Чтение онлайн

— Сабрина! — Встав, Александра перегнулась через столик, протянув руки к Стефани. — Боже мой, Боже мой, не могу в это поверить… Сабрина!

— Постой, — сказала Стефани. — Это только начало.

— Мы все тебе расскажем от начала и до конца, — сказала Сабрина, — но сначала мы должны извиниться перед тобой.

Александра повернулась к ней.

— За что? Вы ничего мне не должны. Сабрина была моей лучшей подругой, а когда ее не стало, у меня было такое чувство, что ты заменила мне ее… Словом, когда я приезжала к вам в Эванстон в гости, у меня было такое ощущение, что ты почти…

— Ты была в Эванстоне? — пораженная до глубины души, воскликнула Стефани.

— Я забыла тебе об этом рассказать, — сказала Сабрина, обращаясь к Стефани.

— Так за что же вам извиняться? — спросила Александра.

Сабрина и Стефани переглянулись.

— Скажи сама, — попросила сестру Стефани.

К столику снова подошел официант.

— Не могу ли я быть чем-либо…

— Принесите еще вина, — сказала Сабрина.

— Минутку. — Достав из сумочки блокнот, Александра вырвала листок и что-то быстро на нем написала. — Когда появится мистер Тарлтон, передайте ему вот это с моими извинениями. Мы с ним должны были вместе поужинать, — пояснила она, обращаясь к Сабрине и Стефани. — А теперь продолжайте дальше. Вы просите меня вас простить… Но за что?

— Мы сыграли над тобой злую шутку. Ты была нам близкой подругой, а мы подшутили над тобой, но нам страшно не хотелось это делать, но к тому времени мы зашли уже так далеко…

— Может быть, я знаю, о чем идет речь?

— Нет. Я сама тебе все расскажу. — Охваченная нетерпением, Сабрина медлила, пока официант разливал вино в три бокала. Он вопросительно посмотрел на них. — Больше ничего не надо, — ответила Сабрина, и он неохотно отошел. — Прежде всего, это меня зовут Сабрина, а это моя сестра Стефани. Тринадцать месяцев назад мы с сестрой отправились в Китай…

Ресторан тем временем пустел. Официант неподалеку от них расхаживал взад-вперед по залу. Он убрал остывшее ризотто, принес три чашки кофе «эспрессо». Вскоре все официанты собрались у двери на кухню и, отдыхая после рабочего дня, принялись болтать. Из бара все еще слышались обрывки разговоров и взрывы смеха, но Стефани чувствовала, что атмосфера вокруг изменилась: день постепенно клонился к вечеру, помощники официантов убирали последние тарелки, оставшиеся на столах, и застилали их свежими скатертями и листами бумаги, официанты переодевались в свою повседневную одежду, хозяин готовился напоследок окинуть взглядом свои владения, прежде чем закрыть дверь и запереть ее на замок.

Пора закрываться.Наступает конец.

Покачав головой, она повернулась к Александре, которая все время, пока Сабрина рассказывала о происшедшем, беспрестанно переводила взгляд с одной сестры на другую, слушая, глядя на них и теряясь в догадках. Теперь на лице ее уже не было того недоверчивого выражения, которое появилось, когда Сабрина только начала рассказывать, но она по-прежнему не могла опомниться от изумления, ловя каждое сказанное той слово.

— …и вот, пару дней назад мы приехали в Лондон, чтобы попытаться выяснить, что же на самом деле произошло. Мы никуда не ходили вдвоем, но решили, что в Кембридже будем в безопасности, что здесь нас никто не узнает. Ради всего святого, скажи, что тебя сюда привело…

— Здесь открылся новый ресторан, его хозяин — мой хороший знакомый, и он попросил меня приехать, чтобы потом упомянуть мое имя в колонке светской хроники. Мы с тобой частенько такое практиковали. Нечто подобное мы провернули год назад, я это отчетливо помню, потому что именно в тот вечер ты познакомила меня с Антонио. Ах… Хотя это ведь была не ты, да? Это была Стефани, а ты в то время была в Америке вместо нее. — Взгляд Александры вдруг упал на кольцо на левой руке Сабрины. — Ты ничего мне про это не говорила.

— Это отдельная история.

— Но я же была у тебя дома, у тебя просто изумительная семья… — Она заметила, как при этих словах Стефани поморщилась. — Извините, я не хотела… хотя, да, именно это и бросилось мне в глаза. А в это время ты уже была с Леоном. Кстати, у меня есть его картина, я купила ее в галерее Роан. Мне понравилось, как Сабрина его описала. Он что, в самом деле такой замечательный?

— Да.

— И ты обо всем ему рассказала?

— Да.

— Не могу поверить. Это самая фантастичная, неправдоподобная, невероятная история… — Ее лицо озарилось слабой улыбкой. — Вы обе просто великолепны. Знаете, я даже не в обиде на вас за то, что вы обвели меня вокруг пальца. Господи, сколько раз мне самой хотелось сделать то же самое! Я смотрела на других женщин и хотела поменяться с ними местами, пусть ненадолго… Черт, несколько лет назад мне захотелось перевоплотиться в Сабрину.

— Паутина, — пробормотала Сабрина.

— Да, удачно сказано. Но кто же мог заранее предугадать, как все обернется?

— Мы даже не пытались предугадывать, — сказала Стефани. — Мы говорили только о том, как сделать так, чтобы наша затея удалась на одну-единственную неделю.

— Что ж, это тебе удалось. И на большее время. Ты превзошла саму себя. К тому же ты, наверное, прекрасно провела время. Все в Лондоне говорили, какой счастливый вид был у тебя той осенью. — Она посмотрела на Сабрину. — И у тебя, и у твоей сестры, да? У вас началась новая жизнь. Что ж, должна отдать вам должное: в Каннах вы обе безоговорочно получили бы приз за лучшую женскую роль. — Она заметила, как лицо Сабрины застыло, и снова бросила взгляд на ее левую руку. — Извини, я что-то не то сказала. Ты ведь не притворялась, да? Во всяком случае, спустя какое-то время. Но почему ты мне ничего не рассказала? — вдруг спросила она голосом, в котором сквозили требовательные нотки. — Мы же были самими близкими подругами. Когда все мы решили, что ты погибла, а ты вернулась, выдавая себя за Стефани, чтобы похоронить ее… ой! Ради всего святого, кого же мы хоронили в тот день?

— Этого мы не знаем. Ничего не можем понять. Я пробыла в похоронном бюро довольно много времени, долго сидела у гроба…

— Но ты же сказала, что там было темно, — произнесла Стефани. — Внутри горело лишь несколько свечей. А ты плакала.

— Да, но свою сестру… Хотя, может, в этом все и дело. У меня перед глазами стоял сплошной туман. Я видела то, что ожидала увидеть. То, что ожидала увидеть, — медленно повторила она. — Знаете, это свойственно всем людям. Поэтому мы со Стефани и добились успеха в жизни. Люди подстраивают реальную жизнь под себя, стараясь сделать так, чтобы она оправдывала их ожидания, и подвергают себя всевозможным испытаниям, чтобы мир представал в их глазах исполненным логического смысла, вместо того чтобы относиться со всей серьезностью к тому, что, казалось бы, вовсе лишено смысла.

— Мне это знакомо, — сказала Александра, обращаясь к Стефани. — Помнишь, во время званого обеда у меня дома ты стала рассказывать мне о Греции, когда была там совсем маленькой, а потом добавила: «Сабрина спасла мне жизнь». Все еще сочли такие слова на редкость странными, но ты поспешила замять сказанное, и тем дело и кончилось. Никому из нас тогда и в голову не пришло…

— Да и как могло прийти? — со слабой улыбкой спросила Стефани. — Кому могла бы прийти в голову такая безумная затея?