Чтение онлайн

Мария Игнатьевна с улыбкой посмотрела на Юльку и ничего ей не ответила, а про себя подумала:

«Очень молода, но что-то в ней есть. Интересно, она так наивна или хитра, что на ее лице ни капли беспокойства или хотя бы любопытства. Спокойный, открытый взгляд, ни тени лукавства. Посмотрим, посмотрим, время покажет, настолько ли она проста, как кажется»

А Юлька заметила ее взгляд, но старалась ни о чем не думать, чтобы не высказать своего беспокойства.

После ужина хозяйка, не задерживаясь за столом, встала и коротко бросила Юльке:

– Пошли!

И Юлька, тоже молча, последовала за ней. По лестнице поднялись на второй этаж. Юлькина комната была сразу же за поворотом в коридор от лестницы. Но Мария Игнатьевна прошла ее и, пройдя до конца коридора, где по бокам были двери в комнаты, повернула направо, и зашла в первую дверь, оставив ее открытой. В комнате был полумрак, настольная электрическая лампа с розовым абажуром освещала небольшую, но необычно обставленную комнату. Мебель в этой комнате была вся маленькой. Необычно маленький шифоньер, стол, стулья, маленькие кресла, шкаф с игрушками. Игрушки стояли везде, на столе, на шифоньере, на полках. Только большой диван выглядел в этой комнате неуклюжим великаном. И тут Юлька увидела детскую кроватку, она стояла возле стенки и поэтому не сразу бросилась в глаза. Сердце у Юльки рванулось к горлу, а потом бешено забилось. И чтобы взять себя в руки, Юлька посмотрела на хозяйку дома, которая тихо говорила с молодой женщиной. О чем они говорили, она не слышала, да если бы и слышала, все равно ничего бы не поняла, потому что все в ней требовало подойти к кроватке, где спал малыш. И Юлька невольно подчинилась своему порыву, но женщина придержала ее за руку и что-то быстро стала ей объяснять. Юлька не поняла с ее слов ни одного слова. Она посмотрела на Марию Игнатьевну.

– Юстина сказала, что не надо девочку трогать, она только заснула. Ребенок болен, ей лучше подольше спать.

– Это девочка? Она больна? Чем она больна? – в волнении проговорила Юлька.

– Ничего страшного, не бойся Юленька, у нее болезнь не заразная. Доктор говорит, что так бывает, если ребенок остается без матери.

Юлька обессилено прошла к дивану и села на него.

– А где ее мать, что с ней случилось, почему она не со своей девочкой? – стараясь подавить волнение, проговорила Юлька, но голос выдавал ее.

Мария Игнатьевна что-то сказала Юстине, и та вышла. Потом она подошла к дивану и села рядом с Юлькой.

– Девочка потеряла свою мать при рождении, а потом у нее была кормилица, но так уж вышло, что и с кормилицей ей пришлось расстаться. И ребенок сильно скучает. Она не признает никого, и даже меня, свою родную бабушку. Ты будешь с ней ночью, а днем ты будешь отдыхать, с ней будет Юстина. Целые сутки быть с больным ребенком очень трудно. Юстину ночью подменяла я. Девочка очень неспокойно спит. Если тебе что-то понадобится, то ты знаешь, где кухня, а здесь есть водичка, молочко, но она его не пьет.

– Можно я посмотрю ребенка? – поднялась Юлька.

– Конечно, посмотри, но не разбуди ее, а то тогда до утра не уложишь.

И Мария Игнатьевна вместе с Юлькой подошли к детской кроватке. Юлька боялась глянуть на личико малышки. Она смотрела на пуховое одеяльце, на маленькие ручки, раскинутые во сне, потом перевела взгляд на подушку, на которой спала девочка и, наконец, посмотрела на личико ребенка. И невольный стон вырвался из ее губ. Это была Танюшка, но личико было бледным и худым, толи при свете лампы показалось Юльке или на самом деле, ребенок был сильно болен. Слезы любви и жалости навернулись на глаза у Юльки. Она схватилась за кроватку, и чтобы не закричать, закусила губу.

– Мне тоже очень больно смотреть на свою внучку, – проговорила Мария Игнатьевна, заметив Юлькино волнение.

– Я помогу тебе, солнышко мое! – прошептала Юлька.

Но Мария Игнатьевна услышала и растроганно пообещала:

– Если ты спасешь мою внучку, то проси у меня, что хочешь, я тебя отблагодарю.

Юлька ничего не ответила. И Мария Игнатьевна, пожелав спокойной ночи, вышла.

Юлька взяла детский стульчик и села возле кроватки.

«Я нашла тебя, девочка моя. О, Боже, благодарю тебя, ты дал мне еще один шанс! И я постараюсь им воспользоваться».

Она взяла детскую ручку и нежно гладила ее.

«Спи моя малышка, мама всегда будет с тобой рядом. Ты теперь выздоровеешь, мы будем ходить с тобой на улицу, рвать цветы, кушать виноград. У тебя много игрушек, они ждут, когда ты с ними будешь играть, спи спокойно. Утром встанет солнышко, и заглянет к нам в окошко. И разбудит мою красавицу, мою девочку».

До самого утра Юлька просидела возле постели своей дочери. Она не отпускала маленькой ручки девочки. Утром, когда сквозь щели тяжелых штор стали пробиваться солнечные лучи, Юлька раскрыла шторы, и потоки солнечных лучей хлынули в комнату. Девочка открыла глаза и заплакала. Юлька с улыбкой подошла к кроватке, взяла дочь на руки.

– Это кто проснулся? Моя девочка проснулась, – говорила Юлька на русском языке с девочкой. – Доброе утро, смотри, солнышко не плачет, и Танечка не будет плакать. Сейчас мы умоемся, оденемся и пойдем завтракать. Хорошо? Вода тепленькая, умоем глазки, умоем щечки, носик тоже будет чистый, – приговаривала ласково Юлька.

Она говорила и говорила, одевая девочку, целовала ее, то в носик, то расцеловывала ручки, ножки. Малышка перестала плакать. Ей нравились мамины ласковые руки. Было приятно от ее ласк.

Потом Юлька спустилась вниз с ребенком на руках, и зашла на кухню. На кухне женщины всполошились, ребенка нельзя было выносить из своей комнаты. Но Юлька попросила, чтобы сварили для девочки свежей каши. Ее никто не понял, и побежали за хозяйкой. И вскоре на кухне обеспокоенная Мария Игнатьевна стала объяснять Юльке, что ребенок должен находиться в своей комнате, потому что девочка больна. Юлька спокойно выслушала, согласно кивая головой, но, когда стала говорить, то у Марии Игнатьевны создалось впечатление, что новая няня ее совсем не слушала.

– Ваша внучка сегодня отлично спала, и утром мы уже умылись, сделали зарядку, легкий массаж. А теперь ей пора завтракать. Но каша для ребенка не готова и ее никто не собирается варить. Мне нужна коляска, чтобы я могла посадить в нее ребенка, пока я буду варить для нее завтрак или обед. Для того чтобы девочка выздоровела, необязательно держать ее взаперти в одной комнате. Она должна общаться со всеми, у нее должна быть одна няня. Я прошу вас доверить мне вашу внучку.

Мария Игнатьева смотрела на Юльку с ребенком на руках. Девочка уткнулась в Юлькино плечо и не хотела поворачиваться, не хотела ни на кого смотреть. Но ребенок молчал, и это было странно, на руках у всех девочка плакала.

– Мария Игнатьевна, – продолжила Юлька. – Дайте мне время, и ваша внучка будет идти на руки ко всем. Она будет бегать по этому большому залу, устланному коврами, а ее смех будет слышен по всему замку. Дайте мне время и разрешите самой готовить ее еду, самой ее кормить, купать, гулять в саду. И ребенок будет здоров.

– Она сейчас уже не такая, какой была вчера, – удивленно проговорила бабушка. – Хорошо, пусть все будет так, как ты решила. Если девочке не будет лучше, значит нужно показать ее в городе врачам. Но не в нашем городе, этого врача мы уже привозили, и у меня создалось впечатление, что диплом у него липовый. Напиши список необходимых продуктов для ребенка, и необходимых вещей. У нас в доме очень давно не было детей, и, возможно что-то я упустила. А сейчас это нужно на завтрак моей внучке.