Паулина
Шрифт:
Загорелый мужчина с нашим списком достал мобильный и, как только связь появилась, стал говорить по-французски. Мы не услышали в его голосе даже намёка на волнение. Хотя логично. Это же не он застрял в аэропорту чужой страны!
– Ой, мы опоздали! – с сильной одышкой произнесла полная женщина. Когда она подошла ближе, я увидел рядом с ней девушку лет 18-20.
«Старуха для меня!»
– Долго ждали багаж! – сообщила толстушка слегка писклявым голосом.
– Да что вы говорите… – мама явно не была заинтересованная в беседе.
– Посмотрите: Александра и Елена Устиновы, s`il vous plait, – важным тоном попросила она списочника.
Тот взглянул на неё, словно на умалишённую, мол, «ты не видишь, я разговариваю по телефону?!» Отойдя подальше, он пару раз произнёс «Oiu», улыбнулся и повесил трубку.
– Тысяча извинений, – попросил он прощения, посмотрев на каждого из нас по очереди. – Ваша машина сейчас приедет.
Мама облегчённо вздохнула.
– Так, ясно. А что там с Устиновыми? – никак не успокаивалась полная женщина.
Мы уже почти вышли из здания аэропорта, как краем уха я услышал ответ француза:
– Устиновых в списке не вижу.
Но это уже меня не касается.
На улице светило солнце, небо было ярко-голубым, и я не заметил ни облачка.
«Это суперски! Только жарко. Очень жарко. В Москве совсем не так».
– Ты рад? – спросил папа.
Посмотрев по сторонам, увидел два автобусов, много Peugeot, Renault, Citroen. Какая-то парочка ожидала такси.
– Если честно, как-то не очень.
«Не, ну серьёзно… Если в Париже всё так уныло, как на этой стоянке, то зачем я вообще прилетел сюда?»
Такси примчалось быстро. Это оказался семейный автомобиль, в котором при желании можно уместить человек десять. Водитель говорил по-русски ещё хуже француза со списком, но я не обратил на это внимание. Мы тронулись, и вид из окна полностью меня захватил.
Вот мы проехали гигантские магазины Leroy Merlin, Ikea и футбольный стадион невероятных размеров. Потом замелькали французские дома. Они самые разные. Как наши шестнадцатиэтажные, так и маленькие двухэтажные. Очень эстетичные.
И вот мы попали на улицы самого Парижа.
«О, мой Бог! Какая красота!»
Тут почти все здания невысокие. Понятно, что эти строения не XXI века.
В машине кроме нас была ещё одна семья, и их отель оказался ближе нашего. Выйдя на улицу, они помахали мне рукой. Водитель поразил нас, поинтересовавшись, куда нам ехать. А я-то был уверен, что он в курсе.
– Гостиница «Европа», – уверенно заявил отец.
Водитель кивнул в знак согласия, и мы ещё минут 15 катались по Парижу.
– Приехали.
Тут я заметил, что улица делится на три части, и было абсолютно
непонятно, куда нам идти. Причём эти деления такие длинные, что, если ошибёшься, ходить будешь очень долго.
– А куда именно нам идти? – серьёзно спросила мама у водителя.
– Я не знаю, – ответ его был в русском стиле. Он помог вынуть чемоданы и благополучно нас покинул. Прекрасно.
– Нам налево! – уверенно сказал я и пошёл навстречу приключениям. Родителям ничего не оставалось, кроме как последовать за мной.
Вот совпадение! Наша гостиница называется «Европа», а находится она на улице Москвы. Франция меня поражает.
Ещё одна сложность осталась позади. Вот так надо показывать родителям, что ты – классный сын!
– Здравствуйте! – поздоровался я с красивой девушкой, сидящей на ресепшене. – Мы из России, нам зарегистрировали номер, – триумфально и без единой запинки произнёс по-английски. – Неплохо для десятилетки, а? – обратился к родителям и, кажется, у них произошло замыкание. Молчат.
– Будьте добры, ваш билеты и паспорта! – попросила красавица, а родители всё ещё в шоке. – Ваш номер 137. Уборка проводится в 9 утра, завтрак – с семи до десяти.
– Спасибо вам большое! – улыбнувшись, я получил её улыбку в ответ. Вот и первое знакомство в Париже!
Втроём еле втиснулись в узкий, миниатюрный лифт, который увёз на четвёртый этаж. Выйдя, мы заметили, что у них и коридор очень узкий. Людям, страдающим клаустрофобией, будет непросто.
Открыв дверь в двухкомнатный номер, мы увидели, что тут всё довольно простенько. Не тянет на роскошь дворцов, которыми славится Франция. Гостиница «Европа» – двухзвёздочная, поэтому стоит рассчитывать только на душ, сон и завтрак. Проснулся – и бегом на экскурсии!
В первой комнате стоит двуспальная кровать, которую при желании можно раздвинуть, маленький рабочий стол с зеркалом, деревянный стул. Напротив кровати висит плазменный телевизор, но явно не самый дорогой и большой. Во второй комнате (моей) – одноместная кровать, большое окно, которое так расположено, что открыть его будет тяжело. Вид – на соседнее здание, хотя я почему-то был уверен, что он будет на Эйфелеву башню. К тому же мой невысокий рост не позволяет дотянутся открыть окно. Тут нет ни балкона, ни холодильника, ни джакузи.
Скинув рюкзак, я с разбега прыгнул на кровать. Невероятно мягкая!
«Кайф!»
– Ну, как ты, боец? – окликнул папа, зайдя в мои апартаменты.
– Всё здорово! – ответил я радостно.
К нам присоединилась мама, она нежно обняла папу.
«Эти двое счастливы, так же, как и я. Есть ли кто-то на свете счастливее меня?»