Чтение онлайн

– У меня очень много работы, Сибилла, – сказал он со всем терпением, на какое только был способен.

– Работы всегда было много. И чем больше Стража разрастается, тем больше становится работы. Ты не заметил?

Ваймс кивнул. Жена говорила правду. Расписания дежурств и нарядов, квитанции, бухгалтерские документы, рапорты, бумаги, бумаги, бумаги… Как реагирует на разросшуюся Стражу преступный элемент – это неизвестно, но деревья уже дрожат от страха.

– Надо делегировать свои полномочия, . – сказала госпожа Сибилла.

– То же самое и он говорит, – пробормотал Ваймс.

– Что?

– Просто думаю вслух, дорогая. – Ваймс отодвинул бумаги в сторону. – А знаешь что?… Давай проведем спокойный вечер дома, – предложил он. – В гостиной так чудесно горит камин…

– Э-э… нет, Сэм, не горит.

– А разве Прямс не растопил его?

Прямс был мальчиком на побегушках. Ваймсу никогда не нравилось это официальное название должности, но в обязанности такого мальчика входило топить камины, чистить отхожие места, помогать садовнику и быть виноватым во всем случившемся.

– Он поступил барабанщиком в полк герцога Эорльского, – сообщила госпожа Сибилла.

– И этот тоже? А казался таким смышленым! Не слишком ли он молод?

– Он сказал, что про возраст соврет.

– Надеюсь, про свои музыкальные способности он тоже соврал. Я однажды слышал, как он насвистывал. – Ваймс покачал головой. – Что за дурь на него нашла?

– Ему кто-то сказал, что мундир производит на девушек неизгладимое впечатление.

Сибилла мягко улыбнулась. Вечер дома внезапно показался очень многообещающим.

– Ну, чтобы найти дрова, гением быть не надо, – подмигнул Ваймс. – А потом мы запрем двери и…

Одна из вышеупомянутых дверей аж затряслась: с такой силой принялись колотить в нее чьи-то кулаки.

Ваймс перехватил взгляд Сибиллы.

– Ну, иди же. Открывай, – вздохнула она и села обратно за стол.

Дверь пропустила капрала Задранец. Шелли тяжело дышала.

– Вы… надо торопиться, сэр… на сей раз… убийство!

Ваймс беспомощно посмотрел на жену.

– Раз нужно, значит, нужно, – сказала госпожа Сибилла.

Ангва, глядя в зеркало, отбросила в сторону непокорную челку.

– Не нравится мне все это, – сказал Моркоу. – Нехорошо себя так вести.

Она в ответ похлопала его по плечу.

– Главное, не волнуйся, – успокоила она. – Ваймс ведь все объяснил. А ты ведешь себя так, как будто мы делаем что-то дурное.

– Мне нравится быть стражником. – Моркоу по-прежнему пребывал в глубинах скорби. – Стражнику положено носить доспехи. И если их не носить, то это все равно что… ШПИОНИТЬ. А он знает, как я к этому отношусь.

Ангва посмотрела на его короткие рыжие волосы и честные уши.

– Я снял с его плеч большую часть обязанностей, – продолжал Моркоу. – 'В патрули он теперь вообще не ходит – и все равно пытается везде успеть.

– А может, ему вовсе не надо, чтобы ты так уж помогал? – Ангва попыталась выразить свою мысль как можно более тактично.

– Да и не молодеет он. Я пытался намекнуть ему на это.

– Ты молодец.

– И я НИКОГДА не ходил в штатском.

– Можешь не волноваться: на тебе любая одежда смотрится как мундир.

Ангва застегнула плащ. Какое облегчение снять латы! Что же касается Моркоу, то его замаскировать невозможно. Размеры, уши, рыжие волосы, выражение мускулистого добродушия…

– Если уж на то пошло, то вервольфы, наверное, всегда носят штатское…

– Спасибо, Моркоу. Кстати, ты совершенно прав.

– Просто мне не по себе от притворства.

– Попробовал бы ты встать на мои лапы.

– Что?

– Да так… ничего.

Сын Гориффа Джанил злился. Сам не зная отчего. От всего сразу. Во многом из-за брошенной накануне в окно лавки зажигательной бомбы. Кое-какие выкрики, донесшиеся с улицы, тоже сыграли свою роль. А сегодня утром он поссорился с отцом – поводом стал посланный в штаб-квартиру Стражи обед. Стража – часть официального механизма города. Стражники носят дурацкие бляхи и ходят в латах. Короче, Джанил много из-за чего злился, а в частности из-за того, что ему всего лишь тринадцать.

Так что, когда в девять часов вечера (отец в это время обычно пек хлеб) дверь распахнулась и в лавку ворвался какой-то человек, Джанил, не долго думая, вытащил из-под прилавка видавший виды арбалет, прицелился туда, где, по его представлениям, должно было находиться сердце, и спустил курок.

Моркоу пару раз притопнул и огляделся.

– Здесь, – сказал он. – Я стоял ЗДЕСЬ. А принц был… вон там.

Ангва послушно последовала в указанную сторону. Несколько прохожих остановились, с любопытством глядя на Моркоу.

– Отлично… стоп… нет, еще чуть-чуть дальше… стоп… чуть левее… я хотел сказать, левее, если смотреть с моей стороны… чуть назад… а теперь вскинь руки…

Подойдя, он посмотрел туда же, куда смотрела она.

– В него стреляли откуда-то из Университета?

– А точнее, со здания библиотеки, – подтвердила Ангва. – Но вряд ли это был какой-нибудь волшебник. Волшебники стараются не прибегать к холодному оружию.

– Туда ничего не стоит проникнуть постороннему, даже при запертых воротах, – сказал Моркоу. – Давай-ка попробуем неофициальные методы расследования.

– Давай. Моркоу!…

– Что?

– Эти накладные усы… они тебе не идут. Да и нос выглядит слишком уж красным.

– По-моему, как раз это помогает мне сливаться с толпой.

– Напротив. Я уж не говорю о твоем головном уборе. Я бы на твоем месте от него отказалась. Нет, как головной убор этот котелок очень даже ничего, – поспешно добавила она. – Просто… он не в твоем стиле. Не идет тебе.

– Так ведь в том-то и фокус! – воскликнул Моркоу. – Если бы он был в моем стиле, люди сразу бы догадались, что это я!

– Як тому, что в этом котелке ты выглядишь полным простофилей.

– А в жизни я выгляжу простофилей?

– Нет, вовсе нет…

– Ага! – Моркоу порылся в кармане огромного коричневого тулупа. – Вот, руководство по маскировке! Купил в шутовской лавке, что на Федрской улице. Кстати, забавно: я там встретил Шнобби, он тоже что-то покупал. Я спросил его, он-то что тут делает, а он ответил, они, мол, идут на крайние меры. Что, по-твоему, он имел в виду?

– Понятия не имею.

– Чего в той лавке только нет, просто диву даешься. Накладные волосы, фальшивые носы, поддельные бороды, даже искусственные… – Осекшись, он начал краснеть. – Даже искусственные… одним словом, груди. Женские. Но разрази меня гром, если я понимаю, для чего женщина будет маскировать собственную грудь.