Чтение онлайн

Ставлю перед ним чашку, он делает глоток и следом расплывается в улыбке.

— Очень вкусная колбаска. Мама раньше никогда такую не покупала.

Я хмурюсь, понимая, что не покупала потому, что дорого. Сейчас холодильник забит под завязку, и я почти уверен: Настя все это скупает, чтобы вдоволь накормить сына. Чувствую укол совести, хотя понимаю, что он не обоснован, в конце концов, я сам вырос не в богатой семье, и когда начинал бизнес, бывало, сидел на сухом пайке. Но сейчас факт наличия у меня денег, когда мальчишка не может съесть дурацкий бутерброд с колбасой, вызывает этот самый укол.

— Андрей, ты уже встал? – слышу Настин голос, оборачиваюсь, когда она проходит в кухню. – Демьян, – констатирует девушка, а сама скользит взглядом по моему телу, и я только понимаю, что Андрей так бодро на меня набросился, что я вышел из комнаты в одних трусах, а на Насте, кстати, короткий халатик, под которым явно ничего нет.

Настя

Стою, как громом пораженная, потому что ну никак не ожидала увидеть Демьяна посреди кухни, да еще в таком виде. Всего ведь семь утра, Андрей уснул рано, проснулся соответственно, тоже, я дала ему телефон и велела ждать меня, а сама пошла в душ, чтобы взбодриться. Уснула я черт знает во сколько, да и как спокойно спать после случившегося? Точнее, не случившегося, но такого возможного... И сладостного... Тем более, когда сам Демьян так близко, в соседней комнате. Первый час я все прислушивалась к шуму за стеной, а потом, когда стало тихо, просто лежала, пялясь в потолок. Уснула ближе к трем, неудивительно, что встала, ничего не соображая.

И вот стою не в силах оторвать взгляд от тела Демьяна, такого красивого, подтянутого, привлекательного. Вижу, как он смотрит на меня, и чувствую, словно вообще без халата стою. Сжимаю ноги, и он это подмечает, вызывая у меня волну стыда. Взгляд его тяжелеет, сам мужчина сжимает зубы, но не отворачивается. Смотрит. Нужно это прекратить. Немедленно.

— Я сейчас, – бормочу, разворачиваясь, и бегу в комнату. Надеваю шорты и футболку, в которых была вчера, а когда выхожу, сталкиваюсь с Демьяном, тоже одетым. Смотрим друг на друга, как два смущённых школьника.

— Извини за вчерашнее, – говорит он мне, – ты права, нам не стоит...

— Ничего страшного, – прерываю его, – в конце концов, мы оба... – запинаясь, добавляю. – В общем, давай забудем. – Он молча кивает. – Ты можешь поспать, еще очень рано.

— Пробегусь, – говорит мне, шествуя в сторону выхода, – надо поддерживать форму.

Усмехнувшись, ловит мой взгляд, я натягиваю улыбку.

— Уходишь? – спрашивает Андрей.

— Скоро вернусь.

— Демьян идет заниматься спортом, – поясняю сыну.

— Я тоже занимаюсь спортом, – Андрюша спрыгивает на пол и, встав на четвереньки, задирает правую ногу. – Видел, как я могу?

— Да тебе на соревнования пора, – не сдерживает улыбки тот, я сижу на диване, посмеиваясь.

— Пойду набирать форму, чтобы составить тебе конкуренцию, – говорит Демьян и удаляется, бросив на меня ещё один взгляд.

Пока мужчина бегает, мы вместе с Андрюшей готовим завтрак. Он любит мне помогать, а я радуюсь тому, что у меня спокойный ребенок. Справляться с постоянным стихийным бедствием было бы куда тяжелее.

Когда Демьян возвращается и принимает душ, мы садимся за стол. В который раз ловлю себя на ощущении, как же это странно. Он так резко ворвался в нашу жизнь, но всего за несколько дней умудрился влиться. Андрей с ним отлично ладит, да и вообще, несмотря на фиктивность, его присутствие в простых обыденных ситуациях кажется таким... логичным. Конечно, не когда он злится или целует меня. К этому я пока не готова привыкнуть. Хотя он безусловно прав, надо вести себя более естественно.

— Насть, – зовет Демьян, я поднимаю на него глаза, – послезавтра переезд. Собери вещи тогда, хорошо? Я пришлю за вами машину. Сырники очень вкусные, спасибо.

Кивнув, встаю, забирая у сына тарелку, иду к раковине, пока Демьян доедает. Успеваю вымыть посуду, когда чувствую за спиной присутствие мужчины. Резко оборачиваюсь, поднимая глаза, и улыбаюсь.

— Сгущенка, – говорю ему, не подумав, тяну руку и протираю пальцами уголок его губ.

Взгляд Демьяна меняется, и я снова напрягаюсь и выгляжу неестественно. Но сейчас мы вроде бы не на людях, так что позволительно.

— Спасибо, – Демьян делает шаг назад, – я на работу, вечером у меня дела, приеду поздно.

— Хорошо, – я провожаю его до двери, там мы снова замираем.

Кажется уместным, что он сейчас меня поцелует, быстро, как тогда, у машины. Но вообще-то это совершенно не уместно – никакой общественности рядом не наблюдается.

— До вечера, – кивает Демьян, я прощаюсь, закрыв дверь, выдыхаю. Что-то с каждым днем все сложнее и сложнее.

Два дня мы почти не общаемся, Демьян появляется поздно, говорит, какой-то объект завершает, очень много дел. Вечером я кормлю его, и мы расходимся по комнатам. Вот и все общение. Странно, если вначале я предполагала, что именно так и будет, радовалась этому, то теперь словно чего-то не хватает. Но я не лезу с общением, знаю: так реально лучше. Ни к чему городить огород.

Переезжаем мы быстро, Демьян оставил мне ключи от своей квартиры, но все равно – заходить в нее одной, без него, как-то неловко.

— Здесь живет Демьян? – спрашивает Андрей, пока мы осматриваемся, а грузчик таскает вещи.

— Да.

— И теперь мы будем жить здесь?

— Точно, – улыбаюсь сыну. Пройдя в кухню, заглядываю в холодильник и слышу следующий вопрос:

— Мам, Демьян будет теперь моим папой?

Мне кажется, даже холодильный мороз не может согнать жар, в который меня бросает. Хорошо, что сын не видит мое лицо, есть пара секунд прийти в себя. Закрыв дверцу, иду к Андрею и, присев на корточки, обнимаю его.

— Сынок, помнишь, я тебе говорила, что это только пока мы здесь, на море? Демьян пригласил нас погостить у него, вот и все. Потом мы уедем домой, и снова будем жить вместе: ты и я.

— А Демьян не может остаться с нами? – Андрей смотрит на меня, хлопая ресницами, а я сдерживаю наворачивающиеся слезы. – Он мне нравится. И тебе, ты же сама говорила.

— Ну... – я молчу, подыскивая слова. – Этого мало, понимаешь? К тому же неизвестно, нравлюсь ли я ему настолько. Да и вообще, не стоит об этом думать, Андрей. Демьян живет здесь, на море, а мы в другом месте.

Сын, поджав губы, кивает, но я вижу, что он расстроился. Крепко прижимаю его к себе, шепча на ухо:

— Я тебя люблю, родной. Нам же хорошо и вдвоем, да? Мы справимся.

Отстранившись, заглядываю в глаза. Андрей снова кивает, потом обнимает своими маленькими ручками меня за шею.

— Я тебя очень люблю, мамочка, – шепчет на ухо, и в этот момент я действительно чувствую себя самым счастливым человеком на земле.

Только вот счастье длится недолго, потому что в следующее мгновение слышу женский голос: