Чтение онлайн

— Когда ты бросилась к ней, — продолжил Влад, — я увидел только одно: как ты можешь исчезнуть у меня на глазах. И в тот момент мне стало совершенно всё равно, кто что подумает, как это выглядит и насколько я имею право…

Он запнулся.

Юля смотрела на него не дыша.

— Насколько ты имеешь право на что? — спросила она совсем тихо.

Влад опустил взгляд на её лицо. Потом — на губы. И снова в глаза.

— Бояться за тебя так, — сказал он.

У неё внутри что-то дрогнуло. Сильно. Глубоко.

— Влад…

— Дай мне договорить.

Это прозвучало не резко. Почти с просьбой.

Юля кивнула.

Он провёл рукой по волосам, будто собираясь с мыслями, что для него вообще было редкостью. Обычно Влад говорил мало именно потому, что не сомневался в словах. А сейчас было видно: ему трудно. По-настоящему.

И это делало момент ещё ценнее.

— Я долго пытался убедить себя, что всё происходящее — временно, — сказал он. — Что ты здесь случайно. Что моя задача — помочь тебе и вернуть домой. Что то, что я чувствую, не имеет значения, потому что у тебя есть другой мир и другая жизнь.

Юля чувствовала, как с каждым словом у неё всё сильнее стягивает грудь.

— Но это уже невозможно, — продолжил он. — Я не могу относиться к тебе как к просто гостье. Не могу смотреть спокойно, когда кто-то рядом с тобой. Не могу перестать думать о тебе. Не могу делать вид, что тот поцелуй ничего не изменил.

Он сделал шаг ближе.

Теперь между ними почти не оставалось воздуха.

— Я люблю тебя, Юля.

Мир не рухнул. Не вспыхнул. Не изменился внешне.

Но внутри у неё всё перевернулось сразу и окончательно.

Не потому, что она не догадывалась. Догадывалась. Чувствовала. Ждала.

Но когда это произносит вслух именно он — человек, который сдержан до жестокости, который не бросается словами, который каждую эмоцию проживает глубоко и молча, — признание становится не красивой фразой, а фактом. Весомым. Настоящим.

Юля вдруг поняла, что улыбается и плачет одновременно.

Совсем немного. Только глаза защипало.

— Ну вот, — шепнула она, пытаясь вдохнуть. — А я ведь собиралась держать всё под контролем.

На его губах мелькнула тень той редкой, тёплой улыбки.

— Плохо получилось.

— Очень.

Она подняла руку и коснулась его щеки. Тепло. По-настоящему. Живое.

— Я тоже тебя люблю, — сказала Юля.

Никакой пафосной подготовки. Никаких сложных оборотов. Только правда.

И, кажется, именно поэтому эти слова прозвучали идеально.

Влад закрыл глаза на короткое мгновение и прижался щекой к её ладони.

Это было так неожиданно нежно, что у Юли перехватило дыхание снова.

— Я поняла это не сразу, — призналась она шёпотом. — Точнее, не хотела признавать. Потому что всё слишком сложно. Потому что у меня есть дом там. Потому что у тебя жизнь здесь. Потому что это всё… безумие.

— Да, — сказал он.

— Но когда сегодня ты схватил меня… я поняла, что уже не представляю, как жить так, будто тебя нет.

Он открыл глаза.

В них было столько чувства — открытого, глубокого, уже не прячущегося, — что Юля почувствовала себя одновременно самой счастливой и самой беззащитной женщиной на свете.

— Иди сюда, — тихо сказал Влад.

Как будто она и так не стояла почти вплотную.

Как будто между ними ещё оставалось расстояние.

Но Юля всё равно шагнула.

И в следующую секунду оказалась у него в объятиях.

Не в спасательном рывке, не в случайном касании, не в неловкой близости. А именно в объятиях.

Сильных. Тёплых. Таких, в которых тело мгновенно понимает:вот. Здесь.

Она уткнулась лбом ему в грудь и зажмурилась. Влад обнял её так, будто тоже слишком долго ждал этого простого права — просто держать её, не сдерживаясь, не объясняясь, не прикрываясь никакой необходимостью.

Они стояли так долго.

Почти неподвижно.

За окном серебрился сад. В библиотеке тихо потрескивал камин. Где-то в кресле, кажется, уже спала Марфуша. Или делала вид, что спит и не мешает кульминации.

Юля первой подняла голову.

— Только не говори, что мы теперь должны вести себя как взрослые и обсудить всё рационально.

Влад посмотрел на неё сверху вниз.

— Нет.

— Слава богу.

Он коснулся большим пальцем уголка её губ.

Очень медленно. Очень нежно.

И это простое движение оказалось интимнее половины того, что она вообще могла вообразить.

— Но нам всё равно придётся говорить, — сказал он.

— Потом.

— Потом, — согласился Влад.

А потом поцеловал её.

И этот поцелуй уже не был похож ни на повозку, ни на вспышку после страха.

Он был осознанным.

Медленным в начале. Как будто они оба пробовали на вкус новое состояние мира, в котором уже всё сказано вслух. Но уже через несколько секунд в нём стало слишком много накопленного.

Юля прижалась ближе. Пальцы сами скользнули ему в волосы. Влад выдохнул ей в губы — низко, хрипло, так, что по коже пошли мурашки.

Он целовал её глубже, крепче, с той жадностью, которая рождается не из внезапной страсти, а из слишком долгого ожидания. Из желания, которое долго держали в узде, а теперь уже не могли и не хотели сдерживать.

Юля чувствовала всё сразу: его руки на её спине, тепло его ладоней, твёрдую линию груди под тканью рубашки, то, как меняется его дыхание, как он старается не спешить — и как ему это даётся всё труднее.

Она чуть отстранилась только затем, чтобы вдохнуть.

И сразу встретилась с его взглядом.

Тёмным. Горячим. Уже совершенно не скрывающим желания.

— Если ты сейчас снова отойдёшь и скажешь что-нибудь разумное, — тихо сказала Юля, — я очень обижусь.

Влад медленно провёл ладонью по её талии.

— Я сейчас меньше всего настроен на разумное.

— Отлично.

И в этот момент за их спинами вдруг раздался демонстративный кашель.

Они оба резко обернулись.