Чтение онлайн

— Гульшат! Можно просто Гуля. — Она села напротив Лены, излучая тёмно-синие фотоны глаз.

— А я Виталий! Можно просто Виталий! — Детская обезоруживающая улыбка сопроводила мужское рукопожатие.

Бывают люди «тяжёлые», к которым, как говорится, на кривой кобыле не подъедешь, которые наведут на себя туману, манерности и всякого разного с претензией на оригинальность. Виталий и Гульшат Котёночкины были не такие: лёгкие, простодушные, приветливые, приятные в общении. С такими начнёшь разговор, и заканчивать не хочется. Лена и не заметила, как стихла внутренняя буря, как расправились скученные брови, а уголки губ потянулись вверх.

— Мы всегда на Рождество едем в горы. Что может быть лучше лыжных прогулок зимой. На этот раз решили на Домбай. Здесь много маршрутов разной сложности и протяжённости. — Виталий опустил в сметанницу ложку, зачерпнул, переложил в тарелку. — Говорят, здесь хорошо кормят и досуг неплохо организован.

— Да какой тут досуг? — Вадим покосился на тарелку Лены. — Ты гречку будешь?

— На. — Лена передвинула к нему свою тарелку.

— Танцы! — От горячего борща лицо Виталия раскраснелось, конопушки попрятались. — Не ходили ещё?

— Дискотека для тех, кому за сто? — хохотнул Вадим.

— Почему за сто? — Узкие щёлочки вспыхнули брожением ультрахолодных атомов. — Сюда много молодежи местной ходит, и со всех турбаз народ стекается, а на турбазах контингент в основном до 35. Мы сегодня собираемся прийти? А вы? Придёте?

Вадим вопросительно посмотрел на Лену.

— Пойдём?

Лена вспомнила сальную улыбку австралопитека и поморщилась.

— Не, мы — не про танцы, мы — про библиотеку, вот. — Вадим поднял томик, потряс. — Будем весь вечер Бродского декламировать.

Цветной глянцевый листок выскочил из книги, перелетел корзинку с хлебом и опустился рядом с тарелкой Гули.

— Это что? — заинтересовалась женщина-ночь.

— Это закладка, — ответил Вадим.

— Это рекламный буклет, — уточнила Лена.

— Интересно. — Гульшат сузила и без того узкие глазки. — Пеший тур на Бадукские озёра. Хм! Ходили?

— Нет. — Покачала головой Лена. — Это реклама летних туров. Зимой туда пешком не ходят, наверное.

— Но на лыжах наверняка можно. Я много слышала про эти озёра, говорят, они волшебные, если в них искупаться…

— Искупаться?

— Ну летом искупаться, а зимой просто умыться или протереть лицо осколком озёрного льда.

— Ооо, эти сказки мы знаем. Не, ну как маркетинговый ход — неплохо, конечно. Только мы собираемся осваивать горные лыжи, да?.. — Вадим обнял Лену за плечи. — Завтра у нас запланирован Домбай.

— Ну тогда можно я оставлю этот буклет себе, он хоть и летний, но тут есть телефон гида, хочу узнать, можно ли туда на лыжах дойти.

— Берите, конечно. — Лена протянула листок.

Она ослепла. Маленький, резко очерченный диск холодного солнца скользнул над зигзагообразной линией горизонта и пополз вверх, заполняя пространство бестеневым ртутным светом.

— Я боюсь!

— Не бойся, я же рядом.

— Я ничего не вижу!

— Очки надень.

Лена натянула очки. Мир приобрёл очертания, но легче не стало.

— У меня ноги разъезжаются!

— Не выдумывай, ты пока стоишь поперёк склона.

— Да?!

— Да! Разворачивайся и ставь стопы на ширину плеч, так, чтоб полозья оставались параллельно друг другу.

Лена попробовала передвинуть ноги, вытаскивая провалившиеся в снег лыжи.

— Аааа! Они едут!

— Никуда они не едут. Я же тебя держу.

— Ты держишь за руку, а едут ноги.

— Ленка, кончай паниковать! Делай, что говорю. Тебе надо принять правильную стойку. Слегка согни колени.

— Не могу!

— Почему?

— Они одеревенели от страха.

— Расслабься, — он стукнул её ладонью по спине, — вот так, удерживай туловище в прямом положении и не отклоняйся. Теперь широко расставь руки. Да не так широко, палки должны быть впереди, а не по бокам. Стоишь?

— Стою!

— Теперь смотри, как надо отталкиваться. Давишь на палки и слегка приподымаешь пятки. — В соответствии с собственной инструкцией Вадим приподнялся на носки и оттолкнулся, лыжи поехали, и спустя секунду синяя шапочка уже мелькала в гуще других разноцветных шапок. Еще через пару секунд силуэт в сером комбинезоне слился с остальной массой лыжников. Лена вдавила палки в сугроб — ну нет, никуда она не поедет. Ей и здесь хорошо! Солнце, снег, воздух — красота! Белый шум приятен уху. Релакс, расслабуха.

Лена закрыла глаза и прислушалась.

Она её слышит, совершенно отчётливо слышит. Настоящую инфракрасную тишину. Почему инфракрасную? Потому что необычную. Если кто-то когда-нибудь слышал настоящую инфракрасную тишину, тот стопроцентно навсегда ей принадлежит. Она такая… глубоко природная, какая бывает только на вершинах гор, на природе плоскогорий. В полях тоже бывает тишина, но там другая, там немного звенящая. Эта не такая, эта гудит…

— Поберегись! — прямо на неё с вершины нёсся оглушающий вопль. От испуга Лена вжала голову в плечи и, перебирая палками, попыталась сделать шаг в сторону, но ноги сами понесли вниз.

— Самое сложное было выковыривать её из сугроба, — заливался соловьём за ужином Вадим. — А каких я удостоился эпитетов, — сурово посмотрел на Лену. — Спасибо, что не обматерила.

— Надо было! Жаль, что не умею материться, как Волков, а то бы узнал о себе много нового.

— В следующий раз…

— В следующий раз я буду сидеть в кафе и попивать кофе, а ты можешь катить куда хочешь. Мне моя голова дорога… И остальные части тела тоже.

— Вообще-то мне тоже твои части тела нужны…

— Вот и не заставляй меня больше…

— Я, чтоб тебе скучно не было. Ты же сама хотела.

— Теперь не хочу… И мне не скучно… — Лена подпёрла кулаком щёку. — Хотя, если честно, скучно. Ещё и недели не прошло, а я уже считаю дни до отъезда.

— А мы так чудесно сегодня прокатились. — Довольное лицо Гульшат светилось счастьем. — Не хотите завтра с нами?

— Я пас, завтра товарищеский матч. Реал Бетис с Манчестер Юнайтед играют.

— Ух, ты! Во сколько? — Глаза Виталия загорелись.