Чтение онлайн

Все четверо путников выстроились в «змейку» и следовали за своим провожатым – Саидом.

– Джон, расскажи, что с тобой приключилось, когда ты вышел из отеля, – поинтересовался Нусьер.

– Ох, друг мой! Ничего особенного, кроме двух «братьев-близнецов», которые любезно согласились меня сопроводить до корабля Мориса. Правда, не бесплатно… всего за двести девяносто тысяч ваших фунтов. В общем, я подкупил двоих солдат, – гордо ответил Джон.

– Двести девяносто тысяч?! Это же огромные деньги! Так. Стоп. А откуда у тебя деньги? – удивился Нусьер.

– Ах, да! По дороге я нашел банкомат, там смог снять свою «ежедневную дотацию». Ну, и тут как тут появились эти два «коршуна». Меня чуть не поймали. И чтобы выйти из ситуации, я представился Себастианом и дал взятку солдатам. Они согласились помочь найти Джона, то есть меня, и сопроводили в порт.

– За двести девяносто тысяч я бы тебя охранял целый месяц! Ну, ты, конечно, мастер выйти из любой ситуации! – восхищался Нусьер.

– Этот навык нарабатывается. Особенно когда у тебя особо нет выхода…– ответил Джон. – Дальше мы пошли в порт, по дороге я купил лепешек у уличного торговца, прямо с телеги. Было безумно вкусно! Видимо, потому, что это моя единственная еда за сегодня!

– Какой уличный торговец? Что ты заливаешь! В порту давно запретили торговать с телег! Еду можно продавать только в специальных местах – магазинах или столовых, – вмешался в рассказ Джона Саид – В городе – да, а в порту уже давно запретили. Уж я-то знаю.

Джон резко остановился в оцепенении. Страх овладел им.

«Как нельзя продавать? Это что, мои галлюцинации? Или он продавал незаконно? Это вряд ли, учитывая, как они тут все боятся тюрьмы. Так что же это было? Кому верить? Своим глазам или местному суданцу? Но он сказал это так уверенно, четко и непринужденно, как человек, который на сто процентов уверен в том, о чем говорит!».

– Как нельзя продавать? Я же лично купил эти лепешки у него, потом съел их. Это было на самом деле. Солдаты, будь они тут, подтвердили бы! – доказывал свою правоту Джон.

– Послушай, это портовая зона и тут давно запретили торговлю непонятным дельцам. Так как были случаи отравления иностранцев и даже с летальным исходом! Поверь мне, я тут работаю двенадцать лет! – уверенно ответил Саид.

Он сказал это так спокойно, что у Джона не было ни малейшего повода, чтобы заподозрить его во лжи. Но что же это тогда было? Ведь слова того торговца были самым странным происшествием за все время путешествий Джона! И его взгляд…

Запахи сухой травы, помета животных вперемешку с соленым морским воздухом создавали особый колорит. Который помогал дорисовать картину окружающей среды в условиях почти полной темноты. Джон представлял себе женщин, работающих на земле, пасущихся коров под палящим солнцем. В редкие перерывы от тяжелого труда крестьяне скрывались в тени самостоятельно возведенной беседки, которая представляла собой сарай из сухих палок, перетянутых веревками. Тут они проводили свои минуты покоя, давая зудящей спине восстановить свои силы.

Джон не мог быть сфокусированным на ситуации, так как в его голове была абсолютная «каша». Мысли о Кэтрин, его супруге, снова подняли ураган смешанных чувств. Как он ни старался, но не мог похоронить их до конца. Необъяснимая сила поддерживала это светлое и теплое чувство где-то в самых отдаленных уголках его души. Нежно и аккуратно поместив этот сильнейший свет между своими ладонями и оберегая от всяческих внешних ветров, этот хранитель постоянно раздувал угли надежды. Джон никогда не понимал и не мог объяснить этого удивительного внутреннего свечения. И так как оно появилось задолго до его перемещений, то было гораздо значимей для него. Он признавался себе, что оно волнует его гораздо больше, чем парадокс, с ним произошедший. Но он не знал, как найти ключ от клетки с голубем свободы, или же топор к веревке от гильотины. Это мучило его бесконечно.

В приятные романтические воспоминания врывалась суровая реальность материального мира, и ментальная часть его сущности заставляла думать о насущных проблемах. Джону это не нравилось, он никогда бы не покидал приятные грезы и мечтания. Но его мозг считал эти «воздушные замки» пустой тратой времени, и всякий раз выигрывал сражение с чувственным планом, возвращая хозяина к решению «реальных проблем».

Вот и сейчас Джон переключился на очередной анализ событий в Порт-Судане и никак не мог уловить связь с «ложным» продавцом лепешек. Что-то внутри подсказывало, что впереди его ждут открытия, которые могут стать началом разгадки. И тут мозг никак не может ему помочь. Это предчувствие исходило из самых глубин его души. Поэтому он предпочел довериться своему внутреннему зову. И продолжить свой поиск.

– Мы на месте, вот наш укромный уголок. Стойте здесь, я зажгу свет, – Саид остановился и указал на кривенькую беседку, которая виднелась в темноте. Затем прошел внутрь.

– Что он сказал? – почему-то шепотом спросил Морис.

– О! Узнаю это место! Давненько я тут не был! Помню наши посиделки в этой развалюхе, – радостно вспомнил Нусьер.

Беседка загорелась светом изнутри и стала похожа на уютный шалаш из детства, где мальчишки собирались со своим деревянным оружием для обсуждения захвата штаба девчонок.

– Заходите, не стесняйтесь! – позвал своих спутников Саид.

– Пошли, Морис, не бойся, там нет бельгийцев, – пошутил Джон и толкнул француза вперед.

Все трое зашли в беседку, где уже стоял Саид, улыбаясь, словно султан, принимающий почетных гостей в своем дворце. Внутри пристанище было аутентично, под стать внешнему облику. Две самодельные скамейки и такой же стол. Над ними болталась большая лампочка на проводе. На этом все.

Все четверо расселись по своим местам, как будто для приема законного обеда после тяжелого трудового дня. Джон сел с Морисом, напротив Нусьера и Саида.

Морис достал сигареты и угостил Джона. Остальные отказались.

Джон прикурил, сделал затяжку и начал говорить.

– Ну что, пора рассказать вам мою историю. Отнеситесь к ней серьезно. Я буду искренен с вами, лгать мне нет смысла.

Воцарилась тишина, в ожидании чего-то увлекательного и загадочного.

***

– Меня зовут Джон, я родился и вырос в Бостоне, США.

– Морис, извини, я буду вести свой рассказ на арабском языке, так как здесь сейчас его представителей больше. Я потом специально для тебя переведу.

Морис понимающе кивнул.

– Мне тридцать пять лет. Мои родители простые служащие. В общем, я из самой обычной семьи. Братьев и сестер нет, – Джон посмотрел на Нусьера. – Работаю…работал брокером в одной крупной компании. Зарабатывал я не много и к тому же изрядно тратил на «достоверные сигналы» от коллег, которые вроде как владели инсайдерской информацией. В основном проигрывал и от этого пристрастился к алкоголю. Отчего, конечно, страдала моя семья… Из моей прошлой жизни вряд ли можно рассказать что-то интересное…