Чтение онлайн

— Чего сразу моих-то? — зарделся от гордости за присвоение ему банды грабителей Панов.

— Вы оперативное дело не завели? — удивился начальник Первой бригады. — А ну, быстро упражняться в чистописании!

* * *

Пётр Петрович Зимушкин жил рядом с III Государственным музыкальным техникумом, в доме номер 11 на Колокольной улице.

«Вот почему мы встретились», — Вася доехал на трамвае до проспекта 25-го Октября и остаток пути двигался в обход, уклоняясь от улицы Марата, чтобы ненароком не наткнуться на вчерашних терпил. Риск был — Колокольная выходила прямо на неё.

Дом оказался подстать респектабельному гражданину. Построенный для купцов, он был от тротуара до кровли сплошь украшен мозаикой и смахивал на шикарную конфетную коробку. Многоэтажный эркер в виде шатра напомнил Васе картинки из сказки Пушкина о золотом петушке. Когда Панов подошёл к воротам и задрал голову, то увидел настоящий средневековый замок с круглой башней и острой крышей. Впрочем, долго стоять с задранной башкой было небезопасно. Вася на собственном опыте знал, что случается тут с раззявами. Он сам меньше суток назад с ними и случался.

К одному из раззяв он в данный момент шёл.

Парадное было заколочено с Революции. Вася поднялся по лестнице чёрного хода на пятый этаж и долго искал глазами список, кому и сколько звонить. Не нашёл. В квартире действительно жили ротозеи. И тогда Вася громко постучал.

— Кто там? — быстро спросил мужской голос.

— Милиция, — Вася обрадовался, что не надо объясняться с домочадцами, а можно сразу поговорить с терпилой, который вернулся с работы, и быстро искупить вину.

Щёлкнул замок. Лязгнул крюк.

«Запирается, — подумал опер Панов. — Теперь боится».

Дверь приоткрылась на длину цепочки. Молодой человек с большим газетным свёртком подмышкой и портфелем в другой руке видом своим вызывал доверие. Дверь тут же закрылась, зазвенела цепь, и отворилась теперь уже полностью.

— Прошу вас.

Вася шагнул через порог на кухню.

— Оперуполномоченный Панов, — представился он. — А вы?

— Зимушкин, — мужчина был в брюках, голубой рубашке и галстуке, видимо, сам недавно пришёл.

— Пётр…

— Петрович.

— Вы подавали вчера заявление об уличном ограблении.

— Да, — закивал мужчина. — Пальто сняли, отняли часы, перчатки и портмоне.

«Перчатки мы в кармане нашли», — подумал Вася, но уточнять не стал.

— Вот ваше пальто, — сказал он.

Не веря своим глазам, мужчина взял протянутый свёрток, положил на кухонный стол, дёрнул за хвостик бечёвочку, которую Вася только что аккуратно завязал бантиком, и обнаружил знакомый светлый клетчатый бок.

— Спасибо, — теперь он был уверен, что к нему пришла милиция, родная вещь была лучше всякого удостоверения личности. — Спасибо, — искренне повторил он.

Состроив мужественное лицо, Вася кивнул, с чувством выполненного долга наблюдая, как потерпевший развернул и встряхнул возвращённую вещь.

— По горячим следам, — отчеканил он, главным образом, чтобы не молчать.

— А часы? — спросил мужчина. — Они забрали карманные часы и деньги.

— Этого нет, — Вася категорично покачал головой. — Грабителей мы пока не нашли. Пальто на рынке по приметам опознали.

— Найдёте?

— Найдём, — с оптимизмом заверил Вася, ощущая себя грабителем, который сам и нашёл терпилу.

Тем более, что сам и тыкал ему в спину револьвером.

— Папа, кто там? — раздался из коридора девичий голос.

— Товарищ из уголовного розыска. Пальто принёс.

— Я должен взять у вас расписку за пальто, — сказал Вася. — И снять показания — как, где происходило преступление. Описание внешности преступников. Возможно, вы что-нибудь ещё вспомните к заявленному в отделении. Может быть, сможете потом опознать на очной ставке.

— Проходите, займёмся писаниной в гостиной, — сразу оживился мужчина. — Маргарита, сделай чаю!

— Виолетта!

— Иди, Ариадна, ставь чайник, — Зимушкин перекинул пальто через руку и указал Панову на коридор. — Раздевайтесь вон там, тапочки берите.

Он запер дверь и, пока Вася надевал на крюк суконную кацавейку и развязывал шнурки, повесил рядом своё шикарное пальто.

Свет, падавший в коридор из комнаты, заслонила фигура, и опер Панов растерялся.

К нему вышла девушка, каких он не встречал никогда. Золотистые кудрявые волосы, скуластая, как отец, и с карими, как у него, глазами, но маленьким ртом и с узким подбородком. Она была чуть ниже Васи, стройная и лёгкая в движениях.

«Какая удивительная», — поразился он.

— Добрый вечер, — сказала она.

— Оперуполномоченный ленинградского уголовного розыска Василий Васильевич Панов, — не нашёлся больше ничего сказать Вася.

— Виолетта, — она протянула ручку.

Вася взял её в ладонь и понял только, что она очень маленькая и нежная.

— Вот и познакомились, — с тёплой иронией высказал из-за спины Пётр Петрович.

Вася неуклюже посторонился и смотрел, как стремительно и бесшумно девушка летит по коридору. Он заметил отеческую улыбку на лице потерпевшего, и осознание, что он вчера его грабил, а сегодня будет составлять протокол, придало уверенности. Панов снова, хоть и в меньшей степени, почувствовал себя сотрудником угро.

— Проходите в столовую, — Зимушкин указал на застеклённую дверь в конце коридора, следуя за Васей, учтиво её отворил и щёлкнул выключателем.

Кроме комнаты, из которой вышла Виолетта, Маргарита или Ариадна, Вася заметил ещё одну дверь, неплотно прикрытую, за которой была темнота.

«Двое в трёхкомнатной квартире?!» — не поверил Вася.

На кухне что-то позвякивало, да были едва слышны шаги. Судя по звукам, квартира пустовала, верь-не-верь.

Из-под пиджака высовывалась кобура с наганом, оттопыривая полу. Собираясь в гости, Вася её надел, чтобы выглядеть прилично. Без оружия в краю подгулявших с вечера работяг, возможных гопников с Лиговки и давешних ограбленных, опер не чувствовал себя в своей тарелке.

Пиджачок был тесноват. Вася его расстегнул и уселся, стуча кобурой по стулу.

Стол был накрыт белой скатертью. Вася не решился положить на неё портфель, а достал бумаги и приткнул его к ножке.

— Может быть, сначала чаю? — робко предложил Зимушкин. — Или сначала покончим с формальностями?

— Сначала дело, — до сего дня Панову и в голову не могло придти угощаться у потерпевших, но сейчас ему хотелось задержаться подольше, пусть даже ценой измены принципам.

Вася достал химический карандаш. Для снятия первичных показаний сгодится.