Чтение онлайн

Бдительно проконтролировав ближайшие окрестности, и не выявив хоть сколько-нибудь серьезных проблем на дальнейшем маршруте у подопечных «мушкетеров», старательно навешиваю тщательно выверенный, затяжной экспресс-портал к оговоренному ранее месту встречи с прекрасным. Черт возьми, опять приличный недолет вышел! Видимо, высокоприоритетное среди прочих, Средиземье экранировано разбушевавшимся «иммунитетом» сверх всякой меры. Скоро, наверное, вообще пешком путешествовать придется. С удивлением разглядываю уютную, благоустроенную, лесную полянку: с тройкой громадных, окаменевших троллей за невысокой кованой оградкой; мелкие медные монетки, щедро насыпанные им под лапы; разноцветные ленточки-платочки, живописно наверченные на все окрестные ветки деревьев и кустарника. Плюс немногочисленные туристические и семейные группы с неподдельным интересом, чинно таращатся на окрестные диковины. Нехитрые сувениры бойко раскупают мелким оптом, да различные прохладительные напитки потребляют без счета. Ну и ну, старина Бильбо о подобном даже и не мечтал! Эвон, какое полноводное паломничество развилось по местам боевой славы. Того и гляди, по мере формирования сводных отрядов будут направлять особо страждущих чартерами, прямиком к роковому Ородруину.

Наглазевшись вдоволь на богатое культурное наследие автора «Алой книги», стремительно выбираюсь на добротный, тщательно вымощенный гранитным булыжником Великий Западный Тракт. Под впечатлением от увиденного сначала совсем уже было хотел наколдовать лошадку порезвее, и дунуть прямиком на запланированную встречу «одноклассников», но вовремя замечаю подорожный, верстовой столб на перекрестке, с подробным указанием контрольных дистанций до ближайших населенных пунктов. Далековастенько вообще-то на круг выходит, неохота столько времени впустую тратить. Отреставрированную дозорную башню Амон Сул на Заверти и уездный Ривенделл я еще в прошлый свой визит прилежно посетил, так что нам туда уже и не нужно вовсе. Выбираю направление на Пригорье, в простонародье Бри. Неторопливо прохожу мимо внушительного, торгового каравана, застрявшего на полпути к Туманным горам, сразу две телеги в раскоряку разлеглись на раздолбанной подвеске. У одной из них задняя ось лопнула, а у другой – правое ведущее колесо лихо разбортировалось. Чудной народ из обслуги, сердито переругиваясь с ленивой охраной, деловито суетится, умело перераспределяя товары между остальными подводами, скоро в путь двинут. На меня никто не обращает внимания. Скрывшись за плавным изгибом лесной дороги, применяю целую серию тщательно откорректированных по последней моде последовательных экспресс-порталов. Достигнутая наконец-то вожделенная точность впечатляет. Финиширую ровно у резервного колодца, на просторном, заднем дворе приснопамятного трактира. Наскоро убедившись в полном отсутствии ненужных свидетелей, уверенно захожу через служебный вход в полумрак пустующей кухни, и далее следую в общий зал. Как ни странно, но кроме дремлющего за полукруглой барной стойкой паренька, в трактире никого больше нет. То есть совсем никого: ни постояльцев, ни хозяев, ни даже местных пьяньчужек и завсегдатаев. Хм, может быть, нынче какой-то национальный или, пуще того, религиозный праздник?

– Слышь, приятель, – бесцеремонно тормошу за лацкан клетчатой зелено-коричневой жилетки сачкующего бармена, – а где все вообще?

– Ы-ы-ы, ты что, с луны свалился? – с трудом продирая осоловелые, покрасневшие глаза, и отчаянно зевая, хрипло отвечает паренек. – Сегодня же третий день Великого Очищения. Народ у старых могильников гуляет, годовщину изгнания Умертвий празднуют. Шел бы и ты к ним…

– Вон оно как, а что, здесь уже ничего не подают платежеспособным клиентам? – многозначительно постучав мелкой серебряной монетой по стойке, интересуюсь я.

– Все, что угодно из ассортимента бара, без проблем, – на глазах оживляется дежурный сотрудник общепита. – Если чего-то горячего, посущественнее хочешь, придется подождать немного, на кухне даже плиты все остыли.

Согласившись недолго подождать полноценный ужин, и ненавязчиво поинтересовавшись на счет разыскиваемых студентов, устраиваюсь поближе к только что запаленному камину. Осень на дворе поздняя, как ни как, промозглая, будем пока вкусненьким глинтвейном баловаться, – фирменный купаж, здесь его умеют готовить. Одногруппнички мои пропащие объявляются тут достаточно регулярно. По непроверенным слухам, вообще живут где-то неподалеку, авось сегодня же и двинем взад-назад. Что-то я устал очень от всех этих постоянных метаний и приключений регулярных. Домой хочу!

– Это ты мне чего такое принес? – удивленно вопрошаю я у расторопного бармена, с опаской разглядывая широкую деревянную вазочку с неаппетитной горкой подозрительной красной гущи и многочисленными темными комочками. – Я такого вроде не заказывал.

– Ну как же, это и есть новинка и хит сезона – варенье из ягод доматти – пожимает плечами паренек. – Еще что-то заказывать будешь?

– Хм, а чеснок есть? – вот кто бы мог подумать, что из обычных помидоров кто-то догадается варенье наварить, ладно хоть сахару туда самую чуточку намешали. – Тащи! И еще мед, горный.

Нет, ну плоды томатов, конечно, в виде ягод обычно бывают, но ведь всю дорогу они простыми овощами числились, вроде как. Придется варево местное в банальный кетчуп системы «аджика» переделывать, а толстенькие оладьи с медом трескать, ну и ладно. Век живи, век учись! С удовольствием употребив экзотическое «варенье» с сочным тушеным мясом, и окончательно разделавшись с сытным ужином, сижу, в окошко поглядываю. На улице вечереет, и дождик холодный накрапывать стал. Скоро подгулявший народ начнет подтягиваться. Хорошо, я столик большой занял, всем места хватит. Между делом, персональный реактор свежим ТВЭЛом неспешно перезаряжаю. Энергии на эвакуацию студентов потребуется много, а предыдущая, биотахионная таблетка все равно уже почти закончилась, даже утилизировать нечего.

Первой из знакомых в трактир входит, как это ни странно, Наташка Харина. Уверенно пошатывающаяся пациентка явно пребывает в легком подпитии, граничащем с сумеречным, полуобморочным состоянием. Пару раз спотыкается, но решительно занимает угловой столик неподалеку, заказывает сразу две пинты пива, и, хвала Богам, меня пока в упор не замечает. Интересно, а где это носит ее неразлучную прилипалу Новикову? В обычных, комнатных условиях данный дуэт сепарировать крайне затруднительно. Глобальное ментальное сканирование выявляет значительную рассредоточенность личного состава, и крайне низкую мотивацию к посещению единственного в Пригорье питейного заведения. Дабы излишне не усложнять прифронтовую обстановку и особо не затягивать с плановой эвакуацией, открыто объявляю в прямой эфир закодированный сигнал к досрочному общему сбору. В следующее мгновение черепом ощущаю: кто-то на меня пристально смотрит, поднимаю глаза – Наташка. Заметила. И не просто смотрит, а с откровенной лютой ненавистью так взирает! Ничего себе, какой нешуточный накал страстей и мощнейший выброс ярких, сублимированных эмоций! Приходится срочно купировать и нейтрализовать ей всякие излишки агрессивных завихрений неустойчивой психики, иначе разгромим половину «Гарцующего Пони», если не больше!

Через пару долгих минут порывисто хлопает тяжелая входная дверь, – раз, другой, третий, потом вообще чуть с петель не слетает от стремительно нарастающего потока алчущих «хлеба и зрелищ»! Хорошо, хоть прочих посетителей в трактире заметно прибавилось, и вернувшийся хозяин лично кашеварит на кухне, иначе пришлось бы объясняться за сорванную табличку «Дверью не хлопать!». Крайними за наш столик чинно финишируют слега растрепанная, но как всегда элегантная, англичанка и неотразимая ректорская племянница. Итак, вроде бы все в сборе, даже Новикова отыскалась на дальнем уединенном сеновале, с местным кузнецом-подмастерьем. Наташка, так вообще напротив меня уселась, многозначительно пивную кружку баюкает.

– Ну чо, гоблины, – с интересом разглядываю заметно изменившихся и даже слегка повзрослевших товарищей. – Не скучали без меня?

– Виталий, знаешь, подобные «шуточки» неуместны! – о, наша интеллигентная англичанка сразу на «ты» перешла, без предупреждений. К чему бы это? – Я настаиваю, нет, я требую немедленно вернуть нас всех домой! О вашем недостойном поведении мы поговорим отдельно!

– Хм, а в чем, собственно, дело, граждане? – мастерски изображаю искреннее недоумение. – Какие ко мне могут быть претензии?

– Претензии?! – начинает закипать мрачная Жанка. – О, мы еще даже не начинали предъявлять претензии! Вот домой вернемся…

– Ты забыла одно хорошее слово – «если»!

– Вот только не надо гнусных намеков! – праведно возмущается Татьяна Валерьевна. – Не вздумай нас шантажировать! Ты даже себе не представляешь, через что нам всем пришлось пройти!

– Ну отчего же… – хм, вроде ничего этакого ни у кого из присутствующих в недавних воспоминаниях нет, одни сплошные, вполне тривиальные, дорожные приключения, абсолютно безопасные и в меру захватывающие, следует отметить.

– Мы тогда чуть не погибли в горах! – цинично врет Жанка.

– Ты хладнокровно обрек нас на лютую смерть! – заводит угрюмая Наташка.

– Ой, только не надо преувеличивать, насколько вижу – все живы и здоровы!

– Ага, лишь чудом никто не пострадал! – опять преувеличивает англичанка.

– Новикова, что-то ты сегодня такая тихая, – возмущается злющая, как черт, Наташка. – Чего молчишь-то, Юленька?

– Хочу и молчу… – ворчит бывшая, верная Наташкина подпевала.

– ХОЧЕШЬ и МОЛЧИШЬ?! – выпучив глаза, деланно удивляется, чуть ли не впервые, доселе молчавший Валерка.