Паутина Белого Паука
Шрифт:
Измаил отбросил воспоминания.
– Никто, - сказал он, глядя на Еву сияющими глазами.
– Не беспокойся о ней.
Вскоре у Евы заурчало в животе, и Измаил пригласил дорогих гостей на поздний ужин. Заодно показал столовую для людей, что располагалась на минус третьем этаже. Помимо нее там были квартиры вампиров, живущих в общине. Как, впрочем, и на минус первом этаже, и минус втором, и даже минус четвертом - эдакий подземный отель.
Измаил назвал столовую 'для людей', но и вампиров было предостаточно в этом большом зале из резного дерева и камня. Как правило, вампиры не могут употреблять твердую пищу или жидкости, содержащие жиры, вроде супа или молочного коктейля. Но чай, алкоголь, кофе или простую воду - вполне. Пользы, конечно, не будет, но мало кто из местных отказывает себе в удовольствии посидеть за простой чашечкой кофе.
– И это 'столовая'?
– восхищенно покачала головой Ева, разглядывая ряды тяжелой деревянной мебели, потемневшей от времени, колонны с искусной резьбой, огромные картины с историческим сюжетом, портьеры и гобелены, люстры из кованого железа и настенные светильники.
– Скорее дорогой ресторан в средневековом стиле.
– Не 'столовая', - рассеянно поправил ее Измаил, - столовая зала.
В зале царил обыденный шум любого кафе: разговоры, перестук столовых приборов, едва различимая музыка откуда-то сверху. Помещение в половину футбольного поля, но многие места были заняты: одиночками или парами, шумными компаниями или сонно-молчаливыми группами. У кого ни глянь открытые участки тела покрыты свежими и старыми шрамами от укусов. Мужчины и женщины, юные и зрелые, усталые и бодрые - самые разные, но Исаия не нашел ни одного старика или ребенка. И это... обнадеживало.
Они прошли к одному из крайних столов. Измаил учтиво отодвинул громоздкий стул для Евы, но сам садиться не спешил.
– Здесь самообслуживание, - объяснил он на ее вопросительный взгляд и отправился в сторону стойки раздачи - пугать работников собственной персоной.
Не прошло и минуты, как к столику Исаии и Евы подошла симпатичная девушка с копной русых кудряшек и массивными браслетами на каждой руке.
– Привет!
– звонким голосом поздоровалась она, с любопытством разглядывая брата с сестрой.
– Я - Гризельда! А вы и есть наши новенькие?
– Можно и так сказать, - нейтрально отозвался Исаия.
– Я - Исаия. Это моя сестра Ева.
– И-са-и-я, - протянула, выделив каждый звук, их новая знакомая, откровенно строя глазки парню.
– Мне нравится!
– заключила она и перевела взгляд карих глаз на Еву: - А ты, значит, наш Источник? Это здорово! Мы все очень тебе рады!
– Спасибо, - постаралась дружелюбно улыбнуться ей Ева, чувствуя себя на редкость неловко.
– Эй, Гризли!
– вдруг прокричали за два стола от них.
– Замолви и за меня словечко!
– И за меня!
– поддержал его сосед.
– Вам надо, сами и просите!
– фыркнула Гризельда с широкой усмешкой, засветив клыки.
– 'Гризли'?
– поднял бровь Исаия. Вампирка пожала плечами:
– Кличка. Для некоторых мое имя слишком длинное, - и добавила нарочито громко: - Памяти не хватает, да?!
В ответ раздался здоровый смех, о существовании которого в стенах вампирского подземелья Ева и не подозревала.
– Я присяду?
– спросила Гризельда, плюхаясь на соседнее с Исаией место.
– Приятно больше не быть самой младшей.
– То есть?
– Я - последняя, кого обратили в этой общине, - лучезарно улыбнулась она.
– То есть была последней.
– И давно ты вампир?
– проявил интерес Исаия.
– Уже лет пять, - облокотилась Гризельда скрещенными руками о стол.
– Вы как, уже переехали сюда?
Исаия молча покачал головой, вызвав неподдельное удивление у собеседницы:
– Места же есть!
– У нас свой дом.
– На поверхности? Днем? Но это же опасно! Или ты... я слышала... Ты правда оборотень?
Исаия кивнул.
– Ух ты!
– неподдельно восхитилась Гризельда.
– И можешь гулять под солнцем?
– Да.
– Счастливчик, - вздохнула она, тут же загрустив.
– Ох, как я скучаю по солнышку!
– Я могу находиться под солнечными лучами, - мрачно признал Исаия, проведя рукой от виска к затылку, - но плющит от этого не по-детски. Находишься будто под прессом.
– Мм...
– Гризельда глядела на парня с недвусмысленным интересом, но вела себя исключительно прилично.
– А почему ты такой спокойный?
– спросила она и тут же добавила, видя его непонимание: - Я к тому, что новичков всегда штормит эмоционально, а ты... как скала!
– Исаия сильный, - ответила за брата Ева.
– Он никому и ничему не позволит взять над собой вверх, - улыбнулась она ему, и Исаия не сдержал кривой ухмылки. Гризельда подметила в ее голосе горделивые нотки и легкомысленно заметила:
– Да ты брата просто обожаешь, а?
Ева моргнула, мельком пересеклась взглядом с братом и, чувствуя себя отчего-то ужасно неловко, нервно пожала плечами:
– Ну да.
Волна смущения хлынула из ее тела лихорадочным облаком, Исаия обонял это, мог ощутить жар на нёбе. Ее сердце забило чечетку, и под всем пришел привкус... возбуждения. Исаия сжал под столом кулак, борясь с эмоцией, полностью и безраздельно захватившей его при мысли, что Ева так отреагировала на невинные слова Гризельды о нем.
О нем.
'Потому что я сам взял Агарь на вторую... нет, на третью ночь после того, как она обратила меня', - сломанной пластинкой насмешливые слова Измаила зазвучали в голове парня, снова и снова. Ублюдочный кровосос не сомневался, что это произойдет. У них произойдет - так же, как и у него.
Откровенно говоря, собираясь этой ночью к вампирам, Исаия сомневался, что будет некий волшебный способ все прекратить. Что они вдруг в одночасье вернутся к прежним брато-сестринским отношениям. Но он должен был попробовать прежде, чем Илия сорвется и сделает то, что Исаия уже не исправит, будь он хоть трижды сильным!