Чтение онлайн

Сидя на вышках, мы продолжали в напряжении наблюдать за происходящим. Так прошло пол часа и наконец-то псевдогиганты наевшись, разошлись в разные стороны.

–  Чего мы ждем? Гиганты ведь уже ушли, - спросил Николай.

–  Ждем пока остальные нажрутся, - ответил я.

Заметив отсутствия псевдогигантов, из своих укрытий вылезли почти все гадальщики Зоны. Собаки, дикие коты, тушканы, псевдокроты, псевдоплоти и невесть откуда, взявшиеся карлики, в основном ночные охотники, принялись доедать то, что осталось. Через еще пол часа, территория стала чиста от падали. Падальщики разбрелись в разные стороны. Только застывшая кровь на земле и бетоне, воронки от мин и пуль, напоминали о недавней битве.

–  О, у нас и время еще осталось до темноты, - сказал Димка, взглянув на свой КПК.

–  Пусть здесь все валяется, - сказал Валерий, спускаясь по лестнице без пулемета.

–  А может, возьмем с собой пулемет?
– спросил Виктор.

–  Тебе хеклер коха мало?
– спросил Димка, спускаясь следом за Валерием.

–  Та нет, - Виктор последовал за ним.

Мы, как и на кануне, стояли возле БТРа. Николай оставил себе АК-103, надел, российского производства, разгрузочный жилет с карманами для магазинов под АК. От СВД он отказался, тогда я снарядил его автомат дополнитеьно прицелом и подствольником. В нашей экипировке изменений не произошло, только боезапас пополнили. Проверив, как на нас все закреплено и не болтается ли, мы открыли ворота.

–  Ну, в путь?
– спросил Валерий.

Стоя на границе Зоны и лагеря НИЦИПЯ, мне стало неловко, привыкшему к комфорту защиты бронетранспортера.

Я иду первым, Димка замыкающий, остальные идут между нами по росту в порядке возрастания, - повторил я фразу двухдневной давности.

Вне брони БТРа "Дозор", напичканного чувствительной аппаратурой, в Зоне я почувствовал себя как астронавт в открытом космосе вне обшивки космического корабля. Слишком долго мы были под его защитой, пусть и слабой, но все-таки. Хоть я и укутан в защитный костюм, как астронавт в скафандр, но, как и бездна космоса, вокруг пугает его, так пугает меня своей "бездной" Зона. Зная, какие тебя подстерегают опасности, каждый шаг делаешь с трудом, как канатоходец с завязанными глазам без страховки между небоскребами. Шаг не туда и в бездну. Или как сапер на минном поле. Но любые аналогии со сталкерством не сравнить, в Зоне ты всегда в напряжении. Здесь нет такого, что бы прошел короткий отрезок опасного пути и свободен.

Так с каждым сталкером, не только со мной. Но в каждом случае страх может перерасти в панику и тогда ты не жилец или к полному пропаданию страха, тогда ты точно не жилец. Сталкер без осознаваемого, контролируемого страха - не сталкер, да и не человек вообще.

Идя так впереди группы, чувствуешь большую ответственность за доверенные тебе жизни. И страх: за себя и за каждого из группы. Кто-то в группе, ослушавшись тебя, может сделать роковую ошибку, потащив за собой остальных. Или я сделаю не менее роковую ошибку. Группа сталкеров в Зоне - это целая команда. Каждый из них как патрон в обойме автомата: чем меньше патронов, тем меньше шансов завалить супостата, если больше - меньше шансов убежать от того же супостата, из-за лишнего носимого веса. В моей ситуации сталкеров тут только двое и один опытный военный сталкер. Остальные двое сошли бы за отмычек, но, не знаю для чего, мне придется беречь их как зеницу ока.

–  Ребятки, смотрим в оба, - попросил я.
– Особое внимание к окнам.

Зданиям с бездонными окнами у меня, да и у всей группы, не внушали доверия. Я взял направление прохода между основной дорогой и антеннами, хотелось не выходить на отрытое пространство. Так же хотелось бы не попадаться на глаза янки. Баста, мысли в сторону, у настоящего сталкера должны быть холодная голова и горячее сердце, как любил говорить один бывалый, царство ему небесное, по кличке Феликс. Тем более это место мне знакомо только по картам и редким общим снимкам со спутника.

Повсюду валялись разнообразные груды мусора, экскременты местной фауны и разбитое стекло, кроме бумаги, сгнившей неверное еще до второй аварии. Землю усеивало стекло, сложилось такое впечатление, как будто кто-то поснимал все стекла в Зоне и привезя сюда разбил их раскидав осколки, как зерно по полю, по всей территории радара. Благо, земля была влажная и характерный шаркат стекла, о подошвы наших ботинок, отсутствовал. Плац пришлось преодолевать, пригнувшись, перебежками, здесь стекла оказалось меньше. Наше внимание привлекли, на удивление хорошо сохранившиеся, плакаты на стенах зданий на советскую военно-патриотическую тематику, только краска, за столько лет, побледнела. Далее нас скрывали деревья с ветвей, которых, свисали лохмотьями жгучие волосы и невысокие заросли бурьяна с горами мусора, напоминавшие давно покинутые гигантские муравейники. Хотя откуда здесь взяться муравьям, возле самой границы Зоны они еще есть, но ближе к центру не встретить ни одного, видимо радиацию чувствуют. Мой, внутришлемный, экранчик показывал на пути отсутствие аномалий и движения, но сталкер никогда не ходит прямо. Вон трава примятая. Аномалия там возможно была, или есть, но очень слабая. На машине проедешь и не заметишь, а если пешком, то может ноги переломать, да так, что и опытнейшие хирурги вынуждены будут их ампутировать.

–  Если клочок травы примят, значит там гравиконцентрат, - сказал я вслух.

–  Что?
– не понял Виктор.

–  Поговорка такая сталкеровская, - объяснил я, и, достав небольшой болт, протянул Николаю.
– Попробуй, кинь в ту примятость.

–  Не время экспериментами заниматься, - остановил меня Валерий.
– Потом наиграетесь.

–  Та я просто… а ладно, - махнул я рукой, пряча болт обратно.

Пройдя зигзагами к трехэтажному зданию, преграждающему нам дорогу, на линии между малой и большой антеннами, я остановился.

–  Ничего не замечаете?
– спросил я, всматриваясь в темные глазницы окон здания.

–  Та вроде все норм, - отозвался Димка.

–  Тогда подходим до угла бокового фасада, - сказал я.
– Ни к чему не прикасаемся.

Осторожно дойдя до противоположного угла фасада, я поднял руку вверх, что бы все остановились. Выглянув за угол, быстро убрал голову обратно. Просвистев, что-то врылось в бетонную дорожку, окружавшую здание, разбрызгивая острые крошки рядом со мной. Через пол секунды услышал приглушенный хлопок. Мое сердце ушло в пятки, но быстро вернулось обратно.

–  Снайпер, - понял Валерий.
– Ану, дай я обойду.

Валерий посторонил Димку и выглянул за противоположный угол, с ним повторилось то же, что и со мной.

–  Мы в ловушке, - ударил со злостью кулаком о стену Валерий.

–  Эй, стакеры, - раздался чей-то голос, с сильным американским акцентом, в динамике шлема, - назовитесь.

–  Меня зовут, пошел ты в жопу!
– крикнул Димка, да так, что мне пришлось прикрутить громкость рации.
– Я здесь один.

–  Не обманывать, мы видеть пять стакеров.

Валерий сделал жест, что бы Димка придержал язык:

–  Ну, во-первых, не стакеры, а сталкеры. А во-вторых, что вы от нас хотите?

–  Назовитесь, тогда поговорить.

–  Зачем это вам?

–  Назовитесь, иначе разговор не будет.

–  Вам клички назвать или полные имена?

Обладатель голоса замялся с ответом на целую минуту. Я снова попытался выглянуть за угол, и снова получил предупреждение - пулю у ног.

–  Не пытаться уйти, наши снайперс не дадут вам уйти, - затем пауза.
– Назовите свои клички.

–  Ага, прям щас, - сказал с вызовом Димка.
– Ану, дай трубку тому хмырю сталкеру, который вас сюда привел.

–  У нас нет стакеров, мы сами прийти, - сразу ответил голос.

–  Хватит прикидываться, - поддержал Димку Валерий.
– Сами вы сюда не дошли бы, разве что сильно повезло.

Нависла длительная пауза.

–  Вы там что, заснули?
– спросил Димка.

–  Ладно, - ответил уже другой голос, принадлежавший явно славянину.
– Меня зовут Немой…

–  Ах ты ж паскуда, как тебя еще дядя Саша к себе в бар пускает, по своим то стрелять, - разошелся Димка.