Чтение онлайн

Периодически я ловила на себе удивлённые, ничего не понимающие взгляды Дмитрия, но делала вид, что не замечаю этого, и лучезарно улыбалась в ответ. Он буквально не сводил глаз с меня и Олега, который, по-хозяйски обнимая мои плечи, то кормил с рук шашлыком, то подливал вина, и все этому радовались, словно не происходит ничего необычного. А когда Влад провозгласил тост за наше счастье, вино из бокала Дмитрия непроизвольно выплеснулось на майку, но все присутствующие благоразумно сделали вид, что не обратили на это внимание.

Однако по прошествии трёх часов дружеского застолья Холмогоров, улучив подходящий момент, довольно твёрдо заявил, что, так или иначе, обстоятельства требуют его немедленного возвращения в город, посему, как ни жаль, нам всё же придётся откланяться. Он так и сказал – «откланяться», после чего я, сопровождаемая весёлыми напутствиями присутствующих, улизнула в свою комнату переодеться и собрать вещи. Осознание того, что уже совсем скоро неизбежно останусь с ним один на один, заставляло сердце колотиться самым отчаянным образом. Это бешеное верчение вконец измотало меня, и мысли, которые весь вечер и без того не оставляли ни на минуту, разыгрались теперь в полную силу, и я, торопливо бросая в сумку одежду, отлично знала, что самое трудное ещё только начинается.

Когда отзвучали все прощания, и мы выехали наконец за ворота, я молча откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза, чувствуя себя совершенно без сил. Холмогоров молчал и смотрел на дорогу, время от времени прибавляя скорость, и я отчётливо поняла – он ждёт, чтобы я заговорила первой.

– Олег… – начала я, представляя себя парашютистом, стоящим на вышке за секунду до смертельного прыжка в неизвестность. – Олег… я должна поблагодарить вас за то, что вы сегодня сделали для меня…

– Как, мы снова на «вы»? – удивлённо отозвался он, слегка повернув голову в мою сторону.

Я села прямее и приготовилась к неизбежному.

– Не думаете же вы, будто я глупа до такой степени, что позволю себе принимать от вас подобные жертвы исключительно ради спасения собственной репутации? Мне тридцать лет, и я вполне способна трезво оценивать происходящее. Да, не скрою, это было красиво, и я высоко оценила ваш поистине мужской поступок. И ещё… спасибо, что позволили мне сегодня уехать оттуда, вряд ли я смогла бы выдержать всё это до самого понедельника.

Не говоря ни слова, он мягко нажал ногой на тормоз и, сбросив скорость, свернул в какой-то перелесок, после чего остановил машину и повернулся ко мне. Его лицо снова оказалось совсем близко от моего, и я видела каждую складочку на его застывших губах.

– То есть вы хотите сказать, – медленно произнёс он, – что я целый вечер ломал комедию перед собственными друзьями исключительно ради спасения репутации малознакомой женщины, которую на самом деле вовсе не желаю видеть своей женой. Я вас правильно понял?

Я почувствовала, что пальцы мои сделались ледяными, и отвела взгляд, внезапно ощутив сковавший горло страх и бесконечное одиночество. Я молила бога о том, чтобы эта пытка поскорее кончилась.

– Олег… я хочу, чтобы вы меня поняли. Я вижу, что вы сердитесь, и не знаю, как вести себя, не рискуя снова вызвать ваш гнев. Возможно, я говорю что-то не то, не умея правильно выразить собственные мысли, но я совершенно искренне считаю, что случившееся вовсе не является основанием для того, чтобы два взрослых человека…

– Остановитесь, Лиза, – перебил он, – иначе вы сейчас скажете гораздо больше того, что я хотел бы услышать.

«Господи, знать бы, что он хочет слышать, о чём он думает и как вообще относится к происходящему. Я нравлюсь ему, это факт. Он меня хочет, тут не может быть двух мнений. Я тоже хочу его, и он понимает это не хуже меня. В конце концов, осуществить подобное не составляет большого труда, и ему не понадобится для этого особых усилий. Тогда при чём здесь женитьба? Инцидент исчерпан, и этот мужчина, проявив свои лучшие качества, вправе ожидать от меня благодарности, чего он поистине достоин, и сам это отлично знает…»

– Послушайте, Олег, – снова заговорила я, – повторяю, мы взрослые люди. Почему бы нам не поговорить начистоту, тогда сразу всё станет проще.

Холмогоров продолжал смотреть на меня непонимающим взглядом, потом наконец пожал плечами.

– Именно этого я и хотел бы, Лиза. И теперь с радостью готов выслушать вас.

– А я вас, – упрямо свела я брови.

– Меня вы уже выслушали, – притворно мягко повторил он, нисколько не пытаясь облегчить мне задачу. – Всё, что я имел сказать по данному поводу, я предельно ясно изложил в присутствии нескольких свидетелей.

– Я помню, – с трудом справляясь с охватившей меня дрожью, ответила я. – Но сейчас мы, к счастью, находимся наедине, и ничто не мешает вам изложить то, что вы действительно думаете.

– Абсолютно ничто не мешает, – согласно кивнул он, и, перегнувшись через мои колени, протянул руку и достал из бардачка сигареты. – Я уже несколько лет не курю, но сегодняшний день, похоже, исключение.

Я нервно кивнула, и он раскрыл передо мной пачку, после чего намеренно учтиво щёлкнул зажигалкой.

– Итак, продолжим, – сказал он, глубоко затянувшись, и мы синхронно выпустили дым. Он, не поворачивая головы, нажал на кнопку, и стёкла поползли вниз. Повеяло прохладой, и стали слышны едва различимые голоса ночного леса. Они подействовали на меня успокаивающе.

– Я внимательно слушаю вас, Лиза. Что, собственно, не устраивает вас в этой ситуации?

– Но я хотела бы выслушать именно вас, – снова упрямо нахмурилась я, пытаясь не думать о том, на что я его провоцирую.

– Повторяю, я уже всё сказал, – не нарушая спокойствия, доложил он.

Не знаю, какого чёрта меня так заклинило. Понятия не имею, что я желаю из него сейчас вытянуть. Ничего иного, судя по всему, он излагать не собирается. Теперь слово за мной, но у меня, как назло, в голове царила полнейшая пустота.

– Тогда мы сейчас докуриваем и отправляемся в город.

– Разумеется, – кивнул он, – не ночевать же в лесу, это было бы не слишком удобно.

– Конечно, гораздо удобнее на кровати, – нахально заявила я.

– Согласен, – невозмутимо ответил он, привычно выщёлкивая в окно окурок.