Чтение онлайн

– Да, - встретив его взгляд, отозвался Исаия пустым голосом, - недостаточно.

...

Душ Ева не приняла. Сменной одежды у нее не было, а щеголять перед братьями в полотенце теперь казалось идеей не просто неудачной, а прямо-таки провокационной. Тем не менее, девочкой она была крайне чистоплотной и потому воспользовалась влажным полотенцем, чтобы хоть немного освежиться.

Зубной щетки в ванной не оказалось, зато был ополаскиватель для рта. Волосы пришлось расчесывать пальцами, но в целом результатом своего внешнего вида Ева осталась довольна, пусть это и заняло у нее времени больше ожидаемого.

Нет, на самом деле, она хотела бы задержаться в ванной еще ненадолго - годика, эдак, на два-три. Выйти к ним - к Исаие и Илие - должно было быть просто. Но просто не было. Они не собирались на нее набрасываться, даже обсуждать что-либо, возможно, не собирались, но Ева им даже в глаза не знала, как смотреть. Это было глупо. Но именно поэтому она все же вышла.

Комната утопала в монохромной темноте. Здесь не было окон, лишь светильники, которые кто-то из парней выключил. Ева остановилась в квадрате желтого света из ванной, на самом пороге, моргая и вглядываясь в сумрак комнаты, силясь разглядеть кровать.

Но зря - Илья показался откуда-то со стороны. С ленивой грацией он выплыл из тьмы, словно мифический монстр Левиафан. Одинокий свет отразился в его глазах дьявольским огнем - единственным живым всполохом на неподвижном лице.

Оглядев брата, Ева устало вздохнула и толкнула его в плечо.

– Хватит дурачиться.

– Дурачиться?
– неживым эхом повторил Илья. Ева толкнула его снова - сильнее.

– Прекрати, говорю! Где Исаия?

– Ушел.

– Куда ушел?

– У него неотложные дела, - лучезарно оскалился Илья. Вероятно, это должна была быть улыбка, но он слишком легко забывал о клыках.
– Предлагаю перекусить и ехать домой. Он встретит нас там.

– Вы помирились?

– Вполне, - пожал он плечами, сбросив, наконец, свою мертвую неподвижность, отчего снова стал просто Ильей, а не неким иномирным созданием. Еву отпустило.

– Под 'перекусить' ты кого имеешь в виду?
– с иронией поинтересовалась она. И, получив в ответ еще одну ухмылку, сама не удержала строго выражения лица: - Ты наглый, самонадеянный тип.

– А еще милый, очаровательный и приятный во всех отношениях, - поддакнул он, шутя.

Ева закатила глаза, перекинув волосы на правую сторону:

– Давай только без этих твоих трюков по соблазнению - мне вчерашнего хватило.

Илья перехватил ее ладони, вынудив посмотреть ему в глаза. И в этот раз смеха в них не было:

– Все еще думаешь, что я говорил несерьезно?

– Я все еще не знаю, что думать. Ты возьмешь кровь, как я просила, или вызовем тебе донора?

На лице брата появилась тяжесть. Некая темная мысль, вызванная упрямством. Вчера он переступил черту и больше отступать не собирался. Потому что это означало бы проигрыш. А проигрывать Илья не умел.

Ева знала, он мог бы стать жестоким. Мягкий и добродушный, если он не получал то, чего действительно хотел, его жадность превращала его в мстительного садиста, что мог с невинной улыбкой станцевать на костях противника.

Ева не хотела видеть его таким. Она высвободила одну ладонь и осторожно погладила Илью по щеке. Большим пальцем она провела по дуге его брови и, поднявшись на цыпочки, запечатлела легкий поцелуй в уголок губ.

– Пожалуйста, - попросила она, вглядываясь в его глаза, - дай мне время. Я не знаю, что будет, но сейчас мне тяжело даже просто находиться рядом с вами. Ты понимаешь?

Томительные секунды Илья просто смотрел в ответ. Еве начало казаться, что она до него не достучалась или сказала что-то не то, но тут он моргнул, и, словно солнце выглянуло из-за туч - лицо его озарило радостью.

– Ладно, - согласился Илья и прежде, чем Ева успела выдохнуть, схватил ее и поцеловал - глубоко и страстно, так, что у бедной девочки закружилась голова и предательски задрожали колени. Горячим и влажным был этот поцелуй, удивительно сладким и чувственным. Ева и не думала, что чужие губы и язык способны на такое.

Илья отстранился так же внезапно, как и приблизился, напоследок слегка прикусив сестре нижнюю губу. Он не отпустил Еву, широко улыбнувшись ей с расстояния в несколько сантиметров:

– Уговорила. Буду ухаживать постепенно.

42 глава

Алиса возвращалась с продуктами из магазина, когда застала одного из близнецов Брянцевых у двери своей новой квартиры. В отличие от подруги, она с трудом их различала, и то чаще всего парни назывались сами во избежание путаницы. Но если еще пару дней назад Алиса опасалась только Илью, то теперь не была рада и Исаие.

– Привет, - поздоровался он ровным голосом, наблюдая за ее приближением спокойными серыми глазами.

– Привет, - настороженно откликнулась Алиса, поднявшись на площадку. Его взгляд упал на бесчисленные пакеты, что оттягивали девушке руки.

– Давай помогу, - предложил он и тут же забрал мешки, проигнорировав легкое сопротивление. Алисе ничего не оставалось, как впустить его в квартиру. Он вошел вслед за ней без приглашения - так Алиса поняла, что имеет дело с Исаией.

– Спасибо за помощь, - сухо поблагодарила она, когда Исаия поставит пакеты на кухонный стол. Девушка нетерпеливо переступила с ноги на ногу, не решившись откровенно попросить его уйти. В голове ее засел страх, о котором не давала забыть боль в плече от укуса.

В фильмах почему-то след от клыков вампира выглядел как две аккуратные ранки. На деле же у Алисы под повязкой скрывался страшный кровоподтек с темными полумесяцами от обычных зубов и четырьмя ранами с запекшейся кровью. При каждом движении это место пульсировало и ныло, не позволяя толком крутить головой. Конечно, Алиса знала, что при частом донорстве боль сначала притупляется, потом пропадает, а дальше переходит в удовольствие, вызывая зависимость - все благодаря веществам, содержавшимся в слюне вампиров - но идти на такое снова она совершенно точно не собиралась.

А еще она боялась за Еву. Боялась, потому что ее подруга, судя по всему, уже перешла грань от боли к удовольствию.

Сколько же времени она их кормит, что уже так пристрастилась?

– Зачем ты звонила нашей матери?

Алиса вспыхнула. Вопрос застал ее врасплох и заставил задуматься о причинах прихода Исаии. На ум отчего-то не приходило ничего хорошего.

– Так как это понимать?

Она вновь не ответила, только смотрела на него, боясь заговорить и даже просто шелохнуться.