Чтение онлайн

– Это даже не факт, а скорее ощущение, - немного помявшись, проговорил парень.

– Я весь во внимании, - промолвил декан.

– Когда сегодня окаменела Нагайна, у меня было такое же чувство, как и тогда в Тайной комнате, когда я пробил дневник клыком василиска.

Снейп внимательно посмотрел на ученика, при этом размышляя над его последними словами. Если Поттер не ошибся, то получалось, что Нагайна была таким же крестражем, как и уничтоженный гриффиндорцем дневник. Несколько мгновений поразмыслив, профессор решил, что в этом была определённая логика - поместить часть души в фамильяра. В могущественного и весьма опасного фамильяра.

– И ещё одно, - по голосу заговорившего Поттера было понятно, что он колеблется, говорить или нет.
– Сегодня, когда в меня попала Авада Воландеморта... Не знаю, можно ли так сказать, но мне показалось, что часть меня гибнет и словно утягивает меня за собой.

И снова в комнате повисла тишина. Мысли, одна страшнее другой, проносились в голове зельевара. Ему не хотелось верить, что стоящий перед ним ученик, столько перенёсший в жизни, ко всему прочему был ещё и вместилищем куска души Воландеморта. Однако благодаря последним словам гриффиндорца всё складывалось в одну картину. В страшную, ужасную, но законченную картину. Снейп был уверен, что в тот Хеллоуин Лорд тоже проводил ритуал расщепления души, готовясь создать ещё один крестраж. Пропустить такое событие, как убийство своего гипотетического победителя и четы, которая столько раз бросала ему вызов... Нет, на такое Воландеморт просто был не способен. Декан криво усмехнулся: такая значительная победа, как же не оставить на память о ней своеобразный сувенир в виде крестража.

Однако в ту ночь планам Тёмного Лорда не суждено было исполниться. И хотя было непонятно, что этому помешало, жертва матери, самая великая и бескорыстная, или же магия рода Поттеров, восставшая против убийства последнего представителя рода, - сейчас это было не столь важно. Важно, что Воландеморт в ту ночь развоплотился, а отщеплённый кусок души выбрал себе единственное возможное вместилище - маленького Гарри.

Таким образом, можно было много что объяснить. Это давало ответ, почему, когда Нагайна напала на Артура Уизли, Поттер видел картину глазами змеи. Становилось также понятно, почему Воландеморт мог с такой лёгкостью насылать на парня нужные ему сны, ведь даже зелье, которое подливала ведомая Лордом Джинни Уизли, не могло обеспечить столь сильного эффекта.

Если рассматривать ситуацию с такой позиции, то становилась понятна история с дневником. Частица души, заключённая в нём, сама выбирала себе жертву, и, естественно, осторожный и опытный Люциус для этого не подходил. Не стал бы лорд Малфой писать в предмете, от которого чувствовалась такая сильная тёмная магия. А вот младшая Уизли, как никто другой, подходила на эту роль. Несколько своенравная и безрассудная, не имеющая необходимых знаний девочка - лучшего собеседника для себя воспоминание Тома Риддла не могло отыскать. Что ж, Воландеморт всегда славился своим умением очаровывать и подчинять себе юных магов, кому как не Снейпу было об этом знать. Так что вскоре мисс Уизли оказалась в подчинении у монстра. А тот своих жертв так просто не отпускал, и метка упивающихся была этому очень серьёзным подтверждением. Так что даже уничтожение крестража мало чем помогло гриффиндорке. Влияние на неё было уже оказано, и стоило только Воландеморту возродиться, как он сразу же смог восстановить своё влияние на рыжую девушку. Снейпу оставалось только порадоваться, что в силу юного возраста братья Уизли не стали посвящать сестру во все свои секреты. Да и Поттер с Грейнждер были очень осторожны. В ином случае вред, нанесённый рыжей ведьмой, был бы гораздо больше, чем зелье, подлитое Поттеру и открытие родового дара Теодора Нотта. Между тем, зельедел прекрасно понимал, что, возможно, сама девушка не хотела подчиняться Воландеморту, однако против мага такого уровня у неё просто не было шансов.

Размышляя о гриффиндорке, преподаватель несколько отвлёкся от окружающего мира и перестал обращать внимание на действия ещё одного своего ученика. А Поттер, видя такую сосредоточенность профессора, тем временем взял в руки пробитую книгу, повертел её в руках и негромко, словно для самого себя произнёс:

– И наступит время, когда ты будешь молить о смерти, но она обойдёт тебя стороной.

– Вероятно, у той магглы был латентный дар предсказания, - произнёс зельедел в ответ, при этом не беря в расчёт того, с кем разговаривает.

Гриффиндорец только задумчиво кивнул, соглашаясь со сказанным, но уже через мгновение поражённо воскликнул:

– Но вас там не было!

– Где не было?
– тон студента вынудил преподавателя отвлечься от размышлений и посмотреть на собеседника.
– О чём ты?

– Вас не было в ту ночь в маггловском поселении... Вы не могли знать о том проклятии!
– гриффиндорец тем временем уже успел встать и отойти на некоторое расстояние от сидящего мага. Буквально через мгновение парень едва слышно выдохнул: - Ваш староста вам всё рассказал о моих воспоминаниях.

Снейп продолжал сидеть в кресле, не делая никаких движений, дабы взвинченный подросток не среагировал на это какой-то глупостью. Однако преподаватель был готов в любой момент выставить беспалочковый щит, если Поттер не выдержит и произнесёт заклятье или же, что вероятней, из-за переполняющих эмоций выпустит из-под контроля свою магию. Обдумывая, что предпринять, чтобы хоть немного успокоить расстроенного ученика, маг корил себя, что зря принял произошедшее между парнями за неважный эпизод. Причина оказалась гораздо серьёзнее - Драко каким-то образом выдал себя, и теперь гриффиндорец был готов наброситься на любого, кто имел отношение к этой истории. Но времени на анализ ситуации уже не оставалось, нужно было что-то предпринимать, дабы хоть как-то исправить ситуацию, чтобы юноша снова не начал видеть в слизеринцах врагов.

– Гарри, - негромко заговорил зельевар, - думаю, что ты не совсем понимаешь, как и почему развивались события.

– Ну, где уж нам, тупым гриффам, понять, что движет великими слизеринцами, - пока юноша говорил, преподаватель буквально чувствовал, как его магия начинает клубиться и накапливаться в комнате.
– Получив доступ к моим воспоминаниям, хорёк тут же побежал докладывать всем желающим. Ну ясно же, смеяться в одиночестве скучно.

– Никому из узнавших правду не было смешно, - проговорил зельедел, однако разозлённый юноша его даже не услышал.

– Ну, Малфой, ну, слизеринец, - продолжал шептать себе под нос гриффиндорец, не обращая внимания на то, что из-за его магии некоторые мелкие предметы в комнате начали подниматься в воздух.
– Ничего, я ещё покажу, где место таким обманщикам.

– Даже так?
– Снейп предпринял последнюю попытку остановить разбушевавшуюся бурю.
– Почётное место на кладбище подошло бы?

Четверг часть 31

– Кладбище?
– на это слово гриффиндорец сразу среагировал и магические потоки, окружающие его, несколько поутихли.
– А при чём здесь оно?

– Были три вероятных места, где мог бы оказаться Драко, не получив своевременную помощь, - сурово заговорил зельедел, понимая, что нашёл правильные слова, чтобы осадить гнев парня.
– В Святом Мунго на этаже, где ещё недавно находились Долгопупсы, в Азкабане в камере своей небезызвестной тётушки Беллы и в семейном склепе Малфоев. Какое из этих мест для вас, лорд Поттер, было бы предпочтительней?

Услышав слова преподавателя, юноша мгновенно переменился в лице, став похожим на человека, с разбегу налетевшего на невидимую преграду. Декан слизеринцев, поняв, что избрал правильную тактику, безжалостно продолжил:

– Пока же вы обдумываете ответ на мой вопрос, перестав при этом демонстрировать свой праведный гнев, спешу довести до вашего сведенья, что для спасения младшего Малфоя был предпринят весьма сложный ритуал, который мог стоить жизни всем участвовавшим в нём магам, в том числе и вашему крёстному.