Чтение онлайн

Хотя Нина уверяет, что всё это не так работает. Объясняет, что черный пиар — он тоже пиар, причем чуть ли не самый лучший. Богатеям будет очень интересно посмотреть, на беременную от олигарха бедняжку швею, и для этого они даже готовы выдумать заказ на пошив, хотя прекрасно могут приобрести всё что угодно в любой точке мире.

Но мне пока это всё неинтересно, это перспектива дальнего будущего. Сейчас самое главное — моя малышка и ее здоровье.

— У меня всё более чем прекрасно, — докладываю подруге, в это время я сижу в ажурной беседке, поглаживаю живот и разглядываю соседние домики, они выглядят как игрушечные, так как далеко расположены. А соседи из близлежащих домов приедут только летом, так что они сейчас пустуют. Тишина, благодать. Я даже зажмуриваюсь.

— И не скучаешь? — подруга спрашивает недоверчиво, зная мой характер.

— Не-а, — жму плечами, хотя знаю, что она меня не видит.

Тут я немного лукавлю. Я всё же очень социальный человек, и мне не хватает движения, общения с клиентами, я вообще не привыкла сидеть дома. После смерти родителей только и спасалась активностью. Меня все батарейкой называли, энерджайзером. Сейчас я немного притормозила, но оно и понятно, в моем состоянии много не побегаешь.

— Хорошо. Рада, что дача пригодилась, а то простаивает, жалко. Мы со Стасом на выходных приедем. Ты звони, если что. И напиши мне список необходимого, ну, там продукты, что-то еще.

— Спасибо. За всё спасибо, Нин, — от души благодарю и нажимаю «отбой».

Только на выходные ребята не приезжают, какой-то срочный проект не дает им снова отдохнуть на лоне природы. Почему дача и простаивала постоянно. Они ее купили на какой-то крупный гонорар, планировали выезжать на выходные и праздники, но городская суета затянула их по самые уши.

— Тебе точно хватит продуктов?! — беспокоится Нина. — Если надо, я Стаса отправлю, он пулей метнется, и обратно. Прости, что так вышло, я сама надеялась отдохнуть, но заказ такой, что отказаться невозможно.

— Не переживай, я же всё понимаю, да и ты не должна со мной нянькаться.

Нина почему-то молчит, и я прямо-таки чувствую, что хочет что-то сказать.

— Нин?

— Я всё же думаю… Только не злись! Что ты должна позвонить своему Свиридову и попросить его приехать.

— Он не мой.

— А он так не думает. Знаешь, он мне каждый день звонит, очень хочет до тебя добраться. Даже как-то жалко парня, он тебя правда любит.

— Ничего не знаю, Нин. Ты хочешь, чтобы я ему адрес сказала? Зачем?

— Да потому что нельзя там оставаться одной, мало ли что. Он должен о тебе заботиться.

— Я сама о себе могу позаботиться. Нин, я не в глуши и не на Северном Полюсе. Тут есть соседи, и если что, я смогу вызвать скорую помощь. Но пока в этом нет нужды. До родов еще месяц. У меня в понедельник прием у врача, так что я в воскресенье вечером выдвигаюсь. И вообще, я здесь отдыхаю душой, перезагрузилась. Вам со Стасом тоже советую деревнетерапию.

— Ладно, как знаешь. Но не забывай мне звонить, я на стреме, подруга!

Кладу трубку с улыбкой, думая, что я бы я делала без Нины. Но всё же немного мучает ощущение, что я пользуюсь чужим домом. Вот заработаю денег и тоже куплю себе дачу, чтобы моя малышка играла на природе. Мне понравилось жить в частном доме.

День проходит в привычной ленивой суете, день идет на спад.

Свет вырубается внезапно и, что самое ужасное, ближе к вечеру! Вообще, Нина предупреждала, что такое возможно, но проблема в том, что при отключении света вырубается и отопление от конвекторов, и бойлер, и электроплита. Так что мне ни поесть, ни помыться, а только сидеть в темноте и ждать, когда меня спасут.

Досада! Включила фонарик телефона, отыскала свечку, а потом поняла, что у меня тут нет спичек. Бабуля всегда говорила, что без мужика в доме делать нечего, и тут я поняла, как она была права, и что вообще строить из себя гордую и независимую долго не получилось.

Кому мне звонить?

Бабушкам? Дедушкам? Зачем их тревожить?

Я сказала, что живу с Ниной и Стасом, иначе они бы меня точно не оставили в покое и звонили бы каждую минуту, а то бы и приехали, не посмотрев на то, что я хочу побыть одна и это чужая дача.

Нине и Стасу? Да хватит с них заботы обо мне…

Мелькает мысль позвонить Роме, это логично, очевидно, но я отчего-то медлю.

Может, свет всё же включат быстро?

Я хожу по дому в темноте, тру друг о друга ладони, на улице не так уж и холодно, но всё же в доме зябко, я начинаю мерзнуть, да и еще темно так, хоть глаз выколи. Проходит два часа, или даже три. Не знаю, что свет никто не спешит включать, и никто не беспокоится, как будто никому нет дела. Мне почему-то становится страшно, как маленькой девочке, оставшейся дома одной. Одиноко.

Глажу живот, успокаивая Бусинку, она стала ворочаться беспокойно, ощутив мою тревогу.

— Тихо, тихо, малышечка, скоро свет появится.

Хватаюсь за телефон, нужно что-то делать, кому-то звонить.

Но кому? Может, в диспетчерскую службу?

Не успеваю набрать номер, за воротами слышится шум подъезжающего автомобиля, а свет от мигающих фар ярко освещает территорию вокруг дома.

Лана

— Эй? Тут есть кто-нибудь? — слышится с улицы мужской голос, кажущийся знакомым, от неожиданности я замираю, ведь была практически уверена, что это Роман.

Но это не он, кто-то другой подъехал на машине к забору нашего дома. Темнота пробуждает страхи. Сердце пускается вскачь, живот волнообразно двигается, малышка чутко реагирует на мое волнение.

А вдруг это снова происки Свиридовой? Вдруг она прислала кого-то по мою душу? Вдруг я выйду сейчас и попаду в ловушку?

С другой стороны, это может быть сосед из дальнего дома, пришел на выручку — узнать, как тут одинокая беременная девушка без света?

На всякий случай выключаю фонарик на телефоне, чтобы не выдать свое присутствие. Дышу тяжело, вдох-выдох, чтобы успокоиться. Сама себе удивляюсь — уверяла Нину, что не хочу видеть здесь Свиридова, а стоило какой-то машине подъехать, как во мне сразу всё встрепенулось. Я так обрадовалась! Подумала, что он приехал спасти меня.

— Так есть кто-то или нет? — снова слышится мужской голос, и мужчина пытается открыть калитку, а сделать это очень просто — засовываешь руку в щель и приподнимаешь железную щеколду.

Что он и делает. Открывает калитку, она скрипит, дальше слышу приближающиеся шаги. Мужчина стучит уже в дверь дома. Дверь колышется.

— Лана, открывай, это Вадим. Ахрамеев. Открой, надо поговорить.

— Вадим? — невольно восклицаю.

Что здесь делает Ахрамеев? Как меня нашел? Зачем?

И как так вышло, что он приехал именно сейчас, когда в деревне отключился свет?