Чтение онлайн

Неясно, как и кто, но ему было безразлично, он просто радовался этому и не хотел останавливаться.

Сидевший на лавочке Александр Шерманин с сигаретой во рту смотрел на безумного человека вдалеке и решил, что его сын ещё кого-то спас или это очередной гость, похожий на тех эльфов с рогами, которые тут регулярно появляются, но ни с кем не общаясь, вскоре покидают пространство.

Вытащив почти докуренную сигарету, граф ещё раз с любопытством взглянул на неё.

В этом мире курение стало его своеобразным развлечением, не имевшим ничего общего с настоящим, так как она имела аромат трав, которые ему нравились, ведь он понятия не имел, какие вкусы имеют сигареты на Земле.

Образ этого предмета попался ему во сне, а когда проснулся, он увидел красную пачку сигарет «Мальборо», лежавшую на тумбочке рядом с кроватью.

Словно зная, что делать, он прикурил её и теперь употреблял регулярно, а каждый новый день перед ним появлялась ещё одна.

На самом деле в этом пространстве появлялись многие странные вещи, которые он не мог понять, но они явно для чего-то должны были использоваться.

Он не знал и не мог знать, что Виктор, думая о многих вещах из своего мира, находясь в виртуальном пространстве, оставлял их след здесь, а мир это всё воссоздавал.

Именно так хранители с других континентов создавали это место, ведь всё пространство соткано из их воспоминаний и ощущений, и ничего из находящегося здесь не является материальным.

По этой же причине Иггдрасиль привёл сюда Тошина, чтобы тот проводил свои эксперименты, что должно было их ускорить, а также для того, чтобы он сохранял свои исследования в создаваемой сознанием древа библиотеке, к которой Виктор сможет получить доступ из любого места на континенте, где мальчик создаст для него устройство входа.

То, о чём мечтал лорд долгое время, пусть и в довольно своеобразном виде, начало появляться здесь — глобальная сеть интернет.

Пожилой губернатор Леситор Крейн, одетый в костюм тройку, находился в здании торговой гильдии, где ему выделили кабинет.

Мэрия была частично разрушена, и в данный момент её ремонтировали, а единственным подходящим местом, где он мог бы работать, оказалось в торговой гильдии.

Хотя здесь было шумно, как на рынке, так как купцы толпами приходили к Воркату, Леситор Крейн относился к этому спокойно.

Сидя за простеньким деревянным столом в скромном помещении, мужчина худощавыми руками перебирал документы, когда, постучавшись в дверь, к нему вошёл его верный дворецкий.

Такой же пожилой, как и его господин, высокий мужчина, одетый в новенький фрак, поклонился, а затем, подойдя к столу, положил магическое письмо перед губернатором, после чего, оглядевшись, пожаловался ему:

— Ваше превосходительство не должны работать в таком недостойном месте!

Уже нахождение рядом с купцами слуга считал оскорбительным для бывшего графа, а работа рядом с ним, по его мнению, и вовсе унижала достоинство дворянина.

В этом были все дворецкие этого континента, которых можно было считать хранителями этикета.

Обученные с детства следовать правилам, для этих людей было невозможно отступать ни на дюйм от них.

Дворяне могли себе многое позволить, что являлось нормой, но дворецкий ревностно оберегал своего господина и в любой момент готов был расстаться с жизнью, лишь бы не допустить, чтобы тот потерял достоинство.

Мало кто этого мог понять, но даже герцог в любом королевстве или империи действовал с оглядкой на дворецкого, который следил за каждым его шагом с самого детства.

Такой слуга не просто нанятый персонал, это скорее член семьи, наставник и учитель, который до самой смерти будет служить одному дому.

Бывали случаи, когда дворецких изгоняли из семьи за какой-то проступок, и чаще всего такие слуги кончали жизнь самоубийством, потому что не могли принять себя в любой другой роли.

Леситор давно привык к причитаниям своего слуги и, по правде говоря, даже не представлял свою жизнь без этого человека, который вечно недоволен всем вокруг и не стесняется этого высказывать.

Развернув письмо, губернатор прочитал сообщение от Виктора и удивлённо перечитал его: «Создать отделы изучения земли и почвы, железной дороги и логистики».

Порой губернатора ставили в тупик просьбы лорда, как, например, найти другое применение Площади Законов, вместо того, чтобы устанавливать там очередной памятник герцога.

Ему тогда знатно пришлось поломать голову, так как все его идеи сводились к возвеличиванию Виктора, но в результате он решил организовать там ярмарочную площадь, чтобы отдать дань уважения её первоначальному назначению и позволить проводить крупные мероприятия в случае необходимости.

Теперь же лорд просил создать структуры, которых никогда не существовало в этом мире, а главное, Леситор понятия не имел, что они должны изучать.

Отправив дворецкого вызвать Алису, Прата и Гелдора, которые имели отношение к вышеуказанным направлениям, мужчина пошёл договариваться с Воркатом о выделении зала переговоров для проведения совещания.

Спустя два часа три человека и один дворф сидели друг напротив друга в зале для особо важных персон гильдии, за длинным массивным столом в мягких дорогих креслах, окружённые слугами, которые разносили напитки для них.

Бывший староста деревни Прат, одетый в свои лучшие одежды, со страхом смотрел на присутствующих, так как его уже очень давно не приглашали на важные собрания, и он вплотную занимался возделыванием земель, помогая своим опытом другим крестьянам.

Хотя этот худощавый мужчина с редкой седой бородой не знал и не мог этого знать, но «мертвецы» никого не выпускали из виду, если те имели хотя бы минимальную пользу для герцога.

Теперь, когда численность шпионов превышала полторы тысячи человек, Виктор передал им задачи по охране своих секретов и защите критически важных людей.

Им также были переданы книжные пособия, которые лорд разработал на основе всех своих знаний с Земли, благодаря чему они смогли многое узнать о том, как мыслят преступники и на что нужно обращать внимание.

Хотя между двумя мирами и была большая разница, но преступления и шпионаж совершали одинаково.

Прат, сложив руки на коленях, теребил свою одежду, стараясь собрать её так, чтобы она не запачкала кресло, в котором он сидит.