Папины сыночки
Шрифт:
Феанор указывает ему в сторону танцплощадки. Гортхаур кружит Нэрданэль, обнимая за талию, и что-то рассказывает ей, пытаясь, видимо, перекричать музыку.
Феанор: – Даже жаль её разочаровывать.
Мелькор, удивлённо: – Он, что, бисексуал?
Феанор: – Нет, ему просто нравится то, что люблю я. Или то, что, он думает, я люблю.
Мелькор вопросительно на него смотрит.
Феанор, терпеливо: – Он в тебя влюблён и хочет, чтобы ты принадлежал ему целиком. Ты очень неравнодушен ко мне и, судя по всему, я поддерживаю твой интерес. Его ко мне тянет, он бесится и хочет в себе это преодолеть, потому что по-настоящему ему нужен ты. Он видит, что я тебе нравлюсь, и, может быть, не только как друг. Он хочет узнать, что во мне такого, что тебя привлекает, выведать мой секрет и взять тебя целиком. Ему нравишься ты – как и мне, а следовательно, он хочет изучить меня лучше. Моя жена – прекрасный источник информации, и, кроме того, я наверняка её люблю. Она представляет для него большой интерес. Даже если он всего этого не сознаёт.
Мелькор, пытаясь переварить всё сказанное: – Он в меня влюблён?
Феанор, со вздохом: – Ты, как всегда, услышал только то, что тебя больше всего интересует в данный момент. Но хотя бы мыслишь в правильном направлении.
Мелькор: – А почему Нэрданэль так к нему липнет?
Феанор, спокойно: – Она надеется, что я буду ревновать, и потом, ей нравится такой тип мужчин.
Мелькор: – Ты-то откуда знаешь?
Феанор, пожимая плечами: – Я прекрасно знаю, с кем она мне изменяла.
Мелькор, яростно: – Она тебе изменяла?!
Феанор, шикнув: – Всему ресторану не обязательно это знать.
Мелькор: – У вас же общие дети!
Феанор: – Ну и что.
Мелькор: – И ты так спокойно позволяешь ей…
Феанор: – Я не могу дать ей всего, что ей нужно. Было бы жестоко сажать её в клетку.
Мелькор: – Она должна быть счастлива оттого, что она с тобой! Ты о ней заботишься, ты… ты…
Феанор, спокойно: – Я обещал быть с ней в горе и в радости, но не сдержал обещание. Пока я с ней только в горе – пусть это горе для неё одной, моя личная радость картины не меняет. Я ничего не делаю для того, чтобы Нэрданэль любила меня.
Мелькор, яростно: – Любят не за то, что ты делаешь! Любят просто так!
Феанор, со слабой улыбкой: – Это ты любишь меня просто так, и тебе не нужны доказательства.
Мелькор, дрогнувшим голосом: – Мне кажется, одного того, что ты на себе вытащил меня из-под обстрела, более чем достаточно.
Феанор, ехидно: – Ты так мало знаешь о жизни, Мел. Любой другой твой коллега в качестве высшей благодарности предложил бы мне стать его телохранителем.
Мелькор, ворчливо: – И что я сразу не догадался. Работал бы ты моим телохранителем, ездил со мной повсюду, мы бы вели шикарную жизнь и проблем не знали.
Феанор: – Пока в один прекрасный день не пристрелили бы нас обоих. Избавь меня от своего унылого бизнеса.
Мелькор смеётся.
К столику подходит Нэрданэль, разрумянившаяся и воодушевлённая.
Нэрданэль: – Гор такой обходительный! – Бросает на Феанора красноречивый взгляд: – Не то что ты. – Хлопая ресницами в адрес Мела: – Твой друг – душка! И где ты его прятал?
Мелькор, злорадно: – В своей постели.
Нэрданэль, не расслышав: – Может, там ещё парочка найдётся!
Мелькор, взяв её за руку, глубоким чарующим голосом: – Дорогая!
Нэрданэль, настораживаясь: – Что?
Мелькор: – Это мой парень.
Нэрданэль, отнимая руку: – Что?!
Мелькор, язвительно: – Что слышала.
Нэрданэль садится к Феанору под бок и демонстративно дуется.
Гортхаур, подходя с двумя коктейлями: – Э… что-то произошло?
Нэрданэль гневно косится на него и отворачивается.
Мелькор: – Ничего страшного.
Феанор: – Молодым матерям свойственны перепады настроения.
Нэрданэль, гневно: – ДА! – В сторону: – И почему все красивые мужики – пидорасы…
Гортхаур насыпает в чашку кофе. Звонит телефон.
Гортхаур: – Да!
Феанор: – Я надеюсь, твоя мама любит гостей.
Гортхаур: – Любит, а что?
Голос Махтана в трубке: – Чувак! Мы едем с тобой!
Гортхаур, подозрительно: – Кто это «мы»?
Феанор: – Нэрданэль сказала, что она опасается оставаться в компании таких… многое повидавших мужчин, как мы с Мелом, и попросила поехать Махтана тоже. А Манвэ совершенно случайно нужно в тот же город. Но ты не пугайся, мы снимем гостиницу.
Гортхаур, возмущённо: – Но Мелькор не собирался со мной ехать!
Феанор, сурово: – Да убоится жена мужа своего! – Кладёт трубку.
Гортхаур, яростно: – Аррррррр!..
Мелькор, из комнаты: – Гор, а мне галстук с собой брать?
Аэропорт. Гортхаур в тёмных очках стоит у трапа с чемоданом в руке.
Далее в кадр попадает Нэрданэль, тоже в тёмных очках и очень деловитая, жизнерадостно улыбающийся Махтан, расслабленно зевающий Манвэ, взбудораженный Мелькор, хмурый Феанор, Финвэ и все Феаноринги.
Феанор обнимает сыновей и Финвэ, шёпотом даёт последние указания, и вся компания начинает подъём по трапу.
Амрос, с рук деда: – Папа, мы тебе позвоним!
Амрод: – И расскажем, как без тебя поживаем!
Феанор машет им рукой, стараясь не выдавать своей нервозности.
Мелькор: – Да ничего с ними не случится за два дня!
Феанор: – Сам знаю! – Заталкивает его в самолёт.
Гортхаур, из салона: – Ой! Мел, ты мне на ногу наступил! Смотри, куда идёшь!
Феанор, заходя: – Веди себя как мужчина при своей временной жене! Надо было сказать: «Пасть порву, мудак!» и дать ему по морде!
Махтан, улыбаясь стюардессе: – Ну не при девушках же!
Нэрданэль, свирепо: – Если бы Мелькор мне на ногу наступил, я бы ещё и не так сказала!
Манвэ, усмехаясь, входит последним.
Голос Гора из салона: – А то, что мы летим на собственном самолёте, точно не покажется подозрительным?
Голос Мелькора: – Нет, мы же специально сняли обычный пассажирский самолёт.
Голос Феанора: – И обычных пассажирских пилотов, потому что я устал и хочу спать, а не вести самолёт.
Голос Манвэ: – Если пилоты вдруг выпрыгнут с парашютом по дороге, я поведу.
Голос Нэрданэль: – По местам!!! Сколько можно болтать посреди салона!!! Ещё насмотритесь друг на друга!!!
Амрос дёргает деда за рукав: – Можно, я позвоню папе?
Финвэ: – Спокойно, Амрос. Они ещё даже не взлетели.
Самолёт разгоняется и плавно отрывается от взлётной полосы.
Аэропорт.
На небо смотрит пожилая пара – кругленькая миловидная женщина со светлым каре и высокий седоватый мужчина.