Папины сыночки
Шрифт:
Мелькор, опуская голову: – Я… никому не нужен.
Феанор: – Так-так.
Мелькор: – Отец меня растил как наследника. Он мной доволен, но я никогда не чувствовал его любви или хотя бы симпатии. Мать уехала, когда я родился, и они с отцом встречались вне дома. Единственный брат не хочет иметь со мной ничего общего. Я никому не нужен сам по себе. Я… как будто функция, а не живое существо.
Феанор, с расстановкой: – Поэтому Эру послал тебе меня. И Финвэ. И Гортхаура. Это много, ведь правда?
Мелькор, слабо улыбаясь: – Да… я бы ни на кого вас не променял.
Феанор: – Друзей мы выбираем сами, в этом их достоинство. Ну, по рюмочке абсента и домой?
Мелькор: – Можно к тебе?
Феанор: – Можно. Мэдди на олимпиаде, у нас есть свободная комната. Я даже обещаю с тобой посидеть и погладить тебя по голове, пока ты не уснёшь.
Мелькор с нежностью смотрит на него и благодарно шепчет: – Спасибо…
Заваленная хламом квартира Махтана. Махтан возится на кухне. Манвэ проходит по гостиной, останавливается около балконной двери и смотрит во двор. По тропинке идут два мальчика, помладше и постарше. Тот, что помладше, спотыкается, старший его поддерживает и начинает отчитывать, видимо, за рассеянность. Младший смеётся.
Манвэ отворачивается и на секунду зябко обхватывает себя руками, но тотчас же спохватывается, выпрямляется и улыбается. Назло.
5 февраля 2012
Конец тринадцатой серии.
====== Четырнадцатая серия. Колёса. ======
Воспоминание Финвэ в светлых серебристых тонах, монохромное.
Маленький парк. Весна. На лавочке сидит миниатюрная девушка в коротеньком плаще и читает книгу. Её пышные серебристые волосы волнами падают на плечи.
Финвэ видит её и останавливается. Сообразив, что смотреть на незнакомого человека неприлично, он идёт дальше, но, пройдя шагов пять, не выдерживает, разворачивается и подходит к девушке.
Девушка поднимает голову, смотрит на него – у неё большие глаза цвета молодой листвы – и улыбается.
Воспоминание становится цветным, по-прежнему очень светлым.
Девушка, мелодичным голосом: – Привет.
Финвэ: – Привет. – Пауза. – Можно, я сяду?
Девушка, двигаясь: – Садись.
Финвэ садится и автоматически заглядывает в её книгу: – История искусств?
Девушка: – Да. Я певица... будущая. – Она смущённо смеётся. – А ты физик, наверное?
Финвэ, весело улыбаясь: – Вообще-то, археолог. Тоже – будущий.
Девушка, протягивая ему руку: – Мириэль.
Финвэ пожимает её ладошку, очень хрупкую, и на секунду задерживает её в своих пальцах.
Мириэль, глядя ему в глаза: – Увидимся?
Финвэ: – Где я смогу тебя найти? – поднимается вслед за ней.
Мириэль, весело: – Я сама тебя найду! Я никого не теряю! – Берёт свою сумку, зажимает книгу подмышкой и, помахав ему, уходит. Финвэ смотрит ей вслед, замерев посреди тротуара.
Ливень – струи дождя хлещут по асфальту, мир вокруг тает в потоках воды. Финвэ и Мириэль бегут по тротуару, держась за руки, мокрые насквозь, и смеются. Мириэль останавливается и, схватившись за живот, наклоняется, не в силах справиться с хохотом.
Мириэль, сквозь смех: – Я никогда... не была такой мокрой!..
Финвэ, тихо: – А я никогда никого так не любил.
Мириэль быстро выпрямляется и серьёзно смотрит ему в глаза, даже не улыбаясь.
Финвэ, пряча руки за спину: – Я не думал, что ты услышишь...
Мириэль, резко: – Но я услышала.
Финвэ: – Если ты не хочешь, я...
Мириэль проводит ладонью по его щеке – к затылку, притягивает его к себе и целует в губы. Финвэ несколько секунд даже не шевелится, склонившись к ней, потом порывисто сгребает её в объятия и подхватывает на руки. Мириэль выглядит очень счастливой.
Финвэ: – Ты слишком хороша для меня...
Мириэль, весело: – Ты меня плохо знаешь. – Обхватывает его за шею обеими руками и устраивается поудобнее. – Раз ты теперь мой парень, неси меня! У меня туфли промокли.
Финвэ, рассмеявшись, целует её ещё раз и уходит с ней в дождь.
Звонкий смех Мириэль. На том же тротуарчике стоит коляска с ребёнком. Мириэль подбегает к нему, берёт на руки и заглядывает в объектив фотоаппарата, говоря: – Смотри, какой он милый! Так похож на тебя, у него твои глаза!
Финвэ, который её фотографирует: – И твои губы... мне кажется.
Мириэль: – Конечно! Смотри, как я его поцелую! – Целует ребёнка в щёку. – Это наш Феанор, наш малыш, наше солнышко! Смотри, какой он тёплый и сияющий, настоящее солнышко!
Финвэ смеётся. Мириэль подбегает к нему и целует в щёку. Финвэ обнимает её, ласково целует в макушку. Жена счастливо прижимается к нему и замирает в его объятиях. Феанор между ними довольно улыбается.
Больница. На койке лежит тело, с головой укрытое простынёй.
Голос врача: – ...черепно-мозговая травма, несовместимая с жизнью. Она прожила всего несколько минут.
Воспоминание становится тускло- серым, лишённым прочих красок.
Финвэ медленно подходит к кровати, опускается на колени на пол и утыкается лбом в холодную руку под простынёй. Ткань задирается, обнажая рассаженные пальцы, на безымянном – запачканное кровью обручальное кольцо.
Голос врача: – Её отбросило на обочину и ударило об ограждение. Злоумышленника ищут, но... даже если бы он остановился, ей бы никто не помог. У неё не было шансов выжить.
Финвэ закрывает глаза, и кадр затягивает темнота.
Финвэ стоит у окна, глядя на маленький сквер. По тротуару идут люди – одинокие, пары, родители с детьми. Финвэ вздыхает и отворачивается. На столе стоит одинокая чашка с недопитым чаем.
Голос Феанора: – Пап, ты чего к нам не заходишь?
Входит Феанор, останавливается в дверях кухни и улыбается.
Финвэ с нежностью смотрит на сына, его губы тоже трогает улыбка.
Феанор подходит к нему, обнимает и застывает на несколько секунд, наслаждаясь его теплом. Финвэ обеими руками заботливо приглаживает ему слегка растрепавшиеся волосы.
Финвэ: – Катался?
Феанор: – А то! – Тише: – К Мелу заезжал.
Финвэ: – Как он?
Феанор, отходя к полке и начиная делать себе чай: – Да как он может быть. – Раздражённо: – Я бы убил всех его родственников и заставил его забыть, что они когда-либо существовали. – Сыплет в чашку чай из коробочки, рыча под нос: – И этот ещё... молодец.
Финвэ, мягко отводя руку сына от чашки, в которой заварки уже почти треть: – Гор что-то натворил?
Феанор, бухая чай на полку: – Почти. Поймал его вовремя.