Чтение онлайн

Несмотря на яркий солнечный день, комната освещалась двумя факелами, так как узкие окна в толстых стенах не пропускали достаточно света.

Стражники вывели Мартина на середину, а сами встали у дверей.

— Начнем, — сухо сказал Венцель Марцел.

Судья Перкель прокашлялся и уставился на узника.

— Как твое имя?

Мартин склонил голову. Можно было бы назваться другим именем. Но проклятый палач, скорее всего, помнит его. Тем более, что за этим именем не числится никаких других преступлений. А назвавшись чужим, он сразу же станет явным преступником, присвоившим имя другого человека.

— Мартин, — ответил он после паузы. — Мое имя Мартин.

— Откуда ты?

— Я не знаю ни своей родины, ни отца, ни матери. Меня воспитали монахи-цистерцианцы в обители братства Святого Бернара.

— Ты отступник? — священник поддался вперед.

— Отец Марцио, ваши вопросы вы можете задавать после проведения досудебного дознания, — учтиво произнес судья, повернувшись к тощему старику в поношенной черной сутане. — Сейчас вопросы задаю я. Ты отступник?

Мартин замотал головой.

— Нет, я добрый христианин. Знаю все молитвы и захожу во все церкви, что случаются на моем пути. А из монастыря меня выгнали за пьянство и за то, что посмел приводить в кельи к братьям грешных женщин. Слаб человек перед дьявольскими искушениями…

— Каково твое ремесло? — прервал его судья.

— В монастыре я был огородником. А после прибился к рутьерам и переходил из отряда в отряд. Мы воевали то на стороне французов, то за английского короля. Потом я получил ранение и меня оставили лечиться в маленькой деревушке в Нормандии. Но там я не прижился и с тех пор хожу по дорогам от города к городу и прославляю имя Божье. А год назад я пристал к братьям и сестрам во Христе и так оказался в ваших краях.

— Где живешь сейчас и чем занимаешься?

— Добрая вдова Мабилия из деревушки у болота приняла меня для работы по хозяйству. Она выпекает хлеб. Я ношу дрова, воду. Замешиваю тесто. А иногда я продаю готовый хлеб. И сегодня я шел сюда для того же. Не понимаю, почему человек в синих одеждах избил меня и назвал убийцей и насильником.

Мартин сморщился, показывая свое недоумение. Он даже пожал плечами.

Судья Перкель посмотрел на бюргермейстера и велел стражникам:

— Приведите свидетелей.

Один из них скрылся за дверью и вскоре вернулся, сопровождая палача и испуганную девушку. Под руку ее поддерживал Альберт.

— Девушка, твое имя? — задал вопрос Перкель.

— Берта, — едва вымолвила она.

— Этот человек причинил тебе зло? Расскажи, как это было.

— Я увидела мешок на дереве. А потом этого человека. Он предложил поделить то, что в мешке. Там были платье и туфельки. Он ушел, а я решила примерить платье. Тогда он вернулся и напал на меня. Он стал душить меня, но тут подоспел человек в синих одеждах…

— Палач, как ты оказался в это время в лесу? — спросил судья.

— Я следил за этим человеком, — ответил Гудо.

— Почему ты следил за этим человеком?

— Я знаю его как помощника супериора флагеллантов. Он поставлял пищу для своих братьев и сестер. Хлеб, который им давали, был со спорынью и другими травами, вызывающими у человека болезни. Я решил проверить, что он продает. А теперь, узнав, что он бывший наемник, я уверен, что он не в первый раз нападает на девушек. Смерть, случившаяся в лесу несколько дней назад, — это дело его кровавых рук.

— Этот мешок его?

— Да. Он принес его, а затем повесил на дереве, чтобы приманить какую-нибудь из женщин, живущих в лагере.

— Ты посмотрел, что было в мешке?

— Да. И увидел в нем еще и хлеб. Это нечистый хлеб. В нем есть травы.

— Мартин, что это за травы в хлебе?

Мартин сжался и со злостью посмотрел на палача.

— Я не понимаю, о чем говорит этот человек. Об убийстве, отравленном хлебе… Откуда мне знать, что хозяйка кладет в тесто? Я только ей помогаю…

— У супериора Доминика была книга о травах. О полезных и болезнетворных травах. Эта книга исчезла. Доминик показывал ее этому человеку и многое ему объяснял. — Палач махнул рукой в сторону Мартина.

— Что говорит этот глупец? Какая книга? Я ничего не знаю. Я только продаю хлеб. Ну, может быть, я немного и помял девушку, но я никого не убивал и не насиловал. Я говорю правду. Бог тому свидетель, — горячо промолвил Мартин и уставился в деревянный потолок.

— Не призывай Господа в свидетели! — гневно воскликнул священник.

— Отец Марцио, позвольте мне. — Судья посмотрел на разгневанного церковника, а затем на Венцеля Марцела.

Бюргермейстер кивнул. Судья Перкель строго взглянул на допрашиваемого и произнес:

— Ты отрицаешь явное и не признаешь свою вину. Значит, ты лжец и за тобой есть другие грехи, которые ты скрываешь. Но мы узнаем все. Правду от суда не скрыть. Палач, знай свое дело. Он в твоих руках. Мы хотим услышать правду. Да укрепит тебя, Мартин, сам Господь. Заседание переносится в комнату пыток.

Мартин крепко сжал зубы. Палач медленно приближался к нему, хмуря и без того уродливое и грозное лицо.

— Проклятый палач! Что ты хочешь со мной сделать?

Палач криво усмехнулся:

— Пока твои судьи пьют вино, я приготовлю для них закуску из твоих правдивых слов. Ты скажешь всю правду. Боль заставит тебя сделать это. Ты сам себе не поверишь. Но сегодня ты расскажешь больше, чем в аду, куда ты скоро угодишь.

Мартин побледнел. А затем его лицо покрылось мелкими каплями пота. Он заискивающе посмотрел на господина в синих одеждах.

— Что тебе до моего тела и души? Они не тобой созданы. Не касайся их и не бери еще один грех на душу. И за мою душу тебе отвечать перед Всевышним.

Палач приблизил свое ужасное лицо к Мартину и тихо произнес:

— Мне и вечной жизни не хватит, чтобы ответить за все грехи. Грех за тебя Господь и не заметит. Не все люди достойны жизни на земле. От таких, как ты, нужно освобождать землю.

Палач развязал руки своей жертве и велел:

— Стань на колени и, если сможешь, помолись. Хотя множество молитв ты скоро произнесешь, сам того не желая.