Чтение онлайн

– Твоя победа, если можно это так назвать, привела к тому, что Сулейман Великолепный, повелитель трети суши и моря, приказал устранить тебя и всех кто с тобой связан. Османо-Персидская империя объявила джихад лично тебе. Это огромная честь, я даже не слышал о таком раньше.

– И что с того? Ну попытаются убить, один вон был, во дворе.

– О, позволь я объясню. В начале будут такие вот личности, которых заставили совершить покушение, чаще всего они вовсе не при чем. Их будут шантажировать семьёй или деньгами, ерунда в самом деле. Уверен эти попытки ты переживёшь. Дальше за тебя возьмутся ассасины-фанатики. Сильнодействующие яды будут везде, в еде, воздухе, на одежде и постельном белье.

– Неприятно, но не критично. Мне даже воздухом дышать не обязательно.

– Возможно. А что на счет твоего окружения? – махнув рукой в сторону поселка спросил царевич. – Впрочем, даже если тебе на них и в самом деле наплевать, это только начало. После ядов, в дело пойдут более агрессивные и прямые атаки. Выстрелы, когда они не сработают – нападения небольших групп. Потом больших.

– И откуда ты всё это знаешь?

– На меня работает одна из лучших разведок. Вернее, на отца. Но это не меняет сути, они уже действовали так по отношению к небольшим государствам что отказывались признавать их власть или поднимали восстания. Не сомневаюсь, что ты переживёшь групповые нападения. И тогда, только тогда они задействуют корпус братства Сулеймани. Тысячи дервишей обрушатся на область, которую будут считать твоим местом проживания, прочешут её сверху до низу, переберут по песчинкам.

– Пусть приходят. Не обещаю похоронить их рядом с Рустамом, но место найду. – пожал я плечами. – Удобрения истощенной земле точно нужны. Пару миллионов тел для этого вполне сгодится.

– Тебе придется жить в постоянном страхе. Прятаться в свою нору и жить под землёй, словно крот. Питаться подножным кормом. – продолжал пугать царевич. – а в это время все окрестные земли будут превращаться в безлюдную пустыню.

– За месяц, почему-то не было ни одного покушения, но это дело поправимое. – хмыкнул я. – Пусть приходят в центр зоны буйства стихий, я им даже тропинку оставил. Каждому желающему меня убить – добро пожаловать.

– И ты согласен так жить? В постоянном страхе, ожидая удара каждую секунду?

– Похоже, что я боюсь? Я в ярости! Те, на кого я собирался опереться, с кем я хотел дать отпор врагам оказались жалкими слизняками, не способными к самопожертвованию. Вместо славы себе и счастьем для внуков, они выбрали спокойствие здесь и сейчас. Это какой-то позор. Но я ничего не могу с этим сделать. Не сейчас.

– Но когда-то мог. – поморщился от моих слов царевич. – Только вот профукал свой шанс и упустил время, простояв его в статуе.

– Получилось, как получилось. – ответил я, пожав плечами. – Но я, по крайней мере не собираюсь сдаваться.

– А что будешь делать? Станешь маяком для врагов? Будешь в схватках расширять зону буйства стихий, пока она не займет весь континент?

– Разве что на юг. – нехорошо усмехнулся я. – Как-то так вышло, что человеколюбием я не отличаюсь. Наверное, воспитание такое получил, или психологическую травму из-за сидения в камне. Может мне понадобится ещё пять сотен лет, прежде чем сгинут все мои враги, а может я управлюсь за пару.

– Погибнут миллионы.

– Миллиарды. – кивнул я, совершенно не жалея о сказанном. – Но это будут враги, которые сами пришли в мой дом. Хотя, как ты сказал, жить как крот? Может я управлюсь и быстрее. Начну со столицы Сулеймана.

– Мне даже ответить на это нечего. – откинувшись на спинку кресла проговорил царевич и всплеснул руками. – Ты так спокойно говоришь о том, чтобы стать массовым убийцей, что у меня возникают сомнения в твоём психическом здоровье.

– Когда-то, в совсем другом мире, одна страна уничтожила несколько мегаполисов, просто чтобы остановить сопротивление маленького и уже почти сдавшегося противника. Убить миллионы, чтобы сохранить миллионы же жизней собственных солдат. Выбор между своими и чужими всегда прост.

– Это чудовищно.

– Зато это работает. – пожал я плечами. – Так что далеко не худший вариант.

– В таком случае, я знаю какой выбор сделаю. Обрадую тебя, я женюсь.

– На двенадцатилетней внучке эмира?

– Нет. На одной из правнучек Сулеймана. – выпрямившись ответил Миробор. – Великославия станет самым северным эмиратом, без потери в правах для граждан, без урезания вооруженных сил, с переводом всех согласных князей в статус младших эмиров.

– Из вас будут выкачивать соки, словно из дойной коровы, пока вы не сдохните. – теперь уже настала моя очередь морщится. – А ваших внуков сделают солдатами в вечной войне против Рима и Поднебесной.

– Только добровольцев, как было и в других эмиратах. Будут набирать постоянную армию янычар, дружины эмиров и заключать контракты. Ситуация не хуже сегодняшней, и куда лучше перспективы постоянной войны с империями за право под солнцем. Я выбираю мир, даже если цена будет высока.

– Тот, кто выбирает между войной и унижением – унижение, получает и то и другое. А хочешь мира, готовься к войне, чтобы тебя даже тронуть боялись. А потом не мешкай в применении силы. – проговорил я, глядя на царевича, и вдруг понял, что все мои слова бесполезны.

Я разговариваю не с русским. У него нет в крови даже намека на величие былых империй, на державу что держала в страхе весь мир и побеждала, доходя до океана и пируя в столицах врагов. Скорее я говорю с болгарином, через земли которого ходили монголы, османы, крестоносцы, французы, русские, фашисты и снова русские… а ему приходилось им услужливо улыбаться и кивать в обратную сторону.

Не было здесь нации победителей. Не случилось. А славяне… славяне бывают совершенно разные. Эти стали нацией приспособленцев с крайнего севера. Это вам не чукчи, с которыми русские, с которыми бог.

– А ведь когда-то у вас был шанс стать равными. – вздохнул я, по-другому глядя на царевича. Теперь я понимал, что он не был трусом. Наоборот, считал свои действия актом героизма и самоотверженности.

– Не было. – уверенно сказал Миробор. – С момента как мы стали царством, каждое поколение Рюриковичей делало всё необходимое, чтобы государство выжило и стало сильнее. Но шансов у нас никогда не было. Слишком мало одаренных, мы подбирали магов словно объедки со стола империй. Принимали даже маньяков, педофилов и убийц, лишь бы от них появились дети. И проигрывали в технологиях, находясь в постоянном отставании.

– Может ты и прав, у вас не было. – со вздохом пришлось признать мне.

Вот ведь уроды. Вместо того, чтобы сделать единое процветающее и великое государство они целый мир на вечную войну, которую может закончить только апокалипсис или вторжение легионов из столичного мира. Да, пожалуй, император сумел бы навести здесь порядок. Только вот для меня это будет полный провал. А ещё жертв будут не миллионы и даже не миллиарды. Придётся убить большую часть человечества, чтобы оставшиеся смирились и стали такими как эти славяне.