую позу. Но также он увидел в её глазах пылающую искренность, а в линии подбородка — решимость.

— Насколько честным ты хочешь, чтобы я был? — спросил он.

— Полностью.

— Я пришёл за тобой сюда, потому что ты выглядела одинокой. Пришёл за тобой сюда, потому что ты красивая, а я люблю всё красивое, — пауза, а затем он выпалил: — Я пришёл за тобой сюда, потому что мне тоже одиноко.

Девушка сжала челюсти и снова отвела взгляд, уставившись на дверь, которую парень оставил приоткрытой. Она подумывала о том, чтобы уйти. Ей следовало уйти, и он, конечно же, позволил бы ей это. Естественно, с его проклятым обаянием, из-за которого люди сами бросались к нему в объятия: безымянная женщина, которая впала в транс и пересекла комнату, чтобы отдаться ему… мужчина, который подошёл к нему в метро… женщина, которая обернулась при первом же взгляде на него и пошла за ним по улице… Согласие было в лучшем случае сомнительным.

Но каждой проклятой клеточкой своего тела Бриган хотел, чтобы маленькая овечка осталась добровольно.

Он осознал, что хочет её так, как никого не хотел с тех пор, как его человеческое тело жаждало связи, прикосновений и облегчения, а не просто пропитания. Секс утратил своё значение, став синонимом кормления, но теперь это слово шёпотом звучало в его голове, шипящее и соблазнительное, заставляя его мышцы напрягаться.

Всё в этой женщине — вопросительный наклон головы, настороженная улыбка, ясность взгляда — подсказывало ему, что секс с ней может быть другим. Что это будет не просто удовольствие, которое он будет поглощать волнами, а удовольствие, которое раскроется и для него.

— Как тебя зовут, овечка?

Она закусила губу и сказала

— Каталина.

***

Рациональная часть разума Кэт задавалась вопросом, что, чёрт возьми, она делает? Почему не сбежала в ту же секунду, как он признался, что следил за ней? В ту же секунду, как он открыл дверь, отступив в сторону, чтобы она могла уйти? Всё это было похоже на подкаст, газетную статью, историю, финал которой всем уже известен и которая заставляет зрителей кричать, чтобы она немедленно уходила.

Но, несмотря на то что Бриган явно был другим, и она пока не совсем понимала, что это значит, её пульс не бился в паническом ритме. Она испытывала любопытство, а не страх.

Парень был высок — поистине огромен. Она могла лишь предположить, что парень был выше ста восьмидесяти сантиметров ростом, и он возвышался над ней, даже стоя по другую сторону кровати. Ей хотелось бы увидеть, как он входит в комнату, чтобы узнать, пришлось ли ему наклониться, чтобы пройти, не задев своими невероятными костюмированными крыльями дверной косяк. Она мельком увидела его руки, прежде чем он засунул их в карманы дорогих брюк, и они были огромными. По всем законам логики Кэт должна была его бояться.

Но почему-то не боялась. Даже когда она очнулась от наваждения, в которое впала при первой встрече с ним. Даже когда Бриган заговорил своим низким, гипнотическим голосом.

Может быть, дело было в его глазах, которые сверкали даже в темноте, или в озорной улыбке, которая не сходила с его лица, даже когда он говорил серьёзно. Может быть, дело было в сочетании невинности и мудрости на его лице. В голоде и печали в его взгляде, который был одновременно и юным, и зрелым, хотя парень не мог быть намного старше её. А может быть, дело было в том, как по-мальчишески спадали на лоб его густые тёмные волосы, и в том, как мило он смотрел на неё сверху вниз.

Как ни странно, Кэт почувствовала, будто знает его. В Бригане было что-то настолько знакомое, что, когда он назвал ей своё имя, она чуть не ответила: «Точно, я забыла».

Может быть, она действительно знала его. В прошлой жизни, или во сне, или в чём-то ещё, что казалось невозможным, но в то же время реальным. Кэт всегда интересовалась паранормальными явлениями. Она никогда не боялась темноты, никогда не переживала из-за монстров под кроватью. В старших классах она с радостью согласилась провести ночь в доме с привидениями и знала, что самое опасное для неё — это другие люди. И хотя эта мысль звучала в её голове набатом: «Бриган другой, Кэт, будь осторожна», она никогда раньше не испытывала такого дезориентирующего сочетания похоти, любопытства, влечения и желания защитить.