Паломничество на Землю
Шрифт:
– Я пожелал бы, - сказал Саймон.
– Эта любовь необыкновенная, единственная...
– Вы, конечно, знаете о механике производства любви?
– Нет, - сказал Саймон.
– Я думал, эта была... естественная.
Мистер Тейт покачал головой.
– Мы отказались от процесса естественного выбора много веков тому назад, вскоре после Технической революции. Он слишком медленен и для коммерции непригоден. К чему он, если мы можем производить любое чувство путем тренировки и стимулирования определенных мозговых центров? И какой результат? Пенни влюбляется в вас по уши! Ваша собственная склонность (как мы прикинули) именно к ее соматическому типу сделала чувство полным. Мы всегда пускаем в ход темный морской берег, сумасшедшую луну, бледный рассвет...
– И ее можно заставить полюбить кого угодно?
– медленно произнес Саймон.
– Можно убедить полюбить кого угодно, - поправил мистер Тейт.
– Господи, как же она взялась за эту ужасную работу?
– спросил Саймон.
– Как обычно. Она пришла и подписала контракт. Работа очень хорошо оплачивается. И по истечении срока контракта мы возвращаем ей первоначальную индивидуальность. Неизменившуюся! Но почему вы называете эту работу ужасной? В любви нет ничего предосудительного.
– Это была не любовь!
– Нет, любовь! Товар без подделки! Незаинтересованные научные фирмы провели качественный анализ, сравнив ее с естественным чувством. Все проверки показали, что наша любовь более глубока, страстна, пылка, полна.
Саймон зажмурился, потом открыл глаза и сказал:
– Послушайте. Мне наплевать на ваш научный анализ. Я люблю ее, она любит меня, а все остальное не имеет значения. Позвольте мне поговорить с ней! Я хочу жениться на ней!
От отвращения у мистера Тейта сморщился нос.
– Полноте, молодой человек! Вы хотите жениться на такой девушке! Если ваша цель - брак, то такими делами мы тоже занимаемся. Я могу устроить вам идиллическую женитьбу по любви почти с первого взгляда на девственнице, обследованной чиновником правительственного надзора...
– Нет! Я люблю Пенни! Позвольте хоть поговорить с ней!
– Это совершенно невозможно, - сказал мистер Тейт.
– Почему?
Мистер Тейт нажал кнопку на своем столе.
– Что вы еще выдумали? Мы уже стерли предыдущее внушение. Пенни теперь любит кого-нибудь другого.
И тогда Саймон понял. До него дошло, что даже в этот момент Пенни глядит на другого мужчину с той страстью, которую познал он сам, испытывает к другому мужчине ту полную и безбрежную любовь, которую незаинтересованные научные фирмы сочли более сильной, нежели старомодный, коммерчески невыгодный естественный выбор, и проводит время на том темном морском берегу, который упомянут в рекламной брошюре...
Он бросился вперед, чтобы задушить мистера Тейта, но два дюжих служителя ворвались в комнату, схватили его и повели к двери.
– Помните!
– крикнул ему вслед Тейт.
– Это ни в коем случае не обесценивает того, что вы пережили!
При всей своей озлобленности Саймон понимал, что Тейт сказал правду.
Потом он очутился на улице.
Сначала у него было одно желание - бежать с Земли, где коммерческих несообразностей больше, чем может позволить себе нормальный человек. Он шел очень быстро, и ему казалось, что Пенни шла рядом и ее лицо было удивительно красивым от любви к нему, и к нему, к нему, и к тебе, и к тебе.
– Попытаете счастья?
– спросил управляющий.
– А ну-ка, поставьте их!
– сказал Альфред Саймон.