Чтение онлайн

– Давно ты здесь стоишь? – спросил Воронов, когда сомелье принялся разливать по бокалам темное густое вино.

– Я только что поднялся, – с огромным трудом выдавил из себя Зигмунд, и все поняли, что он соврал. – Господам угодно что-нибудь еще?

– Нет, спасибо. Ты можешь идти.

– Но… разлить вино…

– Мы сами. Иди, Зигмунд.

Сомелье неохотно вышел из кабинета.

– Вот видишь, Дима, – сказала после паузы Елизавета Петровна. – Я не так уж и не права. Он напуган до смерти!

– Да, это правда, – кивнул Таранов, и Федор Иванович с ним тут же согласился.

– Я и сам это вижу, – задумчиво произнес Воронов и взял в руки свой бокал. За ним к столу потянулись остальные.

– «Бургундское»! – с чувством сказал Таранов. – Божественное вино!

– Я предпочитаю «Бордо», – флегматично заметил Сивко.

– Это потому что у него репутация, – тонко улыбнулась Елизавета Петровна. – Для тебя важнее всего послужной список и мнение экспертов. А также престиж. Промахнуться боишься, Федя. А если этикетки содрать? Сам сможешь определить, что хорошо, а что плохо? Или и здесь тебе понадобится консультант?

– Не беспокойся, смогу, – нахмурился Сивко.

– Спор между «Бургундским» и «Бордо» вечен. Знаете известную шутку? Бургундский винодел как-то сказал: «Бордо» прописывают врачи, из чего я сделал вывод, что это вино для больных. Пейте «Бургундское», и вы никогда не заболеете!» – процитировал Дмитрий Воронов.

– Ха-ха! Хорошая шутка! – рассмеялся Таранов.

– Мы пьем вино, потому что хотим жить не просто хорошо, но и долго, – заметила Елизавета Петровна. – Его польза для организма давно уже доказана. А «Бургундское» это или «Бордо», значения не имеет. Главное, чтобы оно было хорошее.

– Качественное, – весомо добавил Сивко. – Не разведенный водой спирт, подкрашенный и отравленный ароматизаторами, а чистый продукт, только перебродивший виноградный сок и ничего больше. И – никакого сахара!

– Я уверен: это вино отличное! – Воронов первым сделал глоток. – Grand Cry. Вино высшей категории.

– «Бургундское» пили мушкетеры, – заметил Михаил и тут же понял, что сморозил глупость. Таранов хмыкнул, а Елизавета Петровна взглянула с укоризной.

– Вы увлекаетесь творчеством Дюма, Михаил Андреевич? – в упор посмотрел на него Воронов.

– Хорошая книга. Я имею в виду «Трех мушкетеров», – попробовал выкрутиться он.

– Да, «Бургундское» имеет древнюю историю… Но не увлеклись ли мы вином, господа? С чего начнем осмотр укромных местечек замка?

– С того, что вызовем крепких парней из охраны, – сказал Федор Иванович, поддев на серебряную вилочку кусочек остро пахнущего сыра и положив его в рот. Аппетитно причмокнув, Сивко заметил: – Наше дело зарабатывать деньги и пить вино, а их – ловить преступников. Мне нравится здесь, в кабинете, в этом уютном кресле. Я выпил «Бургундского» и расхотел носиться по этажам.

– Вызвать с десяток парней, чтобы поймать одну женщину? Фи! – сморщила носик Елизавета Петровна.

– Я спущусь вниз, – допив вино, заявил Таранов. – И осмотрю кладовые. Вызвать охранников мы всегда успеем.

– Нет уж, – не согласился с ним Воронов. – Первый этаж осмотрю я, а заодно проверю, заперт ли винный погреб. Это для меня важно. Поднимись наверх.

– Как скажешь, – пожал плечами Таранов. – Наверх, так наверх! Не беспокойся, я ее выманю.

– Никто и не сомневается в твоих способностях, – тонко улыбнулась Елизавета Петровна. – Я уверена: охрана нам не понадобится, если за дело берется Иван Таранов. По девушкам ты большой специалист.

– Ха!

– Я хочу остаться в кабинете, – заупрямился Сивко. – Сами ее ловите.

– Тогда я, Ваня, пойду с тобой, – поднялась Елизавета Петровна.

– Мне помощь не нужна, – запротестовал Таранов. – Вы что думаете, я женщины испугаюсь?

– Я думаю, что тебе не надо отказываться от моей помощи, – выразительно посмотрела на него Елизавета Петровна. Таранов понял и кивнул:

– Ну, хорошо. Идем!

– Михаил, вы не откажетесь еще раз осмотреть винный погреб? – пристально глянул на него Воронов. – Помнится, я обещал вам персональную экскурсию и дегустацию.

– Момент не слишком подходящий.

– Для бокала хорошего вина момент всегда подходящий.

«Иди», – взглядом приказала Елизавета Петровна, и Михаил послушно встал и кивнул:

– Хорошо, Дмитрий Александрович, я иду с вами.

Так они и поступили. Прихватив с собой план замка, Елизавета Петровна и Иван Таранов поднялись наверх, Михаил вместе с хозяином спустился вниз, а Сивко остался в кабинете, невозмутимо потягивая вино. Что же касается Зигмунда, то сомелье исчез, испарился.

Дмитрий Александрович Воронов невозмутимо спускался вниз по лестнице. Михаил следом, раздумывая о событиях сегодняшней ночи. О неожиданной гостье, спрятавшейся за портьерой, о смерти Бейлис, об узких следах модных женских сапожек на пашне… Черт возьми, как изо всего этого выпутаться? Из кухни, тоже находящейся на первом этаже, так аппетитно пахло пряностями и острыми соусами, что он почувствовал голод, хотя и плотно позавтракал. Но бокал вина разжег аппетит.

– Вам готовит Эстер Жановна? – спросил он у хозяина замка, почувствовав, как болезненно сжался желудок. А когда здесь, интересно, обед? Кусочек сыра, который он поддел с серебряной тарелочки, голода не утолил.

– Да, она неплохо с этим справляется, – кивнул Дмитрий Александрович. – Эстер Жановна и Зигмунд у меня на хозяйстве с тех пор, как я въехал в этот замок. А вам не показалось, Михаил, что Елизавета Петровна не просто так напросилась в попутчицы к Таранову? Она хочет поговорить с ним по душам, без свидетелей.

– Может быть, может быть.

– Не будем им мешать. Пока не будем, – значительно добавил Воронов.

Они вновь, как и вчера, шли по длинному коридору, и теперь Михаил был уверен: да, потолок опускается, а стены сужаются. Этот коридор, а точнее, галерея, с наклоном. Хозяин замка шел впереди, гость на полшага позади. Дошли до тяжелой железной двери, Воронов подергал за ручку и, повернувшись, сказал:

– Вот видите, Михаил Андреевич, погреб по-прежнему заперт. На мое вино никто не покушался, значит, дело не в нем. Она не затем проникла в замок.