Чтение онлайн

– Безнадёжно, – констатировал он. – Из тебя никогда не получится следопыта. Но, может, хоть научишься не оставлять за собой такой след, что слепой гном найдёт.Он показал, как прикрывать следы веткой, как выбирать каменистые участки, как идти против ветра, чтобы звук не нёсся впереди. Это было практично, и это отвлекало.

– Они знали моё имя, – вдруг, сама не ожидая, сказала я, пока мы шли бок о бок по галечной отмеле ручья. – Это… страшно.– Ещё бы, – бросил он, не глядя. – Значит, у них есть информация. От кого?– От Тома, наверное, – упрямо повторила я свой вариант. – Но он не хвастался, что за ним «охотятся». Может он кому-то должен?– Хвастался, – усмехнулся Амель безо всякой теплоты. – Да, очень похоже на него. Разбросать информацию о себе перед незнакомцами. Идеальная стратегия для бегства.

Серебряная Бухта встретила нас ближе к вечеру не серебром, а запахом тухлой рыбы, смолы и человеческих… выделений. Это был не респектабельный порт, а нечто среднее между гигантской барахолкой и воровским притоном под открытым небом. Деревянные постройки кривились друг на друге, мостки скрипели и прогибались, а в мутной воде качались суда всех видов и степеней потрёпанности.

Амель, не колеблясь, свернул в сеть самых грязных и узких переулков. Он шёл уверенно. Наконец мы остановились перед неприметной дверью с вывеской, на которой был нарисован потрёпанный кит, пьющий из кружки. Звуки громких голосов, дикой музыки и звон разбиваемой посуды доносились из-за стены.

– «Пьяный кит». Держись рядом и не лезь в разговоры, – коротко проинструктировал он и толкнул дверь.

Таверна оказалась огромным, душным помещением, заполненным самым пёстрым сбродом, который я когда-либо видела. Моряки с татуировками, похожими на карты сокровищ, смуглые торговцы, наёмники в потёртой коже, парочка явно не своих в углу. Воздух был синим от табачного дыма и гудел, как растревоженный улей.

Амель, не обращая внимания на оценивающие взгляды, проложил путь к стойке, за которой стояла женщина. Она была высокой, почти вровень с Амелем, с густыми каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок, и лицом, на котором шрам от уха до подбородка не уродовал, а подчёркивал дикую, опасную красоту. В её позе, в том, как она вытирала кружку, чувствовалась привычная власть.

Увидев Амеля, она не улыбнулась. Но в её серых, как морская галька, глазах мелькнуло знакомое тепло.– Ну, посмотрите, кого шторм принёс. Дракон заблудился в портовой луже?

– Капитан, Лира – кивнул Амель. Её звание прозвучало как должное. – Нужна информация.– Для тебя, старый грешник, – она отставила кружку и облокотилась на стойку, – всегда. Кому ты перешел на этот раз? – Её взгляд скользнул по мне, быстрый и проницательный. – Нашёл новое… хобби?

– Ищем парочку. Мужчина – дракон, но пустое место, пьяница, хныка. И… мою жену, Кларис. Их видели?

Лира нахмурилась, её пальцы забарабанили по стойке.– Видела. Нельзя не заметить. Она, будто королева, забредшая в свинарник, ещё когда на свадьбе увидела, не поняла, что ты в ней нашел. Спрашивали дорогу к Магеру. К старому складу на Сломанном пирсе.– Магер, – Амель произнёс имя без эмоций, но я почувствовала, как он внутренне напрягся. – Он всё ещё в деле?– В деле, но нервный как кот в раскалённой сковороде. Говорят, у него проблемы. Кто-то щёлкает по его территории. Или ищет кого-то. Его люди шастают по городу, задают вопросы про чужаков. Особенно про девиц, – её взгляд снова приземлился на мне. – Не про такую ли?

Лёд пробежал у меня по спине. Амель ничего не ответил, лишь отбросил на стойку тяжёлую золотую монету. Она бесшумно исчезла в ладони Лиры.– Спасибо, капитан.– Береги спину, дракон. И свою спутницу.

Склад Магера на «Сломанном пирсе» оказался огромным, полуразрушенным сараем из почерневшего от времени дерева. Он нависал над самой водой, и волны с тихим шипением лизали его прогнившие сваи. У единственной двери, освещённой коптящим фонарём, стояли двое здоровяков с явным отсутствием интеллекта на лицах и дубинами у пояса.

«План?» – жестом спросила я у Амеля.«Какой план?» – ответил он тем же жестом и направился прямо к охранникам.

Он говорил с ними тихо, уверенно, называя имена, ссылаясь на старые связи. Я видела, как охранники качали головами, их лица становились всё более враждебными. Один из них тыкнул пальцем в мою сторону, что-то грубое сказал. И всё. Амель двинулся.

Удар локтем в солнечное сплетение – первый охранник сложился пополам с булькающим звуком. Разворот, хлёсткий удар ребром ладони по горлу, второй захрипел, хватаясь за шею. Всё заняло меньше десяти секунд. Амель подхватил упавшие дубины и швырнул их в воду, затем отодвинул тяжёлую дверь.

Внутри царил полумрак, нарушаемый несколькими керосиновыми лампами. Склад был забит ящиками, бочками, тюками. И людьми. Человек шесть, не таких тупых, как те двое снаружи. В центре, за грубым столом, сидел сам Магер – коренастый гном с седой, заплетённой в косы бородой и глазами-щёлками, в которых горел нездоровый азарт. Увидев нас, он не испугался. На его лице расплылась ухмылка.

– А, гости! Я как раз думал, когда вы пожалуете!Амель шагнул вперёд, оттесняя меня за спину.– Где они, Магер? Драконица и её прихвостень.– Уплыли, милый, уплыли! – засмеялся гном, постукивая костяшками пальцев по столу. – На приливе. Но оставили для тебя… сувенир. И кое-какие вопросы. Например, что это за диковинка, которая с ними приехала и так интересна определённым господам? – Его глаза, масляные и хищные, уставились на меня. – Думаю, за неё дадут хорошую цену. Живой или нет.

Он кивнул. Его люди начали окружать нас, медленно, как стая голодных псов. В их руках засверкали ножи, короткие мечи, зазубренные крючья. Ужас, знакомый и липкий, поднялся у меня в горле. Амель принял боевую стойку, его тело излучало готовность к взрыву насилия.

Один из бандитов, высокий детина с лицом, изуродованным какой-то болезнью, бросился на меня, пытаясь обойти Амеля сбоку. Я отпрянула, споткнулась о ящик и упала на спину. Надо мной нависла его тень, от дыхания пахло гнилыми зубами. Он протянул ко мне ручищу.

И снова это случилось. Волна паники, горячая и слепая, ударила в виски. Я инстинктивно вскинула руки, чтобы защититься, не желая ничего, кроме того, чтобы это исчезло, чтобы свет ослепил его, чтобы всё остановилось.

И свет ответил. Вернее, ответила цепь из трёх керосиновых фонарей, висевших над нами на протянутых проводах. Они не просто вспыхнули. Они взорвались с оглушительным хлопком, осыпав всё вокруг дождём искр и осколков стекла. Вспыхнула паутина проводов, с треском и шипением разбрасывая короткие, яркие молнии. На несколько секунд склад погрузился в хаос – крики, дым, безумное светошоу.

Амель не растерялся. Он рванулся ко мне, подхватил с пола и, пригнувшись, потащил к задней стене склада, где зияла огромная дыра, выходящая на пирс.

Мы вывалились на прогнившие доски. Сзади слышались крики Магера. Мы побежали по шаткому пирсу, петляя между грудами старых сетей и бочками. Выстрел просвистел над головой, вонзившись в мачту рядом стоящей шхуны. Сердце колотилось, ноги подкашивались.

Амель резко свернул, стащил меня в узкую щель между двумя складами. Мы прижались к мокрым от морской соли стенам, слушая, как мимо пробегают наши преследователи. Их крики постепенно стихли, растворившись в общем гвалте порта.