Чтение онлайн

Килиан посмотрел на Грегорио, который, стоя к нему спиной, о чём-то говорил с Антоном. Это был темноволосый мужчина, тощий и костлявый, почти одного с ним роста. Килиан поприветствовал обоих. Они обернулись, и Килиан смог рассмотреть его лицо. У Грегорио были тёмные глаза, ледяной взгляд и маленькие усики над тонкими губами. Килиан посмотрел на отца и протянул руку Грегорио.

— Я Килиан, твой новый напарник, — представился он.

Грегорио держал в руках маленький кожаный кнут, поглаживая рукоятью пальцы, скользя ею вверх-вниз. Прекратив игру с кнутом, он пожал руку Килиана, слишком долго не выпуская ее из своей. Затем пристально рассмотрел его ладонь, и по его губам скользнула улыбка.

— Так значит, ты второй сын Антона? Скоро здесь соберётся вся семейка!

Рука Грегорио показалась Килиану холодной, улыбка — натянутой, а замечания — оскорбительными.

— Где вы работаете? — спросил он, посмотрев на отца.

— Я останусь здесь, при складах главного двора. К счастью, мне не приходится выходить на плантации.

Беседу прервал рёв четырёх огромных грузовиков с круглыми капотами и деревянными кузовами. Махнув рукой в сторону шеренг работников, Грегорио велел им забираться в кузов. Антон склонился к самому его уху и прошептал сквозь зубы:

— Будет лучше, если ты не станешь обижать мальчика.

— Я научу его всему, что он должен знать, чтобы здесь выжить, — с улыбкой ответил тот.

Антон бросил на него предупреждающий взгляд и снова повернулся к сыну.

— Ступай с ним, Килиан.

Килиан кивнул и направился к грузовикам.

— Каждая бригада состоит из сорока человек, — объяснял Грегорио. — На каждую бригаду — один грузовик. Можешь подсчитать.

— Запомни их одежду, чтобы отличать от остальных, — наставлял Грегорио, заметив, как растерялся Килиан, глядя на огромную неразличимую массу чёрных лиц и тел. — У каждой бригады она своя и всегда одна и та же. Чтобы научиться различать их лица, тебе потребуется не один месяц.

Рабочие неспешно, но споро забирались в грузовики, о чём-то переговариваясь на своём языке, которого Килиан не понимал. Он знал, что это язык пичи, и боялся, что так и не сможет его выучить. И в довершение всего, единственный испанец, с которым он может разговаривать на протяжении этих часов — неприятный тип, что сейчас кричал на них, повторяя фразы, звучащие в голове непрестанным рефреном.

— Пошёл, хватит спать! Quick! Muf, muf!

Оставалось ещё несколько человек, когда перед Грегорио остановился худой измождённый юноша печального вида, со всеми признаками лихорадки, с поникшей головой и сложенными на животе руками.

— Чего тебе ещё? — сердито бросил Грегорио. — Смотри на меня! Чего тебе надо?

— I de sick, massa.

— All time you de sick! — рявкнул Грегорио. На миг воцарилось молчание. — Ты всегда болен! Каждый день одна и та же песня!

— I de sick for true, massa Gregor, — он молитвенно сложил руки на груди. — I want quinine.

— How your name?

— Умару, масса.

— Ну что, Умару, хинина захотел? — Кнут щёлкнул о землю у него под ногами. — Как тебе понравится такой хинин?

Килиан уже открыл рот, чтобы вмешаться, но парень тут же забрался в кузов грузовика, не смея больше возражать — лишь бросил на белого ненавидящий взгляд. За ним последовали остальные, стараясь забраться в кузов как можно проворнее. Водитель первого грузовика настойчиво жал на клаксон.

— Ну, что встал? — крикнул Килиану Грегорио, направляясь к машине. — В кабину, живо!

Килиан подчинился и устроился справа от водителя, а Грегорио рядом. Колонна тронулась в путь. Несколько минут оба молчали. Килиан смотрел в окно, как бараки и дворовые постройки сменялись посадками какао, над которыми высились эритрины и бананы, защищая их от солнца своей тенью, чтобы нежные деревца какао не получили ожоги. Порой ветви деревьев смыкались над головой, образуя туннель над пыльной дорогой.

— А я думал, сейчас уже никого не бьют кнутами, — вдруг сказал Килиан.

Грегорио был удивлён столь откровенным замечанием.

— Видишь ли, парень, — ухмыльнулся он в ответ. — Я здесь уже много лет и знаю, что порой приходится прибегать к суровым мерам, чтобы заставить их слушаться. Они же врут и не краснеют — если негры вообще могут краснеть. Если они больны и не выходят на работу, им платят как за полноценный рабочий день. Скоро ты сам в этом убедишься. Все они те ещё симулянты, и притом суеверные. Совершенно невыносимое сочетание!

Килиан ничего не ответил, и тот продолжил:

— Что же касается кнута, то говорю прямо: если его у меня отберут, я уволюсь — в тот же день! Кстати, зачем, по-твоему, твой брат таскает с собой дубинку? Хозяину нужна прибыль, и я ее обеспечиваю. — Он достал из нагрудного кармана сигарету и закурил. Выпустив изо рта струю дыма, добавил угрожающим тоном: — Если не хочешь со мной ссориться, с этой минуты ты станешь слепым и глухим, ясно?

Килиан стиснул зубы. Ну почему из всех служащих ему всучили в напарники именно этого кретина? Он даже рассердился на отца и брата, не предупредивших, что здесь есть такие люди. Он, конечно, не настолько глуп, чтобы думать, будто путь будет усыпан розами, но все же ему даже в голову не приходило, что в действительности означает выражение, «суровые меры», которое он уже столько раз слышал от самых разных людей. Килиан сгорал от желания дать волю гневу, вызванному словами и тоном Грегорио, однако предпочёл промолчать, ибо внутренний голос советовал не искать проблем на свою голову в первый же день.

Внезапно машину сильно тряхнуло, и его бросило вперёд, так что он ударился головой о лобовое стекло.

— Какого черта!.. — рявкнул он.

Больше он ничего не сказал, увидев, что с идущим впереди грузовиком случилось что-то странное. Несколько человек прямо на ходу выскочили из кузова и теперь корчились от боли, лёжа на земле. Другие громко кричали и расталкивали товарищей, стремясь поскорее выскочить. Водитель остановил грузовик и теперь стоял чуть поодаль, ошеломлённо наблюдая за этой сценой. Другой человек как безумный бросился к ним, суетливо размахивая руками и крича что-то на непонятном Килиану языке.

— Snek, snek!

— Вот черт! Кто бы мог подумать? — Грегорио в ярости соскочил на землю.

Килиан выскочил из кабины вслед за ним.

— Но... что случилось?

— На них свалился чертов удав, и они все словно взбесились!

Он бросился туда, снова и снова что-то выкрикивая, но большинство рабочих лежали на земле раненые или медленно пытались встать. Кто мог, спешил убраться как можно дальше от грузовика. Килиан последовал за Грегорио, не слишком представляя, что теперь делать.

— Принеси мачете! — крикнул Грегорио. — Сейчас же!

Килиан бегом бросился к кабине, схватил с сиденья мачете и вернулс. Грегорио по-прежнему стоял рядом с кузовом грузовика.

Килиан застыл, похолодев от ужаса.

Перед ним извивалась громадная змея — он даже представить не мог, что бывают такие огромные змеи. Удав почти трёхметровой длины.

— Полезай в кузов и убей его! — приказал Грегорио.

Килиан не сдвинулся с места. Он, конечно, встречал змей — скажем, когда косил летом траву — но по сравнению с этим чудищем они выглядели просто дождевыми червяками.