Чтение онлайн

— Не стоило с Арди связываться, — мстительно напомнил Марек. — Я тогда это сразу сказал.

— Может, и не стоило, — неохотно признал Томаш. — Но тогда это казалось хорошей идеей. А сейчас-то какая разница? Что сделано, то сделано.

— Ну и что делать будем, Томик? — спросила Лилия, заглядывая ему в глаза.

— Да пока ничего, — пожал плечами тот. — Будем просто поосторожнее, никаких резких движений. Возьмём какой-нибудь контракт подальше отсюда, посидим, пока всё не уляжется.

— Бери контракт в тихое место, где людей рядом нет, — посоветовала Лилия. — Там мы с Марусей любого постороннего легко отследим.

Марек побелел от злости, намёков на свою половую ориентацию он не выносил.

— Лиля, кончай Марека дразнить! — зарычал командир. — Нам только грызни в отряде не хватало.

— Ладно, ладно, милый, не сердись! — легкомысленно махнула она рукой. — Я буду паинькой, даже извинюсь. Извини, Марек.

— Принято, — выдавил из себя Зимин.

— Вот чтоб и дальше друг друга не задевали, — сурово сказал Томаш. — Обоих касается. А я завтра съезжу в гильдию, оставлю заявку на контракт. И попробую узнать, кто нами интересуется.

Идти туда не хотелось. Филип тоскливо посмотрел на ажурные ворота, на тянущуюся вдаль кованую ограду, и ещё раз пожалел, что вообще на это согласился. Он бы и не согласился — уж кто-кто, а старина Филип отлично чуял, когда можно легко свернуть себе шею, но совсем недавно он крупно проигрался и сейчас сильно нуждался в деньгах — обычная история его жизни. Ему пообещали очень заманчивую премию за риск, и Филип в конце концов дал себя уговорить. Сейчас он уже сильно подозревал, что это было ошибкой, и не исключено, что последней в его жизни.

«Кончай тянуть», — сказал он сам себе, и усилием воли выбросив из головы мрачные мысли, уверенным шагом двинулся к воротам. Тянуть и в самом деле было опасно — Филип прекрасно понимал, что ограда только выглядела так легкомысленно. На самом деле поместье было серьёзно защищено и хорошо охранялось. Его наверняка давно заметили, и попытайся он сейчас уйти, его обязательно задержат и доставят уже силой. Разговор всё равно состоится, но уже на других условиях.

Когда он приблизился к воротам, из караулки вышли двое ратников. Один из них открыл калитку и кивком приказал Филипу заходить.

— За мной, — коротко распорядился он. Второй ратник молчал, подозрительно рассматривая Филипа, а потом пристроился следом.

Они двинулись по мощёному гранитными плитами узкому тротуару к стоящему в глубине зданию. Скорее даже не зданию, а дворцу. Хотя знающий человек по виду этого дворца легко бы определил, что постройка не такая уж и старая. По-настоящему старые дворцы походили на укреплённые замки, а этот, по всей видимости, был выстроен в те не столь уж далёкие времена, когда княжеская власть укрепилась уже достаточно, чтобы не позволять дворянам бесконтрольно резать друг друга. Впрочем, Филип не настолько разбирался в истории, чтобы делать выводы о древности семейства Грек, да и мысли его были заняты совсем не архитектурой.

Путь закончился не у главного входа, а у неприметной двери, где его ждала другая пара охранников, на этот раз из внутренней охраны.

— А вот и наш, ха-ха, гость, — наигранно дружелюбно приветствовал его один из встречающих. — Возвращайтесь к себе парни, мы о нём позаботимся. А ты давай заходи, раз уж сам пришёл.

Они довольно долго шли по каким-то лестницам и переходом. Перед одной из целого ряда похожих друг на друга дубовых дверей они остановились, и старший сопровождающий заглянул внутрь, предварительно деликатно постучав:

— Доставили, господин. Прикажете заводить?

Выслушав короткий ответ, он открыл дверь и махнул Филипу рукой.

Комната была чем-то вроде гостиной, обставленной неброско, но дорого. Там находились четыре человека, удобно расположившиеся в мягких креслах. Филипу сесть никто не предложил.

Троих из присутствующих Филип знал — перед тем, как отправить сюда, ему показали визиобразы старейшин Греков и заставили заучить имена. Видимо, показали не всех, потому что лицо четвёртого было совсем незнакомым.

— Филип Шешень, по кличке Ангел, — представил его старший сопровождающий.

Филип слегка запаниковал. В общем-то, нетрудно было предвидеть, что Греки соберут какую-то информацию, но они не знали, кто именно придёт на переговоры. Очевидно, они не стали мелочиться и собрали досье на всех, и это выглядело неожиданным и тревожным. Панику Филип довольно быстро подавил — чтобы выйти отсюда живым и невредимым, ясный рассудок был совершенно необходимым условием.

— А почему Ангел? — лениво спросил Горислав Грек.

Как Филипу объяснили перед этим, именно Горислав фактически и руководил этой ветвью семейства. Пожалуй, его присутствие было хорошим признаком — значит, к этим переговорам семейство отнеслось достаточно серьёзно.

— Какая-то мутная с ним история, — объяснил сопровождающий, — мы не успели докопаться до деталей. Но мы знаем, что он любит приврать, так что, скорее всего, наврал что-то такое. У врунов обычно так клички и появляются.

— Почему тебя Ангелом зовут? — обратился Горислав уже к Филипу.

Тот дёрнулся было сказать что-то в том роде, что это мол, никого не касается, но вовремя остановился. Если принимаешь оборонительную позицию, то сразу теряешь инициативу в разговоре. Следовало выбрать другую тактику.

— Да всё правильно этот сказал, — небрежно ответил Филип. — Была там байка, народ её оценил. Я не то что приврать люблю, просто скучно же на контрактах. Парни хотят интересных рассказов, а мне не жалко. И мне, и им развлечение.

— Интересные рассказы, говоришь, — хмыкнул Горислав. — Ну рассказывай, Ангел, посмотрим, как ты нас заинтересуешь.

— Рассказ у меня короткий, господин Горислав, — с достаточной долей почтительности начал Филип.

— Знаешь меня? — прервал его тот.

— Со всем уважением, вы же не поленились навести справки про скромного ратника. Так неужели я бы не постарался узнать, к кому иду?

— Ну-ну, — усмехнулся Горислав. — Ладно, продолжай.

— Мы сумели узнать, кто убил господина Остромира. И готовы продать вам эту информацию за пять тысяч гривен. Вот и весь мой рассказ, господин Горислав.

Греки переглянулись между собой, и в разговор вступил сын Горислава, Чеслав. Филип резко напрягся — когда ему показывали визиобразы, про Чеслава было сказано, что это очень опасная личность, вроде Кельмина у Арди, и с ним нужно вести себя очень осторожно.