Чтение онлайн

А посмотреть было на что. Маленький профессор не зря считался одним из самых лучших преподавателей Хогвартса. С его палочки буквально слетало заклятье за заклятьем, многие из которых леди Малфой даже не знала. Потому удивительней было то, что молодой Уизли ни в чём не уступал своему наставнику. Его заклятья, отличающиеся мощью, только усиливали и дополняли чары Флитвика. Нарцисса невольно залюбовалась действиями волшебников. Не каждый день увидишь подобный уровень мастерства. Вот только по лицам магов и по тому, как исчезает большинство посланных заклятий, едва соприкоснувшись с обложкой, ведьма поняла - что-то не так.

– Ничего не выходит, - в этот момент Флитвик опустил палочку и несколько растерянно посмотрел на Билла.
– Я не знаю, что это такое и какие чары здесь были применены. Единственное, что понятно…

– Что это действительно магия, запрещённая не только в нашей стране, - закончил за преподавателя Уизли и продолжил: - А ещё у меня нет сомнений в том, что эту вещь, чем бы она ни была, создал Воландеморт и именно из-за неё возникла связь между Джинни и этим монстром. В этой ситуации остаётся только один вопрос.

Вопрос, который парень не произнёс вслух, но при этом выразительно посмотрел на застывшую ведьму, словно повис в воздухе.

– Как можно было столь опасную вещь подбросить ребёнку?

Нарцисса и Флитвик молчали, а тем временем Билл снова стал нервно передвигаться по кабинету директора.

Момент для каких-либо слов был явно неподходящий, и поэтому старшие маги ожидали, что юноша хоть немного успокоится и постарается взять эмоции под контроль. Вот только этому не суждено было произойти. В кабинете заработал камин, и из него вышел ничего не подозревающий Люциус Малфой.

Четверг часть 26

Лёжа на кровати и прислушиваясь к тихому дыханию спящей рядом с ним девушки, Тео испытывал весьма противоречивые чувства. Ещё недавно слизеринец был на седьмом небе от счастья, держа в своих руках любимую. Это было похоже на безумие… Множество поцелуев, ласки, которые становились всё неистовее и откровеннее. И с каждой минутой, с каждым негромким стоном, с каждым несмелым ответным движением он погружался в эту вязкую пучину всё глубже и глубже. И только одна мысль, словно негромкий звоночек, предупреждала о необходимости всё сделать как следует.

Теодору оставалось только порадоваться, что отец в своё время настоял на изучении сыном весьма специфического комплекса заклятий. Комплекса, который Гевин в шутку называл «Заклятиями первой брачной ночи». Эти чары были направлены на то, чтобы юная невеста испытывала как можно меньше дискомфорта. Сегодня, применяя эти чары перед своим единением с гриффиндоркой, слизеринец как никогда был благодарен своим предкам за такую предусмотрительность. Ведь несмотря на то, что этот опыт для них обоих был первым, удовольствие было обоюдным.

Однако сейчас, когда восторг обладания несколько приутих, парень понял, какую на самом деле он совершил ошибку. Понял, когда Гермиона, едва придя в себя, снова попыталась уйти. Слизеринец снова не дал ей выполнить задуманное. Притянув девушку к себе, он тихо прошептал ей на ушко:

– Спи, тебе нужно немного отдохнуть.

В сложившейся ситуации Нотт никак не ожидал, что девушка послушается его, потому был весьма удивлён тем, что гриффиндорка согласно кивнула и молча выполнила его просьбу.

Теперь же парня мучили сомнения. Поведение девушки, начиная с того мгновенья, как он зашёл в эту комнату, явно отличалось от того, что он наблюдал ранее. Поэтому юноша и гадал, что стало причиной таких изменений и как отреагирует староста, когда полностью осознает, что произошло между ними в этой комнате.

Запоздало слизеринцу пришла в голову мысль, что он ничего не говорил Гермионе о чувствах, которые испытывал к ней. Признания в любви и заверения в серьёзности его намерений так и не прозвучали. А значит, гриффиндорка может подумать, что Тео всё делал для того, чтобы соблазнить её, а потом посмеяться.

От таких размышлений парня бросило в холодный пот. Дабы предотвратить возникновение подобных выводов, с Гермионой следовало поговорить сразу же, как только она проснётся. Юноша решил без всяких уловок рассказать о том, из-за чего он в буквальном смысле этого слова набросился на девушку, не давая ей ничего сказать или сделать.

Размышляя подобным образом, слизеринец едва не пропустил появление возле кровати эльфа, который уже один раз испортил ему свидание. Мгновенно воздвигнув вокруг спящей старосты щит тишины, он обратился к домовому:

– Добби, что ты здесь делаешь?
– было первое, что спросил слизеринец, однако рассмотрев, в каком плачевном состоянии находится домовик, изумлённо выдохнул: - Что с тобой случилось?

– Наследник Нотт интересуется, что случилось с Добби, - искреннее счастье звучало в голосе маленького эльфа, когда он начал отвечать.
– Наследник Тео такой же добрый и внимательный, как и сэр Гарри Поттер, и леди Гермиона Грейнджер, которые всегда переживают о самочувствии Добби.

– Ладно, Добби, я понял, - проговорил несколько смущённый слизеринец, - однако ты так и не сказал, что с тобой произошло.

– Добби помог своей прежней хозяйке достать тёмную книгу, - говоря это, домовой буквально излучал самодовольство. – Книгу, которую бывший хозяин подарил Добби вместе с носком.

– Я понял, что ты справился с поручением леди Малфой, но при этом довольно сильно пострадал, - остановил этот словесный поток окончательно сбитый с толку парень, пообещав себе, что позже узнает, что это за тёмная книга.
– Однако ты так и не ответил на мой первый вопрос: что ты здесь делаешь?

– Добби виноват, - в один момент эльф скукожился и поднял на слизеринца большие глаза, полные слёз.
– Из-за поручения прежней хозяйки Добби не смог вовремя принести Гермионе Грейнджер нужные ей лекарства.

В тот же момент рядом с кроватью появился небольшой столик, на котором стояли два небольших флакончика.

– Что это за зелья?
– глухо произнёс юноша, внутренне холодея от мысли, что гриффиндорка на самом деле больна, а он, ничего не зная о её состоянии, воспользовался ситуацией.
– Для чего они?