Чтение онлайн

Потому ему и нужен Говорящий. С его помощью всё должно получится! В мир вернётся магия, а сам он сможет, наконец, занять приличествующее положение.

Конечно, по хорошему договориться после Зеленой обители получится вряд ли. Но есть и другие способы добиться желаемого.

— Это что, квадрат Малевича, три-дэ версия? — высказался Тим, разглядывая возвышающийся над каменистой пустошью замок, больше всего действительно напоминающий гигантский черный куб.

— Почти, — кивнул Блейком.

Выйдя из пузыря переноса, они оказались на дороге, пролегающей среди нагромождения крупных камней совершенно непонятного происхождения. Создавалось впечатление, что вокруг поработала команда с парой мешков тротила. Вот только почему не засыпало дорогу, и каким образом уцелел замок? Впрочем, никаких взрывов могло и не быть, а обломки скал имеют вполне природное происхождение.

Сама дорога упиралась в тот самый, созданный обкуренным зодчим замок, где и обосновался Картежник. Мрачная громада без окон, дверей и каких-либо архитектурных излишеств.

— И как мы туда попадем? — мрачно поинтересовался Ведьмак, задумчиво поглаживая слегка шероховатую поверхность аннигилятора.

— Чему только на занятиях по альпинизму учили? — хмыкнул Блейком и первым направился к замку.

С нападения Картежника на Зеленую обитель прошло чуть больше суток. Тяжелых, полных боли и скорби суток.

Не попавшие в общую мясорубку жители посёлка в трагедии обвинили чужаков и, в первую очередь, нового Говорящего: не смог, не защитил. Правда, на открытый конфликт идти опасались, но враждебных взглядов не скрывали, да и в выражениях особо не стеснялись.

Возможно, если бы Говорящий покаялся, или пообещал вернуть Локари и сотворить такое нужное этим людям чудо, отношение бы поменялось. Но Тимур молчал.

Молчал, когда убирали трупы и складывали на погосте за поселком. Молчал, когда вместе с таким же неразговорчивым Шьедом и чудом уцелевшим Дашедом рубил в ближайшем лесу сухие деревья для погребального костра. Толку от Дашеда с его сломанной рукой было не много, но он упрямо цеплялся за возможность делать хоть что-то. После гибели брата, Мирры и всех хранителей для него осталось два пути: утопиться или отомстить. Он даже попытался обсудить этот вопрос с Тимуром, но тот так же молча похлопал парня по плечу и продолжил махать топором. Молчать Цой продолжал и во время церемонии прощания, и когда, взвившись к стремительно темнеющим небесам жаркими языками, погребальный костёр пожирал то, что осталось от защитников Обители.

"Прощай, Морши! Пусть твоя душа обретет свой рай, где никто не сможет разлучить тебя с любимой. Прощай и прости. И ты прости, Мирра. Почему-то мне кажется, ты знала, чем всё закончится. Знала гораздо больше, чем захотела рассказать. Впрочем, ты, наверное, думала, что у нас ещё будет время. Но ты указала направление, а уж преодолеть путь — моя задача. Прощай, и будь счастлива там, за Гранью. Прощай, брат Сельс. Ты уже никогда не сваришь своего антипохмального зелья, но Морши на тебя не в обиде, ему уже тоже не надо. И вы прощайте, хранители святыни, которую защищали своими жизнями, но так и не смогли уберечь. Прощайте и простите. Я не смог вас защитить, но я отомщу. Обещаю".

Тимур вдруг обнаружил, что по щекам катятся слёзы, и резко развернувшись, пошёл прочь от не прогоревшего костра, от всех собравшихся вокруг него людей… Ему, причине всех бед, среди них нет места.

Добравшись до озера, он уселся на край мостков и замер, ссутулившись и низко склонив голову. В душе образовалась звенящая пустота. Как будто кто-то, щелкнув рубильником, выключил все чувства и эмоции. Может, оно и к лучшему? В бою с Картежником ненависть и горячность будут только мешать. Так что тысячу раз были правы Сэт с Блейкомом, когда не дали сразу отправиться вслед за подлым убийцей. Но сейчас… Сейчас он готов.

Мостки скрипнули под чужими шагами, рядом присел Дашед.

— Ты почему убежал?

Тим пожал плечами. Чтобы объяснить, понадобится слишком много слов, а он пока не в состоянии строить связные предложения.

— Я слышал, вы завтра идете на бой с Картежником? — продолжал парень.

Тим снова кивнул.

— Я с вами!

Цой повернул голову, всмотрелся в пылающее ненавистью и жаждой мести лицо хранителя, отрицательно качнул головой.

— Твоё место здесь, — ответил он. Голос прозвучал хрипло и безжизненно, как будто за несколько часов молчания он разучился говорить.

— Я должен отомстить! — почти выкрикнул парень.

Тимур вздохнул. Тот ещё мститель! От ветра шатается, в руках никогда не держал ничего, опаснее вилки, а туда же.

— Твоё место здесь, — повторил он, прогреб пятерней волосы, пытаясь сформулировать то, что понимал скорее на уровне ощущений. — Картежник — воин и маг. И сражаться с ним должны такие же, как он сам: воины и маги. Те, кто знает, как это делается. Понимаешь, мстить надо наверняка. А пойти и дать ему свернуть себе шею — в этом нет героизма.

Дашед молчал и слушал, хотя на лице явственно читалось: да что б ты там понимал!

— Ты — последний из хранителей, — зашёл с другой стороны Тим. — Если ты погибнешь, кто будет заниматься Обителью? На кого ты оставишь людей?

— У нас больше нет Локари…

— Но ведь и без Локари ты не перестал быть целителем. Ты знаешь, как лечить, как утешить. Ты нужен людям. Если ты сейчас всё бросишь и отправишься искать смерти, кто продолжит дело Благостной? Кто поддержит огонь веры в Храме Трёх?

Тимур замолчал. Дашед сопел рядом, обдумывая услышанное.

— Но Говорящий — ты, — произнёс он наконец.

— Великое достижение, — фыркнул тот. — Послушай, я не герой и не целитель. Без Локари я вообще самый обычный человек и, к тому же, чужак. Я в любом случае не смогу остаться.

Дашед не ответил, поднялся на ноги и пошел прочь. Тим смотрел ему вслед и сожалел, что не обладает даром убеждения хотя бы на уровне того же Блейкома. Он очень сильно сомневался, что смысл его слов дошёл до адресата.

На следующее утро, когда парень объявился на горизонте в самый разгар сборов, Тимур уже грешным делом подумал, что придется чем-нибудь стукнуть, чтобы следом не увязался. Но оказалось, тот всё таки внял голосу разума и пришёл попрощаться.

— Знаешь, я тут задумался, — начал он сразу после приветствия, — что сказала бы мне Мирра на твоём месте.

— И?

— Да, то же самое. Только выражений подбирать бы не стала, — он криво усмехнулся. — В общем, придётся работать здесь. Не велик подвиг, но кто-то же должен…