Чтение онлайн

– Бабушка, мы его сдвинули! – закричала Олеся. – Мы силачи! Ура! Марта, – подбежала девочка к сестре, – мы сдвинули дерево, можно идти! – Но тут же оборвала свои восторженные крики. – Марта, Марта, тебе плохо? Баба Феня, посмотри, с Мартой что-то.

Женщина наклонилась над больной.

– Да у неё жар, необходимо сделать привал, но здесь на тропе, это невозможно. Теперь на коня её не посадишь, нужно делать носилки. Вот досада, долго очень в пути, а ей нужен покой. Повязка снова в крови. Эдак ещё осложнение будет. Неси, Олеся, те жердины, что мы вырезали, будем делать носилки.

Девочка принесла палки, баба Феня достала плед.

– Олеся, вытаскивай из кроссовок шнурки и из своих кроссовок, и из Мартиных тоже. Прошьём шнурками плед, закрепим его на жердях, вот и будут носилки.

И ловко орудуя ножом, прокалывая дырки в пледе, женщина смастерила отличные носилки. Расстелили в них спальный мешок и уложили на носилки Марту, которая уже металась в горячке.

– Я пойду впереди носилок, ты бери Мальчика за уздечку и бери носилки, а Серый пусть замыкает колонну, – распоряжалась женщина.

И все пошли цепочкой, увёртываясь от веток, которые хлестали по лицу, ведь руки были заняты. Шли осторожно, потому, что ноги то и дело за что-то цеплялись или скользили, а ноша была тяжёлой. У Олеси пот катился градом, но она не жаловалась, что почти сразу же устала. Молча терпела, знала: нужно быстрее выйти на ровное место и найти, где сделать привал. Солнце уже покатилось на вторую половину дня. И на горной лесной тропе становилось сумрачно, как вечером. Комары, которых за весь день вроде не замечали, вдруг с бешеной злобой обрушились на людей. Они, как будто поняли, что их укусы останутся безнаказанными, и лезли в глаза, нос, уши. Залезали под воротник, а руки облепили сплошным слоем, жаля с беспощадной злобой.

– Баба Феня, поставим на минуту, – взмолилась Олеся. – Нет сил терпеть, и Марту облепили комары.

– Терпи, Олеся, ещё немного пройдём и выйдем наверх, а там ветерок. Терпи, нужно торопиться, ты же видишь, как плохо твоей сестре. Чем быстрей придем, тем, быстрей окажем ей помощь. Разожжем костёр, приготовим чай, откроем консервы, немного подогреем их. Напоим лекарством и чаем Марточку. А сейчас, по возможности, смотри под ноги, чтобы не споткнуться, не урони сестру. Знаю, тебе тяжело, мала ещё, но терпи, – приговаривала женщина, отвлекая Олесю, от комаров, подбадривая её.

А тропа потихоньку ползла в гору, засыпанная многолетней листвой, заваленная сушняком, заросшая колючим кустарником.

–И что это за тропа такая, нет другой тропы разве?

– Может, и есть другая тропа, но я не знаю её. Я знаю только этот путь. Олеся, чувствуешь ветерок, и комары куда-то делись, и идти стало легче. На минутку остановимся, немного отдохни, а я пройду вперёд, кое-что посмотрю.

И, поставив носилки, баба Феня исчезла из виду, как испарилась. Олеся села возле сестры, вытирая ей лицо платком. Лоб у Марты был горячий, и она, казалось, спала.

– Мы уже почти дошли, – шептала сестре девочка. – Ты не должна болеть, терпи, я ведь терплю, а я младше тебя. Марта, ты ведь всегда была такой сильной. Но ты ошиблась, и очень сильно, когда связалась с этим Шуркой. Он тебя не любил, такие люди любить не умеют. И всей шайкой командовал он, а делал вид, что тебя слушает, что признаёт тебя как главаря. Ты, Марта, не знаешь, а я всё время следила за тобой и за ним. Я знаю всех, с кем он встречался, почти всех. И рэкет над магазинами, не всё, чем они занимались, они проворачивали дела на много крупнее. И ты им стала мешать, Марта. И если бы не сейчас, то потом, но они бы тебя убили. Мне страшно, сестрёнка, очень страшно, что за нами будут охотиться, – Олеся вздохнула и поцеловала сестру.

Возвратилась баба Феня.

– Отдохнула? Ну, ещё немного и сделаем привал.

– Мы уже пришли туда, где будем жить? – Обрадовалась девочка.

– Нет, не туда, пока заночуем в другом месте, тут есть одна маленькая пещерка и рядом ручей, вот мы к ней сейчас пойдём.

Снова взяли носилки, Мальчик нехотя оторвался от травы, а Серый не отходил ни на шаг: видно, боялся потеряться. Идти стало легче, и поэтому шли быстрее. Вскоре вышли на лужайку перед каменной стеной. Это была почти отвесная скала, где лишь у подножья рос сплошной высокий кустарник, заплетая подножье горы намного выше человеческого роста. И не видно было ни ручья, ни пещеры. На миг остановились, поставили носилки.

– А где ручей, где пещера? – Оглядываясь, спросила Олеся.

– Сейчас будет всё. Пусть носилки с больной постоят, а я покажу тебе дорогу. Ты приведёшь в жилой вид, по-быстрому, пещеру, чтобы Марту принести в чистое помещение. А проход – вот здесь, – и женщина нырнула под куст. – Пробирайся сюда, – позвала она девочку.

– Серый, сиди рядом с Мартой, – приказала Олеся собаке, пробираясь под кустами. И очутилась ещё на одной поляне, но уже небольшой, где протекал ручей, а бабы Фени не было.

– Ты где, баба Феня?

– Иди сюда! – позвала женщина.

Олеся пошла на голос прямо к скале, пещеры нигде не было видно. И вдруг из-за камня выглянула улыбающаяся женщина.

– Проходи!

За камнем был вход в пещеру. Его не было видно ни с какой стороны.

– Мне показали эту пещеру геологи, а так бы в жизни никогда не нашла. Заходи вовнутрь, смотри, совсем светло, и хоть проходи в самую глубину, всё равно светло. Свет идёт из окошка, видишь, над головой отверстие, как окно. Оно не со стороны дверей, а выходит в другую сторону, где нет прохода, так что можно разжигать здесь костёр, а дверь закрывать вот этим камнем, чтобы никто случайно не заметил свет.

И баба Феня нажала плечом на плоский камень, и тот легко, как дверь, закрыл проход. Потом нажала с другой стороны, и проход открылся.

– А теперь я пойду к Марте, а ты тут подмети, сделай веничек с травы, приготовь постель, сама догадаешься из чего и разожги костёр. Когда всё будет готово, спустишься к нам, и мы с тобой занесём Марту. А я пока посмотрю её рану и напою лекарством. Вода, как видела, рядом, если нужно бери, сколько душе угодно.

И женщина вышла. Олеся с минуту постояла, окидывая взглядом пещеру. Это было продолговатое помещение, с не совсем ровными стенами, уходящими куполом вверх, в котором было светло и не жарко. Пол пещеры был ровным и казался чистым. Олеся выскочила на лужайку, нарвала высокой травы, намочила сделанный веник в ручье и подмела пол. Затем наломала еловых веток и из них сделала постель. Всё делала быстро, спешила, хотела, чтобы быстрей принесли в пещеру Марту. И вот уже весело горел костёр, а дым от него не расходился по пещере, а шёл вверх в окно. И вскоре стало тепло и запахло жилым духом. Марту уложили на приготовленную постель, положив её на спальный мешок.

– Не взяла я ещё одеяло, вот бы пригодилось, – с сожалением проговорила Олеся.

– Да кто же думал, что придётся уходить в лес, – отозвалась баба Феня.

Серый немного полежал у костра, а потом выбежал из пещеры.

– Пошёл охотиться, есть ведь хочется. И нам пора подкрепиться, вода в котелке уже кипит, кинь щепотку чая, – подала чай баба Феня, а сама стала открывать консервы.

– Накормим Марту, нужно её разбудить. Марта, просыпайся, давай поешь, тебе сразу станет лучше, вот уже и чай готов.