Чтение онлайн

– Но она не привела вам ни одной причины, по которой ей так срочно понадобилось выйти! – настаивал на своей точке зрения Забини. Казалось, что он готов спорить с деканом весь урок, лишь бы не садиться за одну парту с рыжим гриффиндорцем.

– Мистер Забини, – таким холодным голосом декан еще никогда не разговаривал со своими подчиненными, – у меня сейчас пара по зельеварению, а не по анатомии. И выяснять, почему той или иной барышне срочно понадобилось выйти из класса, я не собираюсь. Если у вас все - присаживайтесь, мы начнем сегодняшнюю пару.

Забини весьма неохотно опустился на свое место, а профессор начал свою привычную вводную лекцию перед началом практических действий. Сидящий рядом с гриффиндорцем Драко был готов петь от радости. Крестный делал все от него зависящее, чтобы помочь ему приручить гордого и недоверчивого, как гиппогриф, парня. Вечерняя отработка и сегодняшняя пара были неплохой возможностью наладить, такой необходимый сейчас Малфою, контакт.

Снейп закончил объяснения, и ученики направились в хранилище набирать ингредиенты. Зашедшая в этот момент львица, посмотрев на доску и прочитав какие компоненты нужны для зелья, присоединилась к Тео, молча помогая ему. Нотт не знал что и предполагать. В начале урока с помощью своего дара он мог однозначно сказать, что происходит с львицей. Сейчас же ему казалось, что вокруг неё воздвигнута ледяная стена, сквозь которую ему не суждено пробиться. Однако, парень почувствовал неуловимый запах, который был ему знаком по прошлой ночи. Именно этот аромат был у лекарства, которое девушка приняла перед вылазкой из Хогвартса. Нотту оставалось только гадать, что это за лекарства и почему оно имеет такое действие на девушку. Вопрос, почему ей нужно было его принимать, тоже оставался без ответа.

– Мистер Забини, вам плохо? – вдруг раздался неожиданный вопрос Снейпа. Взоры всех учеников тут же обратились к названному ученику. Тот и вправду выглядел странно. Красный, несмотря на прохладу подземелья, судорожно сжимающий и разжимающий кулаки, с бегающим взглядом, парень представлял собой довольно необычную картину.

– Все хорошо, сэр, – сказал слизеринец немного охрипшим голосом.

– Тогда приступайте к работе, – декан продолжал внимательно наблюдать за своим подопечным, гадая, что ещё он может не знать о своих студентах, с которыми он проработал без малого пять лет.

В классе стали слышны только шум от нарезания ингредиентов и тихие перешептывания в парах. Драко внимательно следил за действиями своего напарника, готовый в любую минуту поправить его и предотвратить ошибку. И Поттер не заставил его долго ждать.

– Ты делаешь неправильно, – тихо произнес Малфой, накрывая своей рукой кисть гриффиндорца в которой был зажат нож.

– Но там написано порезать корни, – не согласился со старостой парень, но, к великой радости первого, руку не стал отнимать.

– Но эти корни режутся только вдоль волокон, не поперек, – Драко едва сдерживал улыбку, наслаждаясь своей маленькой победой. Он всей ладонью мог ощущать теплоту кожи этого невероятного парня.

– И где это написано? – озадачился Поттер к великому неудовольствию слизеринца высвобождая руку, чтобы отложить нож и поправить очки, – в рецепте нет этого уточнения.

– Это писалось в пособии для волшебников, начинающих зельеварение, – тихо произнес Драко, понимая как его слова сейчас заденут мага, которому эти книги никто не давал читать в детстве.

– Понятно, – сквозь зубы произнес Поттер, реакция которого была точно такой, как и ожидал староста, - книга для избранных.

– Неважно, – быстро сказал слизеринец, пытаясь отойти от щекотливой темы, – бери нож, я покажу как надо.

Драко стал на своей доске показывать правильные движения, в то время как ему мучительно хотелось поступить по-другому. Из-за разнице в росте, (Малфой был почти на пол головы выше Поттера) ему можно было бы стоять за его спиной и руководить действиями гриффиндорца, накрыв его кисти своими руками. Только опасность раскрыть своими действиями себя перед остальными сокурсниками удерживали слизеринца от выполнения этого желания. Он представлял как можно было стоять, прижимаясь к сильному гибкому телу, ощущая каждое движение. Как можно было незаметно втягивать в себя аромат, исходящий от вечно растрепанной шевелюры. Драко едва не заскрипел зубами воображая, что было бы, если бы он склонился к маленькому ушку застывшего перед ним гриффиндорца и стал бы нашептывать в него инструкции и комментарии. Юноша почти наяву видел, как по телу Золотого мальчика побежали бы маленькие мурашки, а нежная кожа щек окрасилась в легкий незаметный румянец…

Грезы Драко были прерваны самым необычным способом. На пол без сознания рухнул Блейз Забини.

часть 2 (58)

Ремус Люпин наверное впервые в жизни проснулся не с наступлением рассвета. Его отец всегда придерживался в этом вопросе твердой позиции: вставать нужно не позже шести, а ложиться ровно в полдесятого. В этом решении отца поддерживал и директор, заявляя, что такой режим помогает контролировать внутреннего зверя. Так что ни в школе, ни после нее, Люпин не отступал от традиции раннего пробуждения, хотя его организм никак не мог привыкнуть к такому подъему.

Сегодня же, в доме вожака оборотней, он впервые проснулся после десяти утра, чувствуя себя прекрасно отдохнувшим. На этом новизна ощущений не заканчивалась. Ремусу казалось, что по его жилам течет не кровь, а чистая ничем не разбавленная энергия. Сила переполняла оборотня. Хотелось куда-то бежать, кого-то защищать, с кем-то сражаться и побеждать. Впервые в жизни не бояться, а наслаждаться своей громадной нечеловеческой силой и энергией.

Ремус взмахнул рукой и наколдовал себе стакан с водой. Заклятье далось с небывалой раньше легкостью. Напившись, оборотень решил еще раз проверить свой раскрывшийся за ночь магический потенциал.

– Экспекто патронум!
– громко произнес Люпин, опасаясь, что без палочки у него ничего не выйдет. Из его руки вырвался серебристый свет, который сразу же сформировался в огромного волка.

– Лети к Сириусу и передай что у меня все в порядке, - едва смог произнести удивленный Ремус. Он сразу узнал волка из своего ночного сновидения. Это была весьма тонкая ирония: его патронусом был волк - вторая сущность Фенрира Сивого, мага, которого он ненавидел всю свою сознательную жизнь.

Патронус изящно склонил голову и исчез, относя сообщение адресату. Люпин очень надеялся, что рядом с другом в момент прибытия волка не будет никого рядом, иначе неизвестно, как анимаг будет объяснять внезапное возникновение у него патронуса телесной формы. Всем в Ордене было известно, что у него вместо патронуса был только бесформенный блестящий туман. Обычно такое случалось у подростков, которые ещё не полностью овладели защитным заклинанием, или у весьма слабых волшебников. Люпин не подпадал ни под ту, ни под другую категорию. Еще в то время, когда он учился в Хогвартсе, ему не давал покоя этот вопрос. Тогда Дамблдор в личной беседе объяснил ему, что из-за Фенрира он пережил настолько серьёзное потрясение, что теперь у него не осталось настолько сильного радостного воспоминания, которое могло бы помочь в формировании телесного патронуса.

Ремус сел на матрас и схватился за голову. Он всю сознательную жизнь верил человеку, который цинично обманывал его. Оборотень вспомнил, что в ту роковую ночь, когда он пришел в лес и добровольно протянул руку для укуса, позже там появился Дамблдор. Именно он в ту ночь бросил поразившее Фенрира заклятье, именно он тогда оторвал его от лежащего на земле тела. Именно Дамблдор накладывал на него заклятье забвения, которые и не давало ему, Ремусу, вспомнить свое самое радостное событие в жизни. День, когда он узнал, что сильный и умный человек, с которым он успел сдружиться, и который был так внимателен к маленькому одинокому мальчику, на самом деле был его спутником на всю жизнь. Осознание сколько лжи говорил директор, чтобы оборотень не узнал правды и сколько препятствий он поставил, чтобы паре не суждено было никогда встретиться, вызывало внутри Люпина волну неконтролируемого гнева. И если бы руководитель Ордена Феникса сейчас стоял рядом, оборотень разорвал бы его на мелкие кусочки, не задумываясь над возможными последствиями.