Чтение онлайн

Таким образом противники церковной реформы Никона усиленно старались вытеснить и доказать прежде всего то общее положение, что реформы Никона, имевшая в виду особенности русского обряда согласить с тогдашним греческим, русские церковные книги исправить по греческим, были неправы принципиально, по самому существу дела; что их противление Никону мотивируется единственно преданностью и ревностию к исторически доказанному и историей оправданному русскому благочестию, которое новатор Ни кон, увлекаясь очень сомнительным греческим, стремится исказить и даже совсем уничтожить; что преследовать и проклинать их за борьбу и защиту ими старых церковных верований и установлений, значить отказываться от своей собственной святой старины, значить, в существе дела, проклинать самих русских угодников Божиих.

Но указаниями только на принципиальную несостоятельность церковной реформы Никона ее противники не довольствовались, а переходили от общих положений к критической оценке всех частностей и подробностей реформы и, из рассмотрения их, опять приходили к заключению, что церковная реформа Никона неправа, а права та святая русская старина, закоторую они борются с новатором Никоном.

На вопрос: чем руководился Никон при исправлении церковных книг? — его противники отвечают: полным пренебрежением к родной святой старине, личным произволом, внушаемым ему его высокоумием и самомнением. Аввакум говорить: «как говорил Никон, адов пес, так и сделал: печатай, Арсен, книги как-нибудь, лишь бы не по-старомуи — так су и сделал». Дьякон Феодор говорит: «всю пестроту собрал окаянный своеумием, а людям сказуя ложно, будто в греческих книгах справил все слово в слово... явился еси миру тщеславием своим мудрейши всех отец греческих и словенских... Той стих (Видехом свет) поется на Троицын день на литии, и той он стих приложил петь на литургии с хульныи непщеванием на святых русских святильников, бутто они, живучи в Руси, потеряли веру, и без правыя веры так спаслись, а он, будучи в патриархах, обрел веру истинную». Священник Никита говорит: «еще же и тщится славы ища, что будто бы старые служебники были неправы, и будто он, Никон, истину снискал, и будто в твоем государстве российском царстве веру исправил и изъяснил, и будто он новый богослов и литоргий творец, и в российском государстве бутто лучше и мудряе ево нихто не бывал, и будто все русские чудотворцы и писания с ево, Никоново, не знали». Никон стал, говорит Никита в другом месте, «всю землю переучивать, будто в велицей России прежде бывшие святители и в об российские чудотворцы писания с ево, Никона, не знали, и бутто он всее превеликой твоей государевы орды мудрее». Соловецкие челобитники в одном месте замечают: «то напечатали они (в новоисправленных книгах) от своего растленного ума на смех и поругание Божия имени».

Доказательства того, что Никон исправлял книги очень небрежно и даже произвольно, его противники видели прежде всего в несходстве между собою исправленных при Никоне книг разных выпусков. Дьякон Федор говорит: «шесть выходов служебников новых, а меж собою несогласны. Тако же и прочия книги новыя». «Сами же опять говорить он, положили в новых книгах во всех, во псалтырях же с восследованием, и во ермолоях, и в триодях, и в часословах: аллилуиа, аллилуиа, слава тебе Боже; а во втором выходе новых же триодей написали, осмеляся, по трижды уже. И то, государь, не пестрота ли и не на песце ли основание свое полагают, вертяся так и сяк?» Когда Никон оставил патриаршество, он по словам Федора, в Иверском своем валдайском монастыре «повелел печатать часовник по старому уставу и обычаю, и те часовники его видев аз, по его благословению печатанныя там о словами в четверть листа, в них же уже; и в Духа святого Господа, истиннаго и животворящаго, и прочая вся в них по старому слово в слово». В другом месте Федор замечает: «стих: благословен грядый во имя Господне. Бог Господь и явися нам, отверг в первых новых служебниках; а в старых везде той стих есть, и в новых иных опять положили его со оговором, и ныне поют его вси». Священник Ни кита пишет: «и то, государь, в тех Никоновых служебниках кая истинная правда, что во едином служебнике указ со указом не согласуется, и те служебники сами ся ратуют... А во время спускания частей с дискоса в потир напечатано вновь тропарь пасце: Воскресение Христово видевше, да от канона девятой песни два стиха. А в ево же Никоновых служебниках иного выходу того тропаря и стихов нет. И в толковой ево Никонове книге нет же. И по сему, государь, изящно ево никонианския самоизвольныя затейки познаваются. А буде бы он, Никон, истину снискал, и то б во всех своих служебниках единочинно и постоянно велел печатать. Да в тех же служебниках вновь напечатав стих: Видхом свет истинный. И то, государь, напечатано с польских служебников, а не от предания богоносных отцов. И в том он, Никон, обличается своими жеслужебникиисвоеюСкрыжалыо, что тово стиха инова выходу в служебниках нет, и в толковой ево книге Скрыжале нет же. И будет бы он, Никон, истинствовал, и он бы те служебники велел постоянно печатать и с толковою бы своею книгою не разгласовался. Шесть бо выходов ево Никоновых служебников в русийкое государство насильством разослано: а все те служебники меж собою разгласуются и не един со другим не согласуются». Священник Лазарь пишет специальный трактат «о несогласии самих с собою новых книг и о неправых в них догматах и хульных словах». Инок Амвросий пишет государю; .послушай, Михайловичу о новых служебниках, иже при Никоне богоотступник и после его отречения и изникновения: по се время выходов до осми было, а все меж со бою несогласны».

Никон несправедливо заявлял, что будто бы он только исправлял погрешности в старых книгах, в действительности он не исправлял их, а прямо переделывал. Никита говорить: «ведомо и самому тебе, великому государю, что в тех Никонова повеления новопечатных книгах нет ни единого псалма, ни молитвы, ни тропаря, ни кондака, ни седална, ни светилна, ни богородична, ниже в канонах всякого стиха, что бы в них наречие не изменено было; но всячески хитрословлено, и искажено, и перемешано, и многие службы и каноны и молитвы после святых богословцев претворены вновь, и в тех же случаях чиновные действа и эктении напечатаны непостоянно: в той книге напечатано тако, а в иной инако, и предние стихи ставлены на последни, а последнее напреди, или в средине; и кои потребы и молитвы к христианскому строению были потребны, и от тех много нарушено и в то место вновь, кои непотребны, напечатаны». Лазарь говорить: «нынешние мудрецы немало что, но много — не оставиша бо во всех книгах ни одного слова, еже бы не переменити, или не преложити. И, гордо хвалящеся, глаголют, яко ныне обретохом веру, ныне исправихом вся», Федор говорит: «и всякий псалом и всякая молитва, и всякий стих испревращено и искажено». Он признает, что и в старых книгах есть ошибки и что их следует исправлять, но иное дело исправлять, иное — заново переделывать. «А. письменныя книги прочтох, идеже видех их, говорить он, и иного искажены, — в тоя так, а в иной инаково о святом Духе... Не диво то, еже в старых книгах какия описки бывают и есть, и тому бывает правое рассуждение. Ово бо опись, ово же превращена и пременение книгам к догматам церковным. За опись бо кую в книге какой ни есть и погрешное слово не подобает нам ни спиратися, ни стояти, а за превращено книг старых и догмат правых измените, подобает всякому христанину и страдати и умирати, обаче с разумом, испытав вещь всякую опасно писанием святых отец». Соловецкие челобитчики заявляют государю: «да они же, государь, в покаянии и исповеди и псалмы и молитвы исповедником и над умершими прощальныя и разрешительныя молитвы, и величания на все господския праздники и святым оставили, ивсе действо в божественных службах творения Василия Великого и Ивана Здатоустого и Григория папы римского преложили на свой чин по своему плотскому мудрованию. Також и прочее церковное пище, заутреню и вечерню, и павечерню, и полунощницу, и молебны, и панихиды, и вкратце рещи — весь церковный чин и устав, что держит церковь Божия, то все переменили, и книги перепечатали не до преданию святых отец, и всю православную христианскую веру испревратили на свой разум».

Изменения и переделки, произведенные Никоном в старых книгах, не улучшали их, а только искажали и портили. Никита говорите: «а что он, Никон, в прочих своих новопечатных книгах словенское наречие превратит и будто лучше избирал, печатал вместо креста — древо, вместо церкви — храм, вместо тельца — тельцы, вместо обрадованная — благодатная, и прочие речи изменил: и то ево изменение само ся обличаете, — посему, что крест ли лучше и честнее глаголатя, или древо? и церковь ли честно писатя, или храм? Ей, всяко речется, что крест честнее древа глаголати, а церковь — храма. И в писании крести церковь под титлом пишется, а древо и храм без титла. А что он вместо обрадованная — благодатная напечатал: и о той, государь, архангельской речи истое во евангельских толкованиях свидетельствует сице: то бо есть обрадоватися, еже обрете благодать пред Богом и еже обрести радость от Бога». Никита указывает далее, что Никон во всех «новопечатных книгах словенское наречие исказил, — хотя туже речь напечатал, по иным. наречиям. Яко же се место: о Бозе — в Бозе, вместо: о Христе — во Христе; вместо: о Господе — в Господе» и т. д. выписывает подобных замен целые страницы. Дьякон Федор говорить: «а еже мнятся исправляти, государь, искрив ля ют паче, а не исправляют и подкопывают и крадут церковное богатство...Ныне, государь, не оставили во всех книгах ни единого словечка, еже бы не пременити или и преложити. А все напрасно, ни единыя вини обреетше, ругающеся непорочным книгам и народ рассевающе. Где церковь была, тут храм, а где храм, тут церковь; где отроцы, тут дети, а где дети, тут отроцы; где перворожденна из матери, тут первородящася материю; И где было: от него же всяк живот вдыхается, якоже о Отце, купно же и о Слове, вместо того: от него же всяко животно одушевляется, яко же во Отце, купно же и Слове. И чем сие оного лучше? Что во Отце оживляется и Слове? Мне мнится сие лукавство». Соловецкие челобитчики идут в свих обвинениях далее. Они говорят: «а иные поло жены в тех новых служебниках смехотворныя и неподобныя бездельныя речи, на поругание тая божественныя службы, их же срамно и глаголати, и напечатали в служебнике крупной печати, на листу 262, сице: священник входил во храм и, совокупився с диаконюм, глаголют вход: и то их смехотворство положено вново, зло неподобно и безместно, понеже совокупление именуется мужеско и женско. И то напечатали они от своего растленного ума на смех и поругание Божию имени; а в старых, государь, служебниках отнюдь таких неподобных речей не обретается». Указание Никона на то, что он исправлял старые книги в древнихгреческихи харатейных славянских, по мнению противников его реформы совершенно неверны, так как ближайшее сличение новоисправленных книг с древними греческими харатейными славянскими решительно говорит против Никона. Этими сличеньями, с славянскими харатейными списками, особенно усердно занимался дьякон Федор, который по этому поводу заявляет следующее: «указывал и ссылался он льстец (Никон) на харатейныя русския книги и греческия, будто с тех справил и перевел символ новый и прочия вся своя новводныя догматы. Аз грешный диакон, зело трудихся о сем, искал и прочитал многия древния харатейныя книги, и гоних Никона но следу, как пес волка и лиса лукавого, и везде обретох его лукавнующа в завете Господни и святых пределы преступивша и сожгаша: во всех бо книгах древних символ веры по-старому стоит, и есть в старопечатных книгах московских, и во иных землях тако и доныне суть. Везде бо символ исповедания стоит право, сице: и во единого Господа Исуса Христа, а не в Иисуса; рождение, а несотворенна; его же царствию несть конца. И тако суть во всех книгах рукописанных, их же виде, за 400 лет и за 500 лет кои писаны. К в печатных всех тоже суть слово в слово, — и в киевских, и в сербских, и в болгарских, и в острожских, идеже библии старыя печатаны. Вся сам видех и прочтох, и Бог свидетель, яко не лгу. Того ради и страдати начал и кровь свою проливати: дах бо два языка на отрезание царю Алексею Михайловичу и руку свою на отсечение за крестное Христово знамение в сложении перстов и за прочия законы святых отец наших, о них же известно испытах и изыскать прилежно». В частности Федор указываете, что Никон исправил книги несогласно сдревними сербскими и греческими, на которые он ссылался ложно, Федор, например, говорить: «аще бы в од них наших московских книгах символ был с истинным, а в иных бы эемлях в книгах не было нигде: и в Духа Свтого Господа истиннаго и животворящаго; то бы аз, яко человек, соблазних бы ся не глаголати истиннаго. Но сам виде прежде нас веровавших христиан книги сербския у священника черного Мардария сербския земли, — 145 лет как печатана, и иные де есть и по пяти сот лет — и в Духа святого Господа истиннаго. Имитрополит сербский же Феодосей сказывал игумену Сергию пресвятыя Богородицы Толгского монастыря, что есть де у нас за пять сот лет такия книги: и в Духа святого Господа истиннаго. И острожския сам видех: такожде». В другом месте Федор свидьтельствует: «бысть на Москве митрополит сербский Феодосий, во 173 году, и у него аз, диакон Федор, видел их псалтырь со восследованием печатную, полудестовую, 140 лет ей бысть по то время, как печатана, и в ней вся та видех о символе, и о прочих нужных спорных статьях, и вельми возрадовахся о Господе истинном Дусе, и по страдах за него, небесного царя». О несогласии новоисправленных греческих книг с древними правыми греческими книгами Федор говорит: «зде же в краткости словес возвешу тебе, государю, несогласие пестроты их и противление непорочным книгам сторопреведенных с греческих непорочных еще, а не с нынешних, кои меж собою разликуют, иже мощно сие всякому знать. В первых выходах не положено стиха сего, еже есть Благословен грядый во имя Господне, Бог Господь и явися нам, егда речет иерей: со страхом Божиим и верою приступите. Да и написали сами: нет-де того стиха в греческом, с коего перевели. А в древле переведенных, государь, тот стих есть во всех служебниках, и в греческом том был тогда, с которого старыя переведены, и в Киприановскам переводе есть. Да в новых же выходах опять положили тот стих: благословен грядый во имя Господне, Бог Господь; а сослалися в том на толкование литургии, собрате иерее Иоанна Нафанаила, что в Скрыжале новопереводной же, — там де указано петь: благословен грядый во имя Господне и прочая, и в словах Златоустовых есть де той стих, и конечно де оставить нельзя и надобно тому быть. И посему, государь, знатно, яко служебник тоя порочен, с коего нынешныя перевели, с толкованием греческим же несогласен... В новых часословцах запев Богородице: Пресвятая Богородице спаси нас; а после того в новых шестодневах, с греческих же перевели, и там: Пресвятаягоспоже Богородице спаси нас». Из подобных сличений Федор выводить эаключение, что Никон «и на греческая книги ссылался ложно». По мнению Федора новоисправленные книги несогласны с харатейными русскими. Доказывая, что (достойно и праведно) естьпоклонятися составляет в новоисправленных книгах прилог, Феодор замечает: «аз же убогий богомолец твой, шлюся, государь, яко не есть того прилога в старых служебниках печатных или письмяных, в Злотоустове службе, на кои и Никон ссылался будто, нет ни в Алексеевском служебнике, святого митрополита и чудотворца, ни в Сергиевском святого чудотворца, ни в Киприановском, и иных отнюдь пет. Мнится ми, государь, Никон патриарх для прилики на сих святых ссылался, хотя свой разум составити и церковь тем разодрати, а приликою старыя непорочныя служебники похулив, откинути. Вси, государь, сии святых служебники отнюдь с новыми не согласуют много, ни в чинех священнодейства, ни в речах словес много со старыми согласнее печатными». С своей стороны и соловецкие челобитчики находили новоисправленные книги несогласными с имеющимися в их монастыре древними списками богослужебных книг. «Молитвы архиерейския, заявляют они, выкинули все: а у нас, государь, в твоем царском богомолье, в Соловецкой обители, в харатейных служебниках, кои писаны лет по пяти и по шести сот и болши, а молитвы архиерейския во есть, и с Никоновыми служебниками ни в чем сходятся, а с нашими печатными во всем согласны; якоже, государь, и бумажные старинные служебники, кои писаны лет по триста и болши, по которым служили при Зосиме чудотворце и при Филиппе митрополите, и те с Никоновыми несходны же ниблизко... Да в тех же, государь, новых никоновых служебниках, в предисловии, лист 20, напечатано про чудотворца и начальника нашего Филиппа, митрополита московского и всея России, аки истинная правда будто он служил по таким служебникам, каковы ныне, при Никоне патриархе, вышли: и то нам всем явно, что па него написано напрасно, понеже он, отец наш, пришел в Соловецкую обитель великих чудотворцев Засимы и Савватия от младых ногот, и жил до игуменства и во игуменах многа лета, даже до возведения ни архиерейский престол московского царства, и книги его ныне все и служебники у нас, в Соловецком монастыре, в киигохранительной казне, кои были до него, и при нем, и после его есть, ни един с теми Никоновыми служебниками не согласует». Инок Авраамий, в челобитной к государю, делает такое замечание: «да они же, Никоновы ученицы, напечатали в ермолае к трисвятому с прибавком, сице: сила, святый Боже, святый крепкий, святый безсмертный помилуй нас. И то, государь, приложили они отнюдь не делом же, на великий разврат соборней и аностольстей церкви и на по гибель душам християнским, не противо греческих и русских харатейных книг. Понеже, государь, и в греческих книгах то трисвятое с нашими русскими книгами он в чем ни разнится же, и написано по их греческому языку без прибавки сице: агиос о Феос, агиос исхирос, агиос афанатос елей совомас (?), а нашим языком: святый Боже, святый крепкий, святый безсмертный, помилуй нас. А силы в том греческом трисвятом не написано. Затевают все собою, и указываюсь на греческия книги ложно».

Несогласие исправленных Никоном книг с древними правыми греческими книгами объясняется по мнению противников церковной реформы тем, что Никон исправлял книги если и с греческих, то с новых, испорченных еретиками. Дьякон Федор говорит: «прокаженный книги латиногреческия печатныя Никон посылал покупать тамо, и купил их на многия тысячи сребра. И с тех новогреческих печатных книг печатал он на Москве новыя нынешния книги: потому они и несогласны со старыми нашими. Арсений грек, враг Божий, научил его, Никона, покупать те книги греческия, он переводил их на наш язык словенский, и тем они разврат велий сотворили во всей русской земле по всем церквам, и тем Христа Бога нашего прогневали, и на весь мир много пагубы навели противными книгами и догматы нововводными». В другом месте он говорит, что Никон «книги старопечатныя все охулил, враг, напрасно, и в тех вместо римския развращенныяперепечатал по-русски, и в церковь внесе их со многимиересьми». Соловецкие челобитчики заявляют: «теми греческими книгами они православную нашу веру истребили до толика, будто и след православия в твоем государстве, российском царствии, до сеговремени не именовался, и учат нас ныне новой вере... Те их греческия книги ныне стали всем явны, что они исправлены и от еретиков испорчены: понеже, государь, в наших русских печатных книгах до сего времени, покаместа с греческих книг не печатали, ни которые посылки и зазоры не было, а как почали печатать из греческих переводов, и в тех новых русских печатных книгах объявилося много худых и богохульных и непотребных речей, их же вкратце вмале тебе, великому государю, в сей челобитной выше сего из явихом». Инок Авраамий пишет: «наша российская земля воистину светло во благочестии сияла до Никона патриарха, и с истинных греческих книг древних переведены наша православныя книги, а не с нынешних латинских, иже ныне греки держат, им же справливает папа римский, и в Риме печатают и в прочих римских градех, и к ним, грекам, идут, а оне их держат по нужде, что правых книг взять негде им». И в другом месте Авраамий говорит: «а что ныне греческия книги словут и к нам приходят печатныя, и зде с них переводят книги, и тем веровать отнюдь не подобает. Понеже печатают их еретики в трех градех - в Риме, Парыже, и в Виницеи, греческим языком печатают, но не по древнему благочестию. А у греков печати своей нет, и все у них книги себе покупают печатныя».

По мнению противников церковной реформы если Никон и исправлял книги с славянских, то или с польских, или же и с русских, но «с покидных» и «хромых» книг. Священник Никита в одном месте замечает: «то, государь, напечатано с польских служебников и русских покидных, а не от предания богоносных отец». В другой раз, указывая на неправоту новоисправленных книг, Никита говорить: «и то все он, Никон, учинил своим развратным вымыслом, собираючи с разных хромых и с покидных служебников и с иноземкихь, а не с преданных догмат и не с правых служебников, на раскол христоименитой вере напечатано, по научению ведомого христианского врага, жидовского обрезанца, Арсения чернца, чтоб ему Никону в литоргии Божии спона и порок учинить». Говоря про чин освящения церкви, Никита замечает: «и то он освящение церкви претворил с ляцких требников Петра пана Могилы и с прочих латынских переводов». Делал это Никон, по мнению Никиты, в таких целях: «то явно есть по всему, говорит он, что он Никон, бывый патриарх, нарочно с хромых книг плевелные слова снискивал и в христоименитую веру всевал, чтоб ему како ю смутить и всяко с латиною соединить». Инок Сергий говорит: ,да что Никон патриарх уставил в херувимскую песнь, в перенос великого входа, диаконом и священником и святителем говорить титло великому государю: и то он взял с польских служебников и хромых, тамо бо и пановей своих поимянно величают». Откуда Никон мог взять покидных и хромых книг, это в одном месте объясняет дьякон Федор. Он говорит, что кроме подлинного часовника митрополита Киприана существовал еще подметный, «и тот подметный часовник, со иными растленными книгами от преписующих неискусных, поло жен бысть в пустой палате под крыльцом у Благовещенья в сенях, истления ради, по правилом, повелением святейшаго патриарха Филарета. И егда Никон, сокровенный волк, вскочил на патриаршество, тогда он те сокровенныя книги вынял, и в церковь внесе, и аллилуия почал четверити, оттого времени и прочая расколы творити в церкви. Есть убо святого Киприана митрополита остался служебник его руки, писанный, и всем ведомо, яко по тому он сам служил, и тот его киприянов служебник непорочен, и со старыми службами сходен с московскими, а новым всем противен. И тому святому Киприану не последова Никон отступник, и прельщенная от него власти не восхотели того держатися: и то явное блуждение их и противление богоугодным пастырем, древним отцем нашим». Инок Авраамий пишет царю: «он (Никон), государь, символ писал с коих несвидетельствованных книг и пометных письменных, — тут так, уписано, а инде инако».

Исправленный Никоном, указанным образом, церковные книги естественно, по мнению противников исправления, должны были заключать в себе различные неправые мнения. И действительно, по их изысканиям, оказалось, что все те ереси, какие только существовали в христиан кой церкви с самого ее начала, все они будто бы нашли себе самый радушный прием в новоисправленных никоновских книгах. Целые сочинения написаны были с прямою целию показать: в каких никоновских книгах, где именно и какие ереси заключались, причем доказывалось, что «все новое никонианское мудрование и уложение ложно есть и лукаво, и отеческому писанию противно и богоборно богомерзко есть по всему»; что как сам «Никон мерзок Богу и святым его, таковы мерзки книги и догматы его».

С принятием новоисправленных никоновских книг погибло на Руси православие и нет на Руси боле истиной церкви Христовой. «О прелесте! восклицает дьякон Федор, понеже еси пестра: зрим церкви стояща, церковныя же развращения всюду стояша. О прелесте! понеже и пестра: церковныя стены созидаются, законы же ее разоряются и злохульно укоряются. О прелесте! понеже еси пестра: иконное поклонение почитается, образы же святые яко непотребны отметаются. О прелесте! понеже еси пестра: причастие, тело и кровь Христову, исповедуют, тайнодейства же ея еретичеством оглаголуют. О прелесте! понеже еси пестра: правоверием нарицается, благоверные же побивются. О прелесте! понеже еси пестра: еретики проклинаются, благоверные же яко враги осуждаются. О прелесте! понеже еси пестра: праздники святые празднуют, начальников же праздников раскольниками называют. О прелесте! понеже еси пестра: мученикам Христовым память творят, веру жеих прелестию нарицают. О прелесте! понеже еси пестра: евангелие почитается, благовестие же тьмою нарицается. О прелесте! понеже еси пестра: идольского поклонения гнушаются, развращенные же образы яко святые почитаются» и т. далее. Тот же дьякон Федор пишет: «мы же их (принявших новоисправленныя книги) называли прежде сего не раскольниками точию, но совершенными еретиками, и предтечами антихристовыми, зря по делом их; и ныне паче нарицаем их в правду тако... Да не сообщаются со отступниками, и да не ходят к заутреням их и ко всяким службам, развращенно поемым, и да но молятся с ними, запрещения ради святых правил». Аввакум писал: «а што много говорить! плюнуть на действо-то и службу-ту их, да и на книги-те их новоизданныя, — так и ладно будет. ...Не подобает с вами поганцами (т. е, православными), нам верным и говорить много. Кое общение свету ко тьме, и кая часть верному с неверным, кое общение Христу с велиаром и церкви Божии со идолы».

Вследствие гибели на Руси правой веры и истинного благочестия, благодаря книжным никоновским исправлениям, должно погибнуть и само московское царство, существовать которого тесно связано с процветанием в нем истинного, ничем не поврежденного православия. «Един бысть, говорить Аввакум, православный царь на земли остался, да и того, невнимающоао себе, западнии еретицы, яко облацы темнии, угасили, христианское солнце, и свели в тьму многия прелести и погрузили, да не возникнет на истинный свой первый свет правды». Но всей вселенной, поэтому, начинает теперь наступать царство антихриста, так как Москва есть третий Рим, а четвертому не быть: погибнет православие на Москве, значит, погибнет оно уже в целом мире. Аввакум говорить: «мерзость эапустения, не преподобно священство, к прелесть антихристова на святом месте поставится, спрячь на алтари неправославная служба, еже видим ныне сбывшееся. Иного же отступления нигде не будет: везде бо бысть; последняя Русь зде.. И се, возлюбленнии, не явно ли антихристова прелесть показует свою личину?» Дьякон Федор говорит: «видим самое уже последнее время и конец века скоро, скоро приближается. Слышите паки, паки, правовернии братии, яко второе Христово пришествие близь есть. Уже вся отступления совершишася, по писанию, во всех царствах».

Вот к каким безнадежным выводам и заключениям пришли в конце противники Никона, после подробной критической оценки его церковной реформы: православие окончательно погибает на Руси, в ней начинает водворяться царство антихриста, наступает конец мира. Но эти выводы и заключения построены ими на очень непрочных и сомнительных данных, и потому сами но себе оказываются очень некрепкими и колеблющимися, даже в их собственных произведениях.

На кардинальный вопрос: когда именно и благодаря каким обстоятельствам греки потеряли истинное благочестие и правую веру — противники церковной реформы Никона отвечают очень неодинаково, несогласно один с другим и даже одно и то же лицо отвечало на этот вопрос в одном месте —так, а в другом иначе.