Чтение онлайн

— Но ведь ты отправился в Атлантиду, — возразила Сафра, не сводя с Кулла своих лучистых глаз. — Что же тебя туда влекло?

Король снова растерялся. Как объяснить ей, что он просто стремился повидать родину, что не мог больше мириться с мыслью, что где-то за морями лежит страна, отвергшая и проклявшая своего сына и которой он оставался верен все эти годы. Он и не хотел никому ничего объяснять…

— Меня влекла туда любовь, и больше ничего, — сдержанно ответил атлант. — Я не хотел ни власти, ни войны. Я хотел мира со своим народом.

— И ты думал, что тебя отпустят живым? — покачала головой Сафра. — Я же говорила, что атланты в большинстве своем — дикий и необузданный народ, воинственный и жестокий.

— Мне все равно суждено погибнуть от меча или стрелы, — твердо сказал Кулл. — Так, может, и к лучшему было бы умереть на родине и именно там обрести вечное успокоение.

— Ты и умрешь на родине, — улыбнулась королева атлантов. — Но не сейчас. Ты еще долго будешь править великой и могущественной Атлантидой, слава которой пребудет в веках.

— Но почему именно я? — недоуменно спросил Кулл. — Те, кто помнит меня, проклинает мое имя. Почему бы вам не выбрать любого другого короля?

— Достаточно того, что тебя иначе помним мы, — мы, новые атланты, которые до поры до времени пребывают в этом странствующем по морям доме. Нас так же, как и тебя, прокляли те дикари, чей разум еще затуманен звериными мыслями. Мы не пойдем на них с оружием, и ничья кровь пролита не будет. Мы принесем им учение, которое нам дал Эанн, и они смягчат свой дикий нрав. Мы обучим их наукам и искусствам, научим пользоваться энергией солнца и собственными внутренними силами. Они будут понимать все языки мира и без слов общаться на расстоянии. Мир будет помнить об удивительной Атлантиде, пока его вновь не поглотит вселенский хаос.

— И все же, почему именно меня вы хотите сделать вашим королем? — упрямо повторил Кулл, недоверчиво выслушав слова Сафры.

— Ты — король милостью богов, и нет среди земных королей никого равного тебе. Только ты сможешь достойно править великой Атлантидой. Когда ты поймешь это, твоя Валузия покажется тебе жалкой и убогой страной, населенной примитивными и алчными существами, лишь отдаленно напоминающими людей. Ты будешь править людьми, в которых пробудились высшие силы. Ты постигнешь учение Эанна, и тебе будут подчиняться звери и птицы. Ты постигнешь силы природы, и она будет служить тебе…

— А кто такой Эанн? — вмешался любопытный Тинмар. — Бродячий проповедник? Так у нас самих таких полно! Послушать их — так и свихнуться можно!

Продолжая улыбаться, Сафра перевела взгляд на спутника Кулла, и Тинмар вдруг побледнел и попятился, а затем замер, словно окаменел.

— Что это? — прошептал он бескровными губами. — Я не могу шевельнуть даже пальцем.

— Ничего страшного, — мягко сказала Сафра. — Зато теперь ты не будешь отвлекаться и внимательно выслушаешь все, что я говорю.

— Так кто же такой Эанн? — нахмурившись, спросил Кулл, терзаемый противоречивыми чувствами. С одной стороны, все происходящее уже начинало ему не нравиться, а с другой… Все то, о чем говорила Сафра, было так неожиданно для него. И так заманчиво…

Пять кораблей, вышедших в море вместе с «Морским львом», сначала отстали, а затем, потеряв ориентир, уходили в сторону все дальше, пока окончательно не сбились с курса. Оказавшись в опасной близости от архипелага скалистых островов, они пытались благополучно миновать их, но это им не удалось, — один корабль налетел на рифы, а другой неподалеку от него сел на мель. Команда разбившегося корабля почти в полном составе перебралась на севшую на мель «Быструю стрелу», а три других корабля сгинули в круговерти шторма.

Капитан разбившегося корабля, словно в насмешку названного «Непотопляемым», пребывал в таком мрачном расположении духа, что к нему не смел подойти даже боцман. Он сделал все возможное, чтобы спасти людей, — не досчитались только двух матросов, — но теперь клял себя как мог. Еще молодой и достаточно честолюбивый, он надеялся, что этот неожиданный поход поможет ему возвыситься в глазах Брула — а то и короля. Капитан мечтал, как он, доселе никому не известный молодой человек из низов, своим усердием и мужеством пробивший путь наверх, сможет спасти короля Валузии. Но увы, его «Непотопляемый» превратился теперь в жалкие обломки, а он сам, закутавшись в одеяла, сидит в каюте капитана «Быстрой стрелы», прочно застрявшей на песчаной банке скрывшегося под водой острова.

Оба капитана, мрачно поглядывая друг на друга, молча потягивали из кубков вино. Каждый был погружен в свои невеселые мысли, но внезапный топот ног по лестнице заставил обоих вздрогнуть и обернуться на дверь.

— Там… там что-то странное! — задыхаясь, выпалил матрос, вбежавший в каюту. — Мы ничего не можем понять.

Витар, капитан «Непотопляемого», в мгновение ока сбросил с себя одеяла и, вскочив на ноги, бросился к двери. За ним поспешил Филуто, капитан «Быстрой стрелы». Оказавшись на палубе, они подбежали к борту и замерли, не веря своим глазам.

Прямо перед ними из морской пучины высунулась рыбья голова, но таких невероятных размеров, что шкиперы почуяли, как у них встают дыбом волосы. Чудище спокойно и даже как будто чуть насмешливо посмотрело на изумленных людей, а затем открыло свою огромную, с рядами мелких, но острых зубов, пасть.

— Вам придется еще немного побыть здесь, — раздался глубокий, но ясный и мелодичный голос. — Но не падайте духом — вам будет чем заняться.

Рыбья голова вновь скрылась под водой, даже не оставив ряби на ровной поверхности моря. Витар и Филуто молча воззрились друг на друга, каждый в глубине души считая, что сошел с ума.

— Однажды из моря, там, где оно граничит с Атлантидой, явился зверь по имени Эанн, наделенный разумом. Все тело у него было рыбье, но под рыбьей головой скрывалась еще одна — человечья. Рыбаки и жители побережья сначала в страхе разбежались, но, услышав обращенную к ним человеческую речь, вернулись на берег. Забыв обо всем, они внимали словам странного морского существа, и разум их очистился, нрав смягчился, и постигли они великую сущность бытия…

Человек в белом одеянии, произнесший эти слова, замолчал. Лицо его выражало благость и отрешенность от мирской суеты.

Кулл и Тинмар, сидя в мягких, как будто воздушных креслах, не сводили с него глаз. Словно завороженные, смотрели они, как Диар — человек в белых одеждах, назвавшийся верховным жрецом Атлантиды, — вышел на середину комнаты и, сложив ладони вместе, закрыл глаза. Над его головой возникло какое-то сияние, он поднял лицо кверху и вдруг начал медленно подниматься в воздух. Повисев там некоторое время, Диар вновь опустился на устланный мягкими коврами пол и продолжил свой рассказ.

— Эанн научил людей грамоте, наукам и искусствам. Он пробудил в них скрытые силы, дремавшие под оболочкой варварства. Люди научились создавать удивительные вещи и преодолевать любые препятствия. Они слились с природой, но в то же время возвысились над ней. Эанн каждый день приходил к ним из моря, и каждый день все больше и больше людей приобщалось к его учению. С заходом солнца Эанн опять погружался в пучину, ибо это был его дом. И люди поняли, что океан — дом всего человечества, и те, кто постиг учение Эанна, ушли за ним в море. Теперь нам предстоит научить остальных атлантов всему, чему научил нас Эанн, ибо он избрал именно Атлантиду истоком новой жизни на Земле. Здесь, в этом морском доме, мы изучаем книгу, которую он написал, — книгу о том, как был сотворен мир, и о том, что ждет нас в будущем. Когда мы изучим эту книгу, нам откроется вся сущность мира, все его причинно-следственные связи, и тогда мы принесем это учение в Атлантиду, ибо именно ей суждено стать землей обетованной.