Чтение онлайн

– Он ничего не сделал.

– Значит, сказал?

Алиса подняла на Исаию взгляд, полный паники:

– Он же был просто пьян. Мало ли, что можно наговорить в таком состоянии.

– Что он сказал, Алиса?
– с нажимом повторил парень свой вопрос. Но видя, что Алиса вот-вот снова замкнется, сбавил тон: - Что-то о Еве?
– и по изменившемуся взгляду понял, что попал в точку.
– Послушай, изменение повлияло на него больше, чем на меня. Я должен знать, что сказал Илия о Еве. Пожалуйста.

Алиса сдалась. Поминутно краснея, она рассказала все, что наговорил Илия в пьяном бреду. Она отчаянно боялась, что и Исаия двинулся умом, о чем честно призналась парню. И по мере ее рассказа деревенело лицо Исаии, и сам он, казалось, вот-вот взорвется и взвоет от отчаяния. Когда же Алиса закончила и замолчала, парень схватился за голову и, в конце концов, спрятал лицо в ладонях.

Так они и просидели в молчании долгие минуты.

– Знаешь, я слышала, что человек, обращенный в вампира, навсегда покидает свою семью, - попыталась Алиса хоть как-то утешить подавленного парня.
– Дамиан Янг описывал это, как потерю понимания, что ты как-либо связан со своими родными кровно. То есть... ну, он стал вампиром, и его семья перестала быть ему родной. Может и Илья тоже... ну...

– Прости, но не могла бы ты не рассказывать ничего Еве?
– выдохнув, попросил ее Исаия.
– Ей и так нелегко со всем этим, - он отнял руки от совершенно спокойного лица, и лишь сгорбленные плечи намекали, насколько тяжело он воспринял новость о том, что едва не сделал его собственный брат.
– И хорошо, что ты не подала голос, когда он пришел. И думать не хочу, что Илия сделал бы, если...

Исаия не договорил, и Алиса отчасти была ему за это благодарна. Она тоже много об этом думала, и выводы напрашивались самые нехорошие.

– Но разве это не значит, что он ей ничего не сделает?
– рассудила она.
– Даже пьяный Илья не пытался вломиться и наброситься на нее... на меня.

– То, что он не сделал этого сегодня, не значит, что он не сделает того же завтра.

– И что же тогда делать?

В размышлении Исаия повел головой, разминая шею. Свет ламп отразился в его глазах красным бликом, как и у всякого вампира. Алиса наблюдала за ним как завороженная. У ее обожаемого Янга глаза тоже вот так отражали свет. Она находила это прекрасным. Исаия больше не пугал ее, наоборот, внушал безопасность одним своим присутствием.

– Будем надеяться, что кровь доноров поможет.

– А если нет?

Исаия не ответил, но в серых глазах появилось нечто жесткое, решительное и глубоко отчаянное.

...

К часу дня проснулся Илия. В отвратительном настроении он вышел из своей комнаты и глубоко вдохнул воздух, испытывая необходимость довериться в первую очередь обонянию и слуху и лишь потом зрению. Это было странно и непривычно, люди обычно полагаются исключительно на глаза, не то, что звери.

Ах, да, он же больше не человек.

Дернув щекой, Илья обратил внимание на звуки из ванной. Шумел душ. Запахи шампуня и мыла полностью перебивали запах тела - Илия понял, что не знает, кто в ванной. Он беззвучно повернул дверную ручку, замок на которой сломал еще этим утром, не рассчитав силу, и заглянул в полную пара комнату. Сугубо из любопытства.

В старой чугунной ванне, за тонкой полупрозрачной шторкой стояла под душем Ева. Невысокая и соблазнительно полногрудая она вяло намыливала волосы, подставляя тело под упругие струи воды. Она ничего не услышала, не почувствовала, что на нее смотрят, и Илья остался на месте. Всякие мысли о стыде он выбросил из головы, уже зная, что Исаия все еще спит, как спит и та девушка, подруга Евы. Как же ее там... неважно.

Жаль, через штору нельзя было разглядеть подробностей, лишь общие очертания. Впрочем, Илья никогда не жаловался на недостаток фантазии, легко дорисовав в уме то, чего не видят глаза. Не только ее тело во всех мельчайших подробностях, но и себя, присоединяющегося к ней в душе.

Вот так, немного отодвинув штору у нее за спиной, прижаться к ней как можно плотнее, и саму ее прижать к себе тесно, до абсолюта, и ласкать ее прекрасные груди, что наверняка заполнят его ладони приятной, бархатной тяжестью, а она откинет голову ему на плечо, открывая доступ к шее, где обязательно остались еще следы от его клыков. И он будет пить ее, а потом любить - снова и снова, любуясь, как кровь будет смешиваться с водой и стекать по полушариям груди... Боже, какая у нее грудь! Раза в три больше, чем у Лары.

– Да чтоб тебя!
– тихо, но отчетливо ругнулась Ева, заставив Илью выплыть из сладких грез.
– Проклятый паук.

Орудуя мочалкой, Ева задела подвеску Измаила, едва вновь не содрав ее с приличным куском собственной кожи. Больно почти не было, и это создавало некоторые трудности. Девочка не всегда чувствовала, что почти срывает его с себя. Впрочем, пока подвеска держалась как припаянная.

Последний раз сполоснувшись, Ева сдвинула штору и с некоторым трудом перелезла через край ванны. Предсказанная Измаилом слабость пришла к ней с пробуждением. Еще и сон приснился неприятный: какая-то голая девушка, перепачканная кровью, плакала, пытаясь натянуть на себя не то простынь, не то просто обрывок ткани. А Ева протягивала к ней руки и отчаянно просила прощения. Полная бессмыслица. Наверняка на нее так повлияло хладнокровное заявление Измаила о том, что он переспал с сестрой.

– Фу, - буркнула Ева себе под нос, на мгновение представив каково было бедной Агарь. Хотя кто ее знает, может старшая сестрица князя и не против была? Покачав головой, девочка покинула ванную.

К этому моменту Ильи в квартире уже не было.

...

Работала Ева в отделе сантехники, что располагался в крупном строительном центре 'Альбатрос'. На окраине города, куда ходил лишь один автобус каждые полчаса, так что Еве всегда приходилось выходить на эти самые полчаса раньше, если вдруг автобус уйдет раньше графика.

Дом братьев находился ближе к 'Альбатросу', нежели ее собственная квартира, и Ева была приятно удивлена, сэкономив почти двадцать минут на дорогу.

Сменщица встретила ее восторженным вздохом:

– Прихорошилась-то как! На свиданку, что ли?

Ева скептически оглядела свою простую, закрытую блузку без рукавов и с высоким воротником, состаренные джинсовые шорты и любимые танкетки. Волосы она распустила для пущей маскировки следов на шее, а косметикой не воспользовалась вовсе. Из лени.

– В каком месте я прихорошилась?

– Ну, как минимум, тоналка у тебя супер, - пожала плечами Мария.
– И волосы вроде тоже покрасила, да?

Ева припомнила, какой шок испытала после того, как Измаил нацепил своего паука. Все раны зажили вместе с мелкими дефектами кожи, и волосы тоже заблестели, будто после окрашивания.

– А, ну да, - пробормотала девочка вслух, почесав через ткань область вокруг подвески.
– Но никаких свиданок, конечно.