Палитра счастья
Шрифт:
Он сцепил челюсти, дыша чуть чаще, чем обычно. Даже чувствовал на собственных щеках румянец. И сердце грохотало в груди, шумно разгоняя кровь. Крохотные огоньки быстро передвигались далеко внизу по автобану. Он следил за ними некоторое время. Переводил взгляд с одной высотки на другую. «Посчитал» все пальмы на побережье, что были доступны взгляду. Стоял, уперев руки в бока, глядя сквозь стекло.
Красивая завораживающая панорама захватывала дух.
Масштабность…
Объём…
Размах…
Он так любил этот вид. Чувствовал себя частью этого мира.
А какая-то сука пытается отнять это!
Пытается разрушить… Сломать…
Никогда он не собирался никому позволить это. Никогда и никому он больше не позволит сломать себя и в прямом и переносном смысле. Тогда у него было больше сил вынести это, но меньше духу, чтобы справиться с собой. Однако же и тогда он смог. Зато сейчас хватало и первого и второго. Сейчас он готов на многое. Не на многое… На всё.
Из любой патовой ситуации есть выход. Он просто должен быть. И он есть.
— С волками жить — по-волчьи выть… — еле слышно проговорил Ян. А через минуту взял со стола сотовый телефон. — Пора отдавать долги, мой друг…
— Не думал, что услышу тебя, — ответил беспристрастный голос.
— А я не думал, что когда-нибудь мне придётся набрать этот номер, — ответил Ян.
— Я тебя понял. Я сам тебе перезвоню, — ласково ответил мужчина.
В долгих и церемонных прощаниях они не нуждались, Ян просто нажал на красную кнопочку телефона. И снова ждать…
Но это было совсем другое ожидание.
— Ты на месте? Я приеду, — быстро сказал он, набрав ещё один номер. Только взял в руки куртку, собираясь накинуть на плечи, как сотовый затрезвонил.
— Вечер добрый. Хотелось бы увидеться.
— Взаимно. Я сейчас к Грегу, подъезжай туда, если хочешь, — предложил он.
— Ну и сиди ты не высовывайся!
— В смысле сиди и не высовывайся?
— Да в таком… Что ты снова… — Грегори замолчал. Схватил свой стакан и проглотил залпом содержимое. Движения его были резкими и нервозными.
— Ты понимаешь, о чём я вообще тебе говорю? — спросил Ян, повысив тон. Он не пил. Перед ним стоял высокий стакан с минеральной водой, да и к тому он не притронулся.
— А что я идиот, чтобы не понять? — резко ответил Грег.
— Да, что с тобой? — Ян удивлённо смотрел на друга.
— Да, я просто о тебе беспокоюсь! — рявкнул Грег, ещё больше удивив Яна.
— А что обо мне беспокоиться? Чего ты разорался? Ты спросил — я ответил. Какие проблемы?
— Да вообще никаких! — зачем-то он встал с места.
— Ну и отлично. Думаю, мне лучше уйти, — Ян встал и двинулся к двери. Разговор принял неприятный оборот, и продолжать его совсем не хотелось, тем было обиднее, что не он его начал.
— Ты и так всех втянул! Всех кого мог! — сказал ему вслед Грегори. Он не опустился в кресло, а остался стоять у стола, повернувшись к другу и засунув руки в карманы брюк. Ян замер, с сомнением глядя на Грегори и надеясь, что ошибся, услышав эту обвиняющую интонацию.
— Что? Что ты сказал? — переспросил он.
Грег помялся. Повторять эти слова не хотелось. Они сорвались с языка, но назад их не вернёшь.
— Я сказал, что ты втянул всех в свои проблемы, — нехотя процедил Грег сквозь зубы.
Дверь внезапно отворилась и на пороге появился Данте. Вполне бесцеремонно и даже без стука.
— А тебе какого хрена здесь надо? — чуть не заорал Грег.
— Ой-ой-ой… какие мы нервные. Твои псы вообще охамели. И я, кстати, не к тебе, — он охватил обоих мужчин цепким взглядом.
— Всех? — переспросил Ян, не обратив внимания на вошедшего, застыв посреди кабинета. Грег убрал со стола свой пустой стакан из под виски.
— По-моему, и так понятно, что я имел ввиду. Что ты из меня вытягиваешь? Лисандро в больнице из-за тебя и этим всё сказано.
Ян хотел ему ответить, но не стал. Не было смысла в ответной речи. Абсолютно никакого смысла.
— Пошли, — бросил он Данте и вышел из кабинета.
— М-да-а-а… — задумчиво протянул тот, держась за ручку двери, не спеша покинуть помещение. — А ты ещё глупее, чем я думал… — ухмыльнулся он.
Данте не слышал всё, но из этой пары слов не составило особого труда понять общий смысл содержания разговора.
— Да пошёл ты! — дерзко и зло ответил Грег.
Данте весело хохотнул и хлопнул дверью.
— Куда ты меня притащил? — поинтересовался Ян, хмуро оглядев помещение. — Вот уж не думал, что ты меня пригласишь в такую забегаловку, — сыронизировал он.
— Это очень хорошая забегаловка.
— Забегаловка априори не может быть приличной, — проворчал Ян, двигаясь вслед за Данте, который целенаправленно направлялся к барной стойке, шагая меж деревянных столов.
— Пошли. Не ломайся, — бросил Данте через плечо.
Они прошли и примостились за стойкой в самом дальнем углу. В помещении царил полумрак. Слабый мерцающий свет красных ламп тонул и рассеивался, полностью поглощаясь чёрной мебелью. Это был основательный мужской интерьер в насыщенных темных тонах, хотя свободные от декора, островки стен были бежевые.
Ян оценил обстановку, отметив некоторые признаки элитарности: публика немногочисленная, у столиков кожаные диваны, да и официанты бегали уж очень сноровисто.
— Хотя, какая, в сущности, разница, где напиваться, — согласился Ян. — Здесь или в дорогом ресторане.
— Абсолютно никакой. Только там тебя ещё и папарацци поймают.
— Это точно. Ненавижу этих падальщиков, — Ян снял куртку, стараясь не делать лишних движений. Повесил её на спинку высокого стула.
— Болит? — спросил Данте.
— Нормально.
— Если болит нормально, то хорошо.
— Нормально болит.
— Как обычно, — ответил Данте на вопрос бармена, о своём предпочтении на этот вечер.